Разрушенная (ЛП) - Доун Элисон - Страница 22

Она переступила с ноги на ногу, отступая назад, чтобы достать деньги. Сделав шаг, она случайно задела стоявшего перед ней мужчину.

— Ой! Мне так жаль! — быстро выпалила она с искренним сожалением.

Мужчина обернулся, и я сразу увидел, как в нем вспыхнул мгновенный интерес к тому, что он перед собой предстал. Я наблюдал за этим в реальном времени — за тем, как он окинул ее взглядом с ног до головы, прежде чем решить сделать шаг. Он улыбнулся, сказав что-то, чего я не расслышал, и жестом указал на меню.

Эмбер вскинула взгляд на табло, отведя телефон от уха:

— Чай, — ответила она без особого секрета. — И круассаны. Они просто безумно вкусные, — она просто кивнула ему и снова вернулась к телефону, абсолютно не замечая его интереса.

Он смотрел на нее еще секунду, прежде чем улыбнуться и повернуться обратно. Когда подошла его очередь, он сделал ровно то, чего я и ожидал: заказал свой напиток, а вместе с ним — ее чай и круассан.

Мне потребовались все силы, чтобы не вмешаться. Недостаток сна подкармливал голоса в моей голове, делая их всё более навязчивыми. Половина меня хотела выдернуть ее из этой ситуации точно так же, как я сделал это прошлой ночью. Было бы так просто перекинуть ее через плечо и заставить уйти со мной.

Когда Эмбер наконец сообразила, что он сделал, она, конечно, запротестовала, но в этом не было ее обычной свирепости. Будь на его месте я, она бы просто ушла или ударила меня, но по какой-то причине этому парню удалось отмахнуться от ее возражений. Я продолжал смотреть, пока Эмбер не сдалась, но это было еще не всё — затем она действительно улыбнулась ему, прежде чем завершить звонок. Они разговаривали, пока их напитки не были готовы, и он вручил ей стаканчик словно какое-то подношение. А когда она собралась уходить, у него хватило наглости попросить ее номер. На полсекунды я подавил смешок, но он мгновенно испарился, когда она достала свой телефон.

Она ведь это не всерьез.

Я заставил себя отвернуться прежде, чем сделаю что-то необратимое. Я вышел из кофейни, не оглядываясь, главным образом потому, что не хотел видеть, что произойдет дальше. Какими бы ни были ее мотивы, она сделала неправильный выбор — тот самый, за которым мне, судя по всему, придется следить. Чем быстрее Нокс сделает свою работу, тем лучше будет для нее же. Вскоре она поймет, что я — всё, что ей нужно.

Уже с тротуара я бросил на нее один единственный взгляд через стекло. Она выглядела довольной, потягивая свой напиток и откусывая круассан.

Я абсолютно не контролировал себя, и знал, что это из-за нее. Достав телефон, я отправил ей сообщение.

Одно слово. Заглавными буквами.

ДВА.

Эмбер

Сидя за маленьким круглым столиком, я вскоре сбросила туфли и поджала ноги, усевшись по-турецки. Мой чай почти закончился, и я уже жалела, что не делала глотки поменьше. Напиток сам по себе был восхитительным, но этот казался особенно сладким.

Сначала я собиралась отказаться и от напитка, и от мужчины, который мне его купил, но потом поняла, какая это идеальная возможность подумать о ком-то другом, кроме Сайласа. В какой-то извращенной форме я осознавала, что согласие на угощение и передача моих контактов расстроят его — и именно поэтому я довела всё до конца. К тому же у парня были манеры: он завязал разговор, прежде чем начать флиртовать со мной. Вот как нужно ухаживать за женщинами, а не зажимать в углу голыми на глазах у всех. Сайласу явно стоило бы взять у него пару уроков.

Хотя, с другой стороны, может, я и не хотела, чтобы он учился.

Я взяла телефон, чтобы отогнать эту мысль. Я не собиралась снова устраивать себе эту пытку. Я отказывалась думать об этом или о мужчине, повинном в боли внутри меня, особенно после того, что он связывал с этими цветами. Я не принадлежала ему, и ему пора было усвоить, что такое личные границы.

