Город, которого нет 6 (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 22

Я посмотрел в сторону белёсой серости, за которой лежал мир, в который никто из нас не хотел возвращаться.

Оставив двух девушек в одиночестве посреди укрытой туманами дороги, я удалился от них к припрятанному здесь мопеду. Его я честно купил на рынке, хоть и у какого-то очень мутного типа.

Специально для поездок на дачу к Красноглазке в том месте, где никто не будет спрашивать у меня права или переходить улицу. Дорога здесь всегда была абсолютно пустынна.

Поездка вышла короткой и в целом приятной. Небо стремительно темнело. Опускался вечер. Волосы холодил приятный ветерок. Я вполголоса напевал, что придёт в голову, и вскоре уже был на нужном месте.

Красноглазка как всегда ждала меня, зная, что я прибуду.

— Джи! — обрадовалась она и бросилась мне на шею. Крепко обняла и надела на плечи рюкзак, в котором я сюда возил еду.

— Что там? — удивился я.

Она меня поняла и протянула сумку. Я раскрыл и усмехнулся. Маркеры, мелки и баллоны с краской.

Ну, а что ещё она могла с собой взять…

— Залазь, будем разрисовывать Несбывшуюся.

Главной проблемой в походе к Церхесу, помимо очевидного существования тропы вне лунных затмений, была необходимость обращаться к Емельяну.

Старик как и обещал, попытался содрать год с человека. Я убедил его обойтись годом за четверых. Дорога обратно с гарантией станет ещё дороже.

Но я позволил себе такие траты, даже с предупреждением Лоралин о том, что способность для меня бесполезна. Во-первых, у меня было своё мнение на этот счёт. Во-вторых, у меня были большие надежды на эту встречу.

По словам той же Лоралин, Церхес не был любимчиком Ани. Бывший стиратель считала, что та вообще может о нём забыть в своей миссии по вознесению всех на первый уровень.

То есть Церхес потенциально самый адекватный из них. Аня наверняка взяла и с него гору клятв, но при активном содействии, мы попробуем их обойти и выйти на остальных обитателей Несбывшейся.

Но существовала ещё одна небольшая загвоздка — Луричева. Она могла найти способ прийти раньше, на неполное затмение. Если же такого способа нет, то она могла попытаться опередить меня сегодня. Эти два сценария — худший исход, хотя во втором случае всё ещё не потеряно. Идеально — если она вообще не связывалась ещё с Церхесом, и не успела ему ничем промыть мозги к нашему приходу.

К заходу солнца мы были у ржавых рельс неиспользуемой линии. Таня с наборотм юного диверсанта. Маруслава с арбалетом и таинственная рыжая девчонка в солнцезащитных очках. Рыжая — благодаря купленному на всякий случай парику.

Главное, чтобы она не начала солнечно улыбаться старику, демонстрируя акулью гордость во рту. Но та как сразу залипла в окно, так с восторженным взглядом от него не отлипала.

Поездка на трамвае впечатлила всех моих спутниц. Даже несмотря на то, что Таня уже была здесь, а Маруслава вообще из магического мира.

— Хм. Кроме адреса и имени ты о нём ничего не знаешь? — задумалась Маруслава вслух, не отрывая взгляда от пейзажей вокруг.

Емельян вёл трамвай по рельсам под слоем воды, рассекая её на веер брызг. Стоял тёплый летний день с ярким солнцем, несмотря на то, что в Городе был вечер.

— Ну да. Мне интересней, чего ты с нами напросилась.

— Я хочу начать понимать, что вокруг меня происходит, — серьёзно ответила Маруслава. Её рассудительность вызывала симпатию.

— Этого парня мне посоветовала одна хорошая девушка. Он из не очень дружественной нам организации, но может стать нашим союзником. Однако его местоположение нам выдал недоброжелатель…

— Значит, мы идём в засаду, — Маруслава схватывала на лету.

— Если недоброжелатель добрался до него раньше нас — да. Если же нет, может быть интересно и полезно.

— Готовиться всегда нужно к худшему сценарию. Надеяться на лучшее — правильно. Но готовиться нужно к засаде.

— Как видишь, целый арсенал с собой везём. Но если что, у тебя же с собой твоя новая волшебная палочка?

— Конечно.

