Город, которого нет 6 (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 37

— Он есть. И за него даже очень активно борются. Тот кризис ничем не отличался от обычного. Прорыв с индексом тридцать пять. Элементали. Распространённый кризис. Обычная зачистка, и всё шло так как обычно. Сходки повоевали с элементалями, дошли до повышения эхо потом все обычно враг стал сильнее, чем мы можем победить…

Она сделала глоток чая и осталась сидеть, сжимая чашку двумя руками и греясь.

— Всё как всегда. Но затем что-то пошло не так. На следующем круге горящие здания не пересоздались как обычно. Город продолжал пылать. Создалось много аномалий с вечно горящим пламенем. Помнишь тот круг, когда пришли титаны и заразились песчанкой?

— Тоже двойной кризис?

— Да. Причём в Городе было восьмое эхо. Чуть-чуть больше, чем сейчас. Магия уровня обетов безбрачия и призыва матюкливых гномов детьми в зеркале. Ни о каких элементалях и речи не шло.

— Паника и массовые прозрения о природе Города?

— Да. Начальство сходки подняло на уши всех. Использовались всё что можно для подавления элемов, насколько это возможно с восьмым эхо. Для людей сочинили легенду, что это просто пожары, и специалисты уже устраняют их. Те, кто видели элементалей считались безумцами и массово вывозились в дурдом. Или вербовались в ополчения, если оказывались достаточно адекватны и хотели помочь. В общем, все работали сообща.

Таня снова вздохнула и взяла вафлю. На некоторое время мы снова замолчали, пока девушка жевала.

— У нас хорошо получалось, но сделать это быстрее невозможно. Район, который теперь называется Несбывшейся, Город решил отсечь. А поскольку это было довольно большая территория, прислали двенадцать стирателей.

— Их всех обратили?

— Да. Такое уже бывало до меня несколько раз. Стиратели слишком сильны, все прятались и молились, чтобы их никто не заметил. Но затем кто-то придумал забирать навыки монстров, и некоторые Вечные начали так развиваться. Пробуждённые стали сильней. В очередное пришествие стирателей они попытались их атаковать, чтобы не дать отсечь район. Тогда не могла угомониться нежить, и зомби апокалипсис стал постоянным. Пришло пять стирателей.

— И наши победили?

— Нет. Рейд вечных вайпнулся. Некоторые — окончательно. Четырёх стирателей удалось уничтожить. Последнего случайно обратили. Хотели взять в плен и допросить, но по итогу… получился Хостер. Ну, так говорят, я сама свечку у его появления не держала и в том налёте стирателей не участвовала.

— Как вышло, что он стал главным идеологом всех сил?

— Он очень умный, — пожала плечами Таня. — Не знаю, если честно. Но он много хорошего сделал для Города впоследствии. На Несбывшейся было гораздо больше стирателей. И останавливать их нужно было во время огненного апокалипсиса. Но верхушка сходок решила не отдавать крупный район. К нему были привязаны многие пробуждённые, и они бы могли тоже исчезнуть. Никто этого не хотел…

— Ты будто сожалеешь об этом?

— В каком-то смысле да, сожалею. Всё началось как рейд на отделившуюся улицу. Нужно было её зачистить от монстров, аномалий и одержимых людей. Подавить разгул огненной стихии. То, что делали на всех остальных районах, так что ничего нового мы не ждали, кроме того что лидеры сходок занимаются стирателями.

Она отставила пустую чашку, и я наполнил её свежим отваром трав. Она улыбнулась, немного вымученно и смущённо.

— Тогда никто не знал, что отделившиеся части уходят вверх по эхо. Потому в самый разгар боя с огненными, полезли демоны. Помнишь, ты говорил о злодеях в Городе? Демоны искажают личность, пробуждают в людях худшее. С ними никто не хотел связываться. Но мы держались. Держались, пока у Вечных что-то не стряслось…

— Стиратели?

— Пути к отступлению из улицы занимали монстры. Разлом между Городом и Несбывшейся увеличивался. Монстров было всё больше. Не знаю, что задумали тогда Вечные, но они решили продолжать свои опыты за счёт нас. И им в этом помогал видимо сам Город. Помнишь, как он сделал тебя героем?

Я кивнул.

— Тогда многие стали героями. Большинство — посмертно. Как оказалось позже, произошёл раскол. Не знаю кто именно был инициатором, но после этого появилась третья сила, которая получила контроль над большим числом стирателей.