Судя по всему, это вообще была главная тема сегодняшнего дня, учитывая, что мне еще пришлось урезонивать Кинсли, рвавшуюся во все тяжкие. Парни ушли на какую-то тренировку, а она достала билеты в какой-то новый бар неподалеку. К счастью, у меня не было ни малейшего желания туда идти, и я убедила ее сделать коктейли дома.

Телефон в моей руке зажужжал, и я опустила взгляд на уведомление о сообщении. Кем бы ни был тот парень, действовал он быстро, учитывая, что вышел за дверь минут десять назад.

Я удивленно вскинула брови, глядя на сообщение, только что пришедшее с незнакомого номера. Но вглядываясь в экран, я почему-то точно знала: оно было не от парня из кофейни.

ДВА.

Что?

Проглотив последний кусочек круассана, я огляделась по сторонам, словно человек, написавший мне, находился где-то здесь, в одной комнате со мной. Проведя пальцами по экрану, я остановилась на самом банальном ответе, который только смогла придумать, надеясь, что интуиция меня подводит:

Вы ошиблись номером.

Нажав «отправить», я оторвала взгляд от телефона и стала наблюдать за прохожими на тротуаре за окном. Мимо пробежала парочка детей — явно родственники, увлеченные какой-то игрой в догонялки. Спустя пару секунд в поле зрения появилась пара подростков, чьи отношения, похоже, только начинались. Я смотрела, как девушка попыталась взять его за руку, и нежно-розовый румянец расцвел на его щеках. Я улыбнулась этому — невинности того, какой может быть любовь.

Достав наушники из сумки, я вставила их в уши и включила музыку. К тому моменту, как я вышла на тротуар, я уже подпевала треку «Chokehold» группы Sleep Token. С каждым шагом плечи расслаблялись всё сильнее, и вскоре я почувствовала себя вполне неплохо. Я подстраивала свои шаги под каждый бит, превращая дорогу домой в игру. Когда я подошла к дому, как раз доиграла последняя песня из моего плейлиста. Идеальный тайминг. Нажав боковую кнопку, я подождала, пока загорится экран, чтобы выключить музыку.

Пока я шла, пришло три сообщения — музыка каким-то образом заглушила звуки уведомлений.

Я не ошибся номером, я ошибся с подходом. Девяти раз было недостаточно, чтобы ты научилась. Потому что, судя по всему, ты всё еще испытываешь потребность раздавать свой номер.

Я пробежала глазами каждое сообщение, и кислород в моих легких мгновенно испарился. Я пыталась взять себя в руки, сделать вдох, но разум отказывался обрабатывать прочитанное.

Это снова был Сайлас.

Но на этот раз он следил за мной. Он знал, что произошло, знал, что я сделала в кофейне.

Распахнув входную дверь, я целеустремленно рванула прямо в свою комнату. Я не собиралась отвечать. Я не собиралась давать ему понять, что ему удалось выбить меня из колеи. На самом деле он не добился ничего, кроме как укрепил то, что я к нему чувствовала. Громко чеканя шаги по полу, я швырнула дверцу шкафа в сторону и выудила самую короткую юбку, какая у меня была. Не я должна была учиться уму-разуму. А он.

Юбка, которую я схватила, была подарена мне в прошлом году: иссиня-черная кожа с молнией на ластовице. Я надевала ее лишь однажды на девичник, а потом убрала подальше, зная, что она балансирует на грани моих моральных устоев. Сегодня вечером он разорвал эту внутреннюю преграду пополам. Сбросив штаны, я с яростной решимостью натянула юбку на бедра и потянулась за подходящим топом. Корсетный перед был идеален — послание, которое, я знала, он прочитает громко и четко. Пошел ты, Сайлас.

Завтра я работала в вечернюю смену, а значит, у меня было полно времени для того, что я собиралась сделать. Дело было не только в отправленном им сообщении. Дело было в том, чтобы доказать: он мне не хозяин. Если он хочет следить за мной, я с тем же успехом могу устроить для него кое-что по-настоящему интересное.

Я села за туалетный столик и расчесала волосы, придавая им максимальный объем. Потянувшись за косметичкой, я выбрала малиново-красный тинт для губ — цвета крови. Сняв колпачок, я очертила верхнюю губу, пару раз сомкнула губы и улыбнулась своему отражению в зеркале.

Это будет весело.