Разрушенная (ЛП) - Доун Элисон - Страница 8

— Вы, должно быть, фотограф.

Когда я кивнула, она попросила мое удостоверение личности, после чего указала на клавиатуру на краю своего стола:

— Пожалуйста, введите дату рождения и почтовый индекс.

Вбивая цифры, я скользнула взглядом по Кайрину:

— Номер социального страхования — это моя крайняя черта, дальше я не пойду.

Кайрин открыл было рот, чтобы ответить, но администратор его опередила:

— Милая и с чувством юмора, теперь я понимаю, почему ты её нанял.

Покачав головой на ее замечание, он постучал по панели:

— Похоже, ты уже напрашиваешься на членскую карту, — когда я выдержала его пристальный взгляд сквозь маску, он повел одним плечом: — У нас здесь просто так заведено. Никаких случайных прохожих и никаких исключений из правил, даже для временных сотрудников.

Прикусив язык на этом слове, я снова посмотрела на женщину за столом. Через несколько секунд она вернула мне удостоверение, и дверь рядом с нами зажужжала. Подмигнув, администратор кивнула на проход:

— Развлекись как следует, красавица.

Стоило двери открыться, как музыка изнутри поглотила нас. Я не сразу смогла что-то разглядеть, но по мере того, как глаза привыкали к темноте, возникло ощущение, будто по всем моим органам чувств нанесли одновременный удар. Это не было похоже на «Клов» с его тонкими теплыми ароматами, окутывающими тебя. Всё мое тело среагировало в ту самую секунду, когда он открыл эту дверь, даже ступни начали вибрировать от пульсации в полу, оживающем под музыку. Мои глаза быстро забегали, различая в тенях силуэты людей. Дверь не просто вела в другую комнату — она открывалась в хаос.

Прекрасный хаос, облаченный в различные формы стимуляции. Сначала мое внимание привлекла музыка — соблазнительный металлический трек, переплетенный со скрипкой. Затем неоновые огни прорезали пол, пробиваясь сквозь низко стелющийся туман. Куда бы я ни посмотрела, что-то другое требовало моего внимания, утягивая взгляд всё глубже в клуб.

Каждый внутри был в маске, но для некоторых это было единственным, что на них надето. Большинство были полностью обнажены. И не просто обнажены, а в самом разгаре различных сексуальных актов.

Глядя на всех вокруг, я осознала две вещи. Во-первых, теперь я понимала, почему всё здесь вращалось вокруг приватности, включая маски. Во-вторых, я также поняла, почему в моих поисках не нашлось ни единой фотографии.

Это был секс-клуб.

Меня наняли делать снимки в секс-клубе.

Я резко сглотнула, когда мой взгляд зацепился за кого-то на другом конце зала — за кого-то, кто явно наблюдал за нами. Будучи одним из немногих полностью одетых людей, он носил белую маску, как и мы. Опираясь на металлическую колонну рядом с лестницей, он не сводил с нас глаз. Если бы не маска, я могла бы вообще его не заметить. Одетый в черную кофту с длинным рукавом и со скрещенными на груди руками, он почти сливался с окружением. Чем сильнее я вглядывалась, тем отчетливее различала его темные джинсы и армейские ботинки. Мой разум воскресил в памяти ту интернет-статью, что я нашла, и каким-то образом, со стопроцентной уверенностью, я поняла, что это должен быть Сайлас.

Он сделал едва заметный кивок головой в знак приветствия, после чего повернулся к лестнице и жестом велел нам идти за ним. Кайрин двинулся раньше меня, очевидно, считав то же указание. Схватив меня за руку, он повел нас через огромную толпу людей, заполнявших пространство. Оглядываясь по сторонам, я остро осознала, насколько ярким кажется мой наряд для окружающих. Мало того что я выглядела совершенно чересчур одетой по сравнению с другими гостями, так еще и мое желтое платье выделялось как бельмо на глазу. Я внезапно почувствовала себя уличным фонарем на кладбище.

Вот почему он назвал меня Лучиком? Из-за моего платья?

Я сжала его руку, чтобы привлечь внимание.

— Ты мог бы сказать мне, что здесь есть дресс-код! — крикнула я, перекрывая музыку.

