"Фантастика 2026-161". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Глурджидзе Вахтанг "Вахо Глу" - Страница 17

Кореянки на второй эстраде застыли с изумлением в глазах. Потом отмерли, и одна из них сокрушённо сказала остальным:

У этой вегугинки такой голос, что нам с нею не справится. Она явно приехала на конкурс трейни. И японский знает … - Она ещё что-то хотела добавить. Но тут под аккомпанемент Алисы на синтезаторе, стала петь Женя. Она исполнила «Улыбку». Потом начала исполнять по одному куплету из того, что они должны спеть на конкурсе на русском и английском. После этого Алиса исполнила на японском «Прекрасное далёко».

Девочкам хлопали собравшиеся рядом со сценами люди. Я тихонько подкралась в эстраде, где сидели приунывшие кореянки.

- Мэй! Что нам теперь делать? Если на конкурсе таких, как эти вегугины, будет много, то мы даже в первый тур не попадём!

- Мин Ок, смотри, сколько языков они знают! А куда мы со своим корейским денемся? Ещё ведь и ролики снимать надо!

- Смотри, они этим как раз и занимаются! Вон та! Крашенная….

Я решила спровоцировать Машу. И крикнула на корейском:

- Мин Джи! Тут какие-то школьницы о твоих натуральных рыжих волосах плохо отзываются! Они говорят, что ты крашенная курица!

- Чего! - Маша одним прыжком оказалась у сцены с кореянками. Те испугано залопотали:

- Извините сонбе, мы думали у вас волосы крашенные! Ещё раз извините нас за ошибку! - И все четверо поклонились Маше. А она сощурила глаза (куда ж ещё больше их щурить!), и ответила перефразом из неизвестного здесь фильма «Кавказская пленница»:

- Ошибки, хубе, смываются кровью! – И провела ладонью по горлу. Школьницы побледнели, и быстро соскочив со сцены, бросились со всех ног по аллее. Маша захохотала им вслед.

- Чего это вы людей пугаете? – Подошли к нам Алиска и Женька.

- Конкурентов ваших разгоняем! – Ответила я. - Противник разбит и унижен! Победа за нами!

- Извините, сонбэ! – Я и Маша повернулись. - А вы не можете принять меня в свою группу? – Перед нами стояла явная японка. Но по-корейски она говорила довольно чисто.

Я помнила, что японцы и корейцы на нашей Земле были на ножах. Причём самураи презирали корё. А те им отвечали ненавистью. А тут японка, кланяющаяся кореянке. Что-то большое рухнуло с дуба с лесу, в этом мире!

Юко Оно -новый мембер группы.

- Хубе, как тебя зовут? – Маша впилась взглядом незнакомке в глаза, отчего та потупилась и покраснела. И чуть слышно произнесла:

- Юко Оно, сонбе…

- И что надо от корейцев молодой и красивой японке? – Спросила я. Алиса и Женя прислушивались к разговору, но ничего не понимали.

- Я из группы «Песнь самурая». Но после объявления новых условий СМ все наши решили отказаться от выступления на конкурсе. Я думала пристать к какой-нибудь группе и вместе с ней попасть на отбор. Примите меня, очень прошу, сонбе! – И японка опять поклонилась.

Я с Машей переглянулись. Потом спросили у девочек:

- Вам ещё один мембер группы не нужен? Вот, Юко Оно просится к вам!

Девочки переглянулись и спросили:

- А что она умеет?

Мы перевели вопрос японке.

- Я умею играть на гитаре, синтезаторе, каягыме – специально научилась к конкурсу.

- А какие ещё языки, кроме своего и корейского, знаешь?

- Английский.

После десятиминутного спора решили принять Юко и преобразовать дуэт в трио.

Чтобы сразу прояснить юридическую сторону вопроса, я набрала код Пусана (его нашла Маша) и позвонила к юристу- патентоведу.

- Аньён, сабоним! Вы меня помните?

- Да, хубэ, вы приходили, чтобы зарегистрировать песни и дуэт.

- Мы хотим прибавить ещё две новые песни к тому списку, что был. И включить в состав группы третью девушку – Юко Оно. Как это осуществить?

- Тексты песен можете прислать мне. Я их зарегистрирую. А потом першлю вам файлы на голофоны. И вы их отпечатаете на бумаге. Каждая песня двадцать долларов. Присылайте тексты с кратким переводом на корейский.

- Отсылаю.

- Получил. Подождите, пока я проверю их на уникальность.