— Вам ударили в спину свои же?

— Не совсем. Скорее, никто не знал, что делать. За мелкими бесами полезли демоны преисподней. Началась бесконечная оборона за счёт тех, кого решили сжечь в виде героев.

— Разве героев выбирает не Город под конкретную задачу?

— Город… он скорее соглашается со всеми нами. Если большинство его жителей перестанут желать, чтобы он существовал, никаких героев больше не будет. Они… мы… всего лишь инструмент, чтобы желание большинства исполнялось, и Город жил дальше.

— И Город выбрал нескольких героев сразу?

— Шесть, насколько я знаю. Саша и Лилия из нашего отряда. Ещё двое из ликвидации и один из ополчения.

— Лилия… что-то знакомое. Кажется, её искал Мирт.

— Я не знаю Мирта. Возможно, они были знакомы. Лилия была моей единственной подругой… Мы ценой жизней многих стояли, чтобы спасти всех пробуждённых на улице, и живущих тут местных. Думали, что на следующем круге они вернутся по домам и будут жить как жили. А мы будем героями. Верней, я так думала, что было с другими я не знаю. Пережили это только мы с ней. И только потому, что когда после демонов пошли порождения хаоса, Никитари отдал приказ уходить.

— Разумно.

— Думаешь? Я хотела остаться. И я могла остаться. Возможно, тогда бы кто-то ещё смог вернуться. Я была на пике силы, город сделал меня героем, дал магию тьмы. У меня было много времени на развитие и подготовку. Прошла школу теней. Лилия тоже была очень сильна. Возможно, мы могли бы перевесить чашу весов… Хорошо помню этот момент… Саша плюнула ему под ноги и сказала, что не бросит своих. Я была внутренне с ней согласна и не раздумывая пошла бы за ней. Но…

— Но?

— Но Лилия сказала, что лидер группы прав и пошла за ним. Я… просто не смогла бросить подругу. Хотя и страх окончательной смерти или безумия сыграл свою роль. Первый порыв смелости прошёл. Я… слишком долго колебалась. Мы бросили их. Саша, Метеор, Морейна… не важно. Останавливать нас никто силой не стал, ещё только боя между собой не хватало.

— А зачем вообще было нужно умирать за Несбывшуюся?

— Мы думали, что вернём улицу, спасём многие жизни. Может, и спасли бы… Эхо увеличивалось, лезли существа, способные оставить большие последствия после смерти. Полезли порождения хаоса. Влияние хаоса… сам знаешь. Целомудренную деву сделает шлюхой-нимфоманкой. Добрейшего человека превратит в садиста. Из рационалиста сделает безумного шизофреника. Все боялись. Никогда не знаешь какие внутренние демоны всплывут после влияния запредельных стихий. Хуже хаоса только пустота, та вообще медленно убивает душу.

— О Литавре все говорят как о спокойном, добром и очень уравновешенном человеке, а не маньяке-насильнике. Хотя, по теории Саши это всегда в нём сидело.

— А ты хочешь сказать, сам никогда не думал ни о чём плохом? Как ломаешь череп негодяю, например. Значит, ты уже в зоне риска, и возможно хаос сделает из тебя сумасшедшего инквизитора, который будет убивать за брошенный на тротуаре мусор. Я слышала очень много таких историй. Да, фактически всё это есть и в тебе, и во мне. В детстве я… фантазировала всякое. Обычный этап взросления подростка. Но я бы не хотела воплощать это в реальности.

Я кивнул.

— Тебе не стоит оправдываться за это.

— Мы должны были продержаться до кризиса, чтобы Город перезапустился с Несбывшейся. Так нам сказали во всяком случае. Но вечный, который курировал нашу группу, погиб. У самих Вечных был конфликт за обладание стирателями. Всё осталось на нас. Нас бросили. А потом мы поступили так же, и бросили своих товарищей.

— Сейчас на Несбывшейся никто не живёт.

— Да… было странно тогда вернуться на эти улицы, когда мы ходили к Церхесу.

— Ты помнишь других стирателей?

— Я их даже не видела. Просто знаю, что они были. Хостер хотел вытащить других своих коллег по несчастью. Другие Вечные его поддерживали. Что они не поделили потом я не знаю. Нам было велено просто стоять, но никто не сказал сколько. Я была напугана, думала, что нам уже всем конец. Тоже сходила с ума из-за влияния тьмы от своего «геройства». Только адреналин заставлял меня идти дальше.