— Если начнётся бой, пробуй использовать воплощение. Рядом с Красноглазкой есть шанс пробиться на изнанку физически. У меня получалось.

— Понятно, — серьёзно ответила Маруслава.

Над Несбывшейся начиналось лунное затмение. Ночное светило было мрачным, тёмным и с заметным алым окрасом.

Не покидала мысль о том, что для Луричевой то, что я сам привёз сюда Красноглазку — может быть большим подарком.

— Будьте готовы ко всему, — сказал я, когда мы покинули трамвай. — Не расходитесь далеко и смотрите по сторонам. Пока, наверное, без разговоров, а то провороним ловушку… Эй, Красноглазка, ты чё творишь?

— Джи? — она наклонила голову на бок.

На серой стене серого дома посреди серой брошенной улицы расцвёл нарисованный баллончиками цветок.

— Ты б ещё подпись поставила, — проворчал я. — Идём. Дома у Церхеса порисуешь.

До нужной улицы шли окольными путями и очень осторожно. Мне пару раз мерещились окна со включенным светом. Затем поднялись на девятиэтажку рядом с местом появления будущего пути. Осмотрели улицу и даже какое-то время шли по крышам двух сросшихся домов.

Но улица оставалась тихой и безмолвной.

— Ну, раз так, то спускаемся и попробуем пройти.

Заброшенный дом был таким, будто все жильцы из него в один миг испарились. Место было обжитым, а за открытой дверью квартиры на четвёртом был обыкновенный быт какой-то пенсионерки. Но ничего живого там не было, даже насекомых. Лишь одна пыль и мёртвые растения…

Будто в зоне отчуждения…

Вышли, пересекли улицу и подошли вплотную к аномалии, в которой жил Церхес.

Фактически, здесь был конец Города. Дома уходили в обрыв, и дальше пути не было. В неполное и теневое затмение появлялись их полупрозрачные продолжения, уходящие дальше и продолжавшие улицу. Они были зыбкими и часто превращались в мираж, стоило их коснуться.

Но сегодня я сразу понял, что должно получиться. Сейчас они казались более реальными, чем в прошлые разы, и тумана практически не было. Самая обычная дорога под сенью деревьев меж уютных двориков у домов. Поворот направо, долгая улочка.

Сердце забилось чаще, символизируя о том, что это место вызывает у меня сильные эмоции. Но их причину я понять не мог. Даже что именно почувствовал — не описал бы. Наверное, смесь восхищения с ностальгией. Это место мне снилось когда-то в нулевом мире.

Такое ощущение часто возникает, когда встречаешься со своим эхо. Когда мир брал картины из чего-то давно забытого, но родного.

— Хм, здесь моё эхо? — удивилась Таня.

— Что именно? — уточнил я.

— Мне снилась эта дорога под листьями, и этот старый дом… — растерянно сказала она.

— А мне знакома улица дальше. Из моего сна. Город достраивает дорогу нашим эхо.

Узкая улочка, светлые домики, слишком светлые для лунного затмения. Ощущения чего-то родного и близкого. Мозг узнал знакомые картинки, воплощённые в реальность.

— Я тоже, кажется, вижу что-то из своего прошлого. Деревня дяди Александра. Помню эти белые домики. А вон там за углом — харчевня с самым вкусным борщём в моей жизни! — воскликнула Маруслава. Затем заставила себя успокоиться и с помрачневшим видом добавила. — Это какое-то воздействие, да?

— Эхо, — отмахнулся я. — Когда Город что-то творит, он берёт это из нашего собственного разума. Твоих снов, детских фантазий и реальной памяти. Мешает всё в кучу и выдаёт вот так вот.

— Где ещё есть такие места?

— Хм, — задумался я. — Это первое такое, чтобы строилось на ходу. — и добавил, глядя на её помгрустневший взгляд. — Но если у тебя будет время, подниму на третий уровень инкарнации, и ты будешь в таком месте жить.

— Это так работает? — удивилась она.

— Твой текущий дом тебе нравится?

— Когда там чисто на высоком эхо, — поморщилась Маруслава.

— С большей инкарнацией того, что тебе нравится, будет больше. А информация будет взята из твоей памяти.

— Ох, Полярис, боюсь, ты породил чудовище. Я уже горю желанием зарабатывать время. Хочу ещё увидеть такое!