Через десять минут мне на голофон пришёл файл, который распакуется только после оплаты.

Уладив эти формальности и отпечатав на бумаге распакованный файл, мы получили дополнительный файл на распечатку. Это было заявление на приём японки в дуэт и его преобразование в трио. Выслали по сети ещё десятку.

- Теперь у вас есть вся документация! – Сказал юрист. – Аньён!

Японка смотрела с круглыми от удивления глазами, она явно не ожидала, что всё так быстро произойдёт.

- Теперь спой что-нибудь! – Попросила её Маша.

Мы уселись на скамейку и приготовились слушать. Девочка запела. Голос у неё был, причём довольно сильный и красивый.

https://www.youtube.com/watch?v=TDRDPbi7RMY

- И что это за песня? – Спросила Маша.

- «Цветущая сакура» - Откликнулась Алиса.

- Да! –Подтвердила японка.

- Ты где живёшь, Юко?

- В Чеонггу Хаус, сонбе!

Мы рассмеялись. Японка непонимающе посмотрела на нас.

- Мы тоже там же живём! – Ответила ей Алиса на языке страны Восходящего солнца.

А я с Машей переглянулись. Мы обе с удивлением поняли, что внезапно выучили японский. Чтобы проверить, я задала на этом языке Юко вопрос:

- А ты из Токио?

- Нет, из Саппоро! – Автоматически ответила Юко. И у неё от удивления округлились глаза (как. впрочем, и у Алисы): - Вы знаете мой язык?

- Вообще то мы много чего знаем! – Самодовольно подтвердила Маша

- А ещё больше не знаем! – Отрубила я.

- А почему вы не сказали, что знаете японский язык? – Обиделась Алиска.

- А мы и не знали, что можем говорить на нём! – Заявила Маша. – Только сейчас поняли, что откуда-то мы его знаем!

- Так не бывает!

- А теперь будет!

В это время освободилась одна из эстрад. И мы пошли занимать её.

Там мы пересняли наш клип на японском. Теперь Алиса играла на синтезаторе, а Юко на гитаре, и пели они куплеты песни по очереди. А вот как быть с танцем, мы пока не придумали.

К пяти вечера, мы после обеда в одном из кафе в парке, приехали назад, в отель. Там полностью смонтировали клип с двумя песнями. И переслали на адрес жюри СМ. Через пять минут пришло подтверждение, что ролик дошёл до адресата.

Больше в это день мы никуда не ездили.

На следующее утро наша пятёрка опять засела в кафе напротив отеля. Мы пораспрашивали Юко, что она ещё умеет, кроме музыки. Оказалось. что она окончила курсы визажистов. Поэтому она навела нам лёгкие тени на глаза, и сделала мягкий макияж на наши лица.

Пришлось Маше поделиться жидкостью для удаления волос с кожи. Хорошо, что на человека уходит мало. Потом Юко подправила нам брови пинцетом. Было больно, когда она тянула волоски. Но ни я, ни Маша даже не поморщились.

Наш салон красоты закончил работу примерно через час. Теперь надо было подумать, что придумать на танец. И тут у меня зазвонил голофон.

- Кто это ещё?

Поинтересовалась Маша.

- Хальмони. Интересно, что ей ещё надо?

- Аньен, хальмони!

- Аньён, соньяо! Что делаешь, Джин Хо?

- Сижу с подругами, и думаю, какие танцы им представить на конкурсе по отбору трейни!

- Идите все ко мне, Джин! Сколько вас человек?

- Пятеро, хальмони!

- Приходите все!

- Мы выезжаем!

- Жду!

Опять вызываем такси. Вначале заехали за подарками. Купили действительно дорогую мраморную говядину в большом ларце и праздничный набор соджи. И вновь такси везёт нас по названному адресу.

Робот в вестибюле корпуса хальмони просто считает нас по головам и пропускает к лифту. Поднимаемся на шестой этаж. Хё Бин уже нас ждёт.

- Проходите, хубэ!

В гостиной нас встречают внук Хё Бин – Сон Хен, его отец Чон Чак и мать Хеён Хо.

В середине комнаты нас ожидает накрытый стол. Там есть всё, начиная от кимчи, и кончая говяжьим языком в каком-то соусе. Меня и всех девочек хальмони знакомит с сидящими за столом родственниками. Начинаем есть. Нам отец Сон Хена наливает сок или лимонад. А сам стал глушить соджу. Маша всё время с грустью провожает взглядом каждую выпитую им стопку.