Туда и обратно (СИ) - Савинков Андрей Николаевич - Страница 11

— Власть меняется, — мысленно хмыкнул попаданец, понимая, что шутку эту никто тут не поймет. Не тот культурный код. — Вчера был старый бургомистр. Сегодня он мертв. Завтра — посмотрим. Но сейчас я говорю от имени тех, кто контролирует город. И да — у меня с собой золото и новый контракт.

Слово «золото» сработало не хуже магического заклинания. Не потому, что капитан был как-то особо жаден, а потому что без денег его люди через десяток дней перестанут быть солдатами и станут толпой с оружием. Толпой, которая опасна в том числе и для него самого.

— Показывайте, — сухо сказал капитан.

Серов не стал доставать мешки прямо здесь. Он качнул головой и выдвинул встречное условие:

— Сначала я хочу услышать обстановку.

Капитан секунду молчал, задумчиво пожевывая нижнюю губу, будто решая, стоит ли вообще общаться с этим представителем Карланда, который может оказаться очередным болтуном. А может, проще сейчас зарубить придурка, забрать деньги и уйти из крепости? Они всё равно контрактом не связаны формально, кто им что предъявит? Но, видимо, разглядел наемник что-то такое на лице графа… Принял решение и коротко кивнул на карту.

— Кассцы подтянули лестницы и «черепахи». Маги ихние работают — копают под стену, — он ткнул пальцем в участок у западного бастиона. — Наши чародеи несколько дней назад обрушили им одну галерею, но сволочи никак не успокоятся. Регулярно обстреливают крепость осадными заклинаниями. Чаще всего наши их отбивают, но иногда…

Что бывает, когда хорошо подготовленное осадное заклинание прорывается через защиту, Серову говорить было не нужно. Обычно это заканчивалось парой десятков смертей.

— Понятно…

— Прошлой ночью попробовали залезть втихую, мы отбили, но потери есть. Мои люди держатся, потому что мы привыкли. У нас репутация. Но вопрос тут максимально простой: платят — мы воюем. Не платят — уходим. И это я еще мягко говорю, ваше сиятельство.

Титулование графа капитан наемников произнес со всем доступным ему ехидством.

— А что наши маги? — Александр предпочел не заметить этого ехидства. Сначала дело, а потом уже личное.

— Ну, у них проблем с контрактом нет…

— Сколько времени у нас есть? — Поинтересовался Серов, имея в виду и возможность штурма кассцами, и возможность бунта наемников.

И в этот момент снаружи раздался крик. Потом еще один. Потом — глухой удар, как будто что-то тяжелое опрокинули.

Капитан встал.

— Нисколько, — сказал он без эмоций и тяжело вздохнул. Очевидно, капитан предпочел бы не доводить ситуацию до крайностей.

Серов тоже поднялся.

— Ведите.

Во дворе у колодца собралась толпа наемников — человек двадцать, не очень много, на самом деле. Александр боялся, что недовольных будет больше. Они стояли полукругом, и в центре этого полукруга, на коленях, держали того самого городского чинушу, которого Серову навязали «для правильного исправления бумаг». У чинуши была порвана рубаха, один глаз был подбит, а во втором плескался полнейший ужас. Мужчина, очевидно, был на грани обморока.

— Где деньги⁈ — орал высокий худой мужик со шрамом через нос. Свои крики он подкреплял взмахами руки, и каждый раз, когда кулак пролетал рядом с лицом работника ратуши, тот дергался и пытался как будто стать маленьким и невидимым. — Нам сказали сегодня! Сегодня, мать вашу! Нам уже десять дней не выплачивают боевые! Мы умираем без контракта и по сути бесплатно. Больше такого не будет.

Читал еще на Земле Серов, что у средневековых дворян была такая привычка выплачивать жалование после битвы. Тем, кто остался в живых, естественно: зачем золото мертвецам? — экономия налицо. Тут, очевидно, такой подход не жаловали.

— Я… я не распоряжаюсь казной… — визжал чиновник. — Я просто…

— Просто жирная крыса, — сказал кто-то из толпы, вызвав всеобщий хохот. — Приехал сюда без денег и принялся вынюхивать. Боеспособность отряда ему, видите ли, не нравится, цену найма он хочет пересмотреть.

Александр только вздохнул. Этого стоило ожидать: торгаши такие торгаши. Вроде бы готовы для спасения своей шкуры заплатить не торгуясь, но в последний момент всё равно попробуют выбить скидку из контрагента.

«А может быть, это кто-то таким образом „мину“ попробовал подвести под мою миссию. Разозлить наемников, чтобы они, не сильно разбираясь, просто порубили нас на орочий клец — и вся недолгая. Уж найти еще одну чернильную душу, которая сюда приедет потом и заключит договор, всегда можно. Еще и виру за наше убийство с наемников слупят». — Александр поморщился: все эти игры в «кто кого переинтригует» он никогда не любил. Гордиевы узлы предпочитал с определенной долей армейской прямоты рубить, а не распутывать.

Он вышел вперед и привлек к себе внимание.

— Отпустите его, — произнес граф громко, чтобы его точно услышали все присутствующие.

Толпа на секунду замерла, после чего все обернулись к новым действующим персонажам.

— Это кто? — бросил шрамоносый. — Капