Очень приятно, Царь! Десерт (СИ) - Бергер Евгений - Страница 54

— И как вы это преодолели?

— Никак. Я провалился. Не дошёл даже до первой десятки в топе. Не потому, что не умел. А потому, что был один. И в решающий момент мне не хватило чьего-то спокойного голоса, который сказал бы: «Не пять с половиной, Аркадий. И не семь. Ровно шесть».

Он поднял на меня глаза.

— Страдание не закаляет. Оно просто причиняет боль. А истинного повара закаляет мастерство, переданное из рук в руки. Вот, почему я здесь. Чтобы у вас был тот голос, которого не было у меня.

Честно, я не нашёлся, что ему ответить. Перед глазами тут же пронеслось прошлое в Изнанке. Как Генералы весело хохоча подняли меня, и буквально вырвав из ларька с буррито, отнесли в Чертог Короля. Нет-нет, они здесь не виноваты. Скорее, просто следовали Кодексу.

И тогда я тоже не понимал, что делать. Первые недели были для меня, словно в дымке. Никто ничего не говорил. Отец умер. Брат пропал. И лишь мама из последних сил пыталась наставить меня на путь Короля Тьмы. Да и то не сразу…

Это было самое жуткое время в моей жизни.

А такие ребята, как Маро и Ангстон… Чёрт, они просто достойны уважения!

Поэтому, я молча протянул им две половинки последнего удачного яйца.

Мы ели в предрассветной тишине, то и дело запивая всё виски. И это было лучшее, что я пробовал за всю ночь. Не потому, что оно было идеально приготовлено. А потому, что оно стало доказательством того, что человечность — редкое, но такое потрясающее явление! Словно зеленая вспышка во время заката.

— Знаете, иногда мне кажется, что люди — эгоисты. Законченные. И бесповоротные. — задумчиво произнёс я, глядя на то, как Ангстон суетливо наливает нам ещё немного дорогущего напитка: — Но глядя на вас, внутри меня появляется надежда.

— А вы, Господин Цареградцев, разве не такой? — удивился Маро.

— Ну…

— Вы рассказали одинокой маленькой и напуганной девочке в теле восемнадцатилетней экстры, что дружба существует и за пределами её отношений с секретарочкой. Вы тайком свели её с человеком, который практически заменил ей родителей в трудный период жизни. Вы научили здоровенного бесчувственного лба снова чувствовать. Вы напомнили талантливому актёру, что нельзя служить другим во вред себе. Вы спасли сердце юной девушки, которая упала в пучину отчаяния и безумия. Вы напомнили маленькому оболтусу, что душа — один из главных ингредиентов для любого блюда. Вы дали шанс талантливому неумёхе, который очень хотел стать популярным шефом.

— Откуда вы про это знаете?

— Кулинарный мир очень тесен, Господин Цареградцев. Ну и к тому же… Я вижу ваше пламя. Вижу, что вы горите кулинарией. И вижу, куда вы идёте. А вот те ребята из Совета… Они испортились. Протухли, как залежалые помидоры. Плохо это или хорошо — решать не мне. Я пришёл в Харитоновку учиться, а не участвовать в политических интригах. Однако если выбирать между вами и ими — я предпочёл бы вас. В мире так мало чисто-творческих людей… Всем нужны деньги, слава, власть. И зачастую — это губит не просто талантливого повара. Это губит душу. И… в благодарность за то, что помог вам сегодня ночью… Я хотел бы попросить у вас об одном одолжении.

— И каком же?

— Господин Цареградцев. — Маро очень серьёзно посмотрел на меня: — Прошу… Пообещайте мне, что никогда не будете менять своё отношение к кулинарии! И что вы продолжите рассматривать кулинарию, как творчество.

— Обещаю! — я приложил руку к сердцу.

Как здорово найти близкого по духу человека.

Глава 17

— Идём и не тормозим. — властно произнесла Лера, ведя нас к отдалённому зданию, издалека больше напоминающего древнегреческий храм. Колонны, крыша с восхитительно-загадочной лепниной и статуя Кулины — богини, что покровительствовала искусству приготовления пищи. Она с вызовом смотрела на всех, кто входил в её прекрасный храм.

Внутри уже собрались все первогодки академии.

— И что дальше? — поинтересовалась Наташа.

— А дальше — вы сами. — пожав плечами, ответила Лера: — Но не переживайте! В этом году — не второй отборочный тур, а лафа. Проходной балл — всего семьдесят на пятерых судей. Это же фигня полная.

— Погоди, а если наберёшь ниже? — осторожно спросил Валёк.

— Ну… Наберёшь ниже, судьи тебе выскажут «пару ласковых». Да и в целом заклеймят неумёхой. Но ты не бойся! Это всего лишь временный позор. В этом году даже никого не исключат. Возможно…

— Подбадривание — твой божественный дар. — усмехнулся я.

— Вот-вот… — слегка дрожащим от волнения голосом согласился Серёжа: — Мне кажется, у меня сейчас сердце из груди выпрыгнет.

— Не выпрыгнет. — Лера взлохматила волосы очкарика: — Главное — представьте, что это самая обычная практическая пара. И всё! Чем больше волнуетесь, тем больше шансов, что провалитесь.

— У-у-у-у-у…

— Так. — наша всеобщая сестрица внимательно посмотрела на Серёжу: — Ты блюдо-чемпион сделал?

— Сделал.

— Всё необходимое в бокс сложил?

— Сложил.

— Практиковался со своим блюдом-чемпионом?

— Практиковался…

— Ну, так, а чего тогда? — с усмешкой произнесла Лера и снова взлохматила очкарика: — Всё! Я побежала в «ВИПку». Буду наблюдать за началом второго отборочного тура оттуда. Всем удачи, ребята!

— Спасибо, шеф! — хором ответили мы.

— Хи-хи… Дурашки мои. — послав нам воздушный поцелуй, Лера быстро вышла из храма.

— Дерек-Дерек-Дерек! — из толпы как-то странно выбежала Теньшина и ехидно улыбнулась: — Как настроение?

— Отлично. А у тебя?

— Ха! Да я сегодня собью корону с твоей головы. — уверенно ответила она: — Я даже не волнуюсь. Для меня это лишь очередной учебный день. Не более.

— Настолько обычный, что у тебя синяки под глазами? — удивился Валёк.

— Это… Я просто стукнулась об дверной косяк… Это вовсе не от недосыпа и стресса…

— Что ты будешь готовить? — поинтересовался я.

— Хех… То, отчего арбитры сойдут с ума! — похвасталась Славик.

Но тут из Толпы выбежала её синеволосая защитница Тома.

— Славя! Какого чёрта ты убегаешь⁈ И так стоишь трясёшься, словно молодая ива на ветру! Иди сюда!

— И ничего я не трясусь! — возмутилась Славик.

— Да-да-да… Уверенная ты наша. — синеволосая защитница посмотрела на нас: — О! Привет, жителям «Полярной совы». Готовы ко второму отборочному?

— И тебе привет. А чего там быть не готовым? — улыбнулся Колян: — Мы готовились две недели. Бессонные ночи и целая гора убитых продуктов.

— Рада слышать. Удачи вам! И главное — пусть победит сильнейший. — ответила Тома и увела свою подопечную обратно в толпу.

— Забавные они. — усмехнулась Наташа: — Прям не разлей вода.

— Как по мне — типичная нянька с капризным ребёнком. — хмыкнул Валёк.

Свет в зале резко погас. А софиты осветили небольшую сцену, на которой стоял Господин Симонов. Выглядел он максимально отдохнувшим и свежим.

— Приветствую вас, будущие боги кулинарного Олимпа! Сегодня начинается второй отборочный тур, который продлиться остаток осени и первый месяц зимы. Я счастлив видеть вас всех здесь. И хочу сообщить, что из-за огромного количества выбывших в первом отборочном туре, мы решили немного снизить планку. На этот раз вас поделят на несколько групп. У каждой будет своя команда арбитров. Для этого мы специально пригласили самых компетентных людей, но об этом вы узнаете чуть позже. Ваша основная задача сейчас — впечатлить арбитров и прорваться дальше! После вступительного обзора вас ожидают дуэли. Настоящие кулинарные дуэли, друзья! Каждой паре за две недели до дуэли сообщат название темы — главного ингредиента, из которого вам предстоит готовить. А дальше всё будет проходить по правилам обычной дуэли. Помните, что публика любят ярких! Не забывайте показывать класс не только на кулинарной станции, но и на камеру. Это очень приветствуется.

На камеру? Стоило уже догадаться, что Симонов решил сделать из нас будущих фудблогеров. Или как это обзывают здесь — кулинарных сетевых узловиков.