— Пожалуй, я просто не хотел пугать тебя словами о том, что одежда здесь необязательна, — ответил Кайрин, поворачиваясь ко мне и сжимая мою руку в ответ. — К тому же, не мне тебе это говорить. Мне нравится желтый.

Даже несмотря на скрывавшую лицо маску, я знала, что он улыбается. Именно в этот момент я решила перестать переживать о том, как выгляжу, поскольку было очевидно, что всем остальным здесь на это плевать.

Лестница привела нас в кабинет, напоминающий пентхаус. Всё внутри было безупречным: ни единого пятнышка, ни единой вмятины на сиденьях — ничего. Каждая вещь находилась на своем строго отведенном месте, словно в этих четырех стенах никогда ничего не передвигали. Мне сразу стало неуютно, особенно от этой стерильной атмосферы. Никаких красок — никакой жизни. Комната напоминала мне больницу или тюрьму.

Голос, более глубокий, чем у Кайрина, привлек мое внимание к столу, у которого теперь стоял наблюдавший за нами мужчина.

— Я хочу предельно четко обозначить свои ожидания. Тебя пригласили сегодня вечером, чтобы проверить твои навыки. Нам нужно, чтобы ты уловила атмосферу. Если справишься, мы поговорим о следующих шагах, — сделав паузу лишь на долю секунды, он продолжил: — Нам нужны портреты и члены клуба в движении. Мы хотим, чтобы маски — и то, что мы здесь предлагаем, — были в центре внимания. Как думаешь, справишься с этим?

Я склонила голову набок, зацепившись за то, что он даже не представился. Протянув руку, я нагнулась к нему:

— Готова поспорить, что ты Сайлас.

Он даже не шелохнулся, чтобы ответить на жест.

— А я готов поспорить, что ты не переживешь эту ночь, — вместо того чтобы пожать мне руку, он слегка опустил и поднял голову, словно оценивая меня. — Здешняя тьма имеет тенденцию уничтожать всё, что считает слишком ярким.

Значит, это у него были проблемы с желтым цветом. Я отдернула руку и выпрямилась, давая понять, что он меня не запугал.

— Так вот что предлагает этот клуб — то, что я должна запечатлеть? Тьму?

Ответ Сайласа последовал незамедлительно, его голос, казалось, заполнил всё пространство вокруг нас:

— То, что мы предлагаем здесь, уходит гораздо глубже. Наша тьма — из тех, что вторгаются в тебя незаметно, это своего рода медленное разрушение. Тип, который пожирает тебя изнутри, пока ты не будешь готова признать, кто ты есть на самом деле. Ты не производишь впечатление человека, способного это понять.

Мои глаза впились в его маску, пока его слова эхом отзывались в моей голове. С каждым разом, как я прокручивала их, во мне закипала злость. Кем этот мужчина себя возомнил?

— А ты не производишь впечатление дружелюбного человека. Скажи-ка мне — ты выбрал маски, потому что стыдишься размера своего члена? В этом причина всего твоего пафоса?

Когда он ответил, его реплика была адресована Кайрину:

— Хм. Дальтоник с детским поведением, отличный выбор, — слова прозвучали пренебрежительно, его тон балансировал между безразличием и отвращением. Повернув голову в мою сторону, он продолжил: — Ты уверен, что хочешь нести за нее ответственность? Есть миллион других фотографов, которых мы могли бы нанять.

Злость во мне многократно возросла, и я уже не знала, то ли мне хочется врезать ему, то ли просто уйти. Подавив в себе растущее раздражение, я ответила резким тоном:

— Никто не несет за меня ответственность, — затем я смягчила голос, поворачиваясь к Кайрину: — Давайте просто начнем, ладно?

Сайлас наблюдал за этой сценой и лишь усмехнулся, когда Кайрин громко расхохотался.

— Да, Лучик, пойдем.

Повторение этого прозвища стало последней каплей, и я ткнула в него пальцем, когда он пересекал пространство передо мной:

— Не называй меня так.

Сайлас прошел мимо нас, проигнорировав эту перепалку, и повел нас обратно в основной зал. Сойдя с лестницы, я заметила группу обнаженных моделей, выстроившихся вдоль одной из стен. Я сразу поняла, что они ждут меня. Я изучила тело каждой из них, прежде чем повернуться к Сайласу, который, похоже, уже наблюдал за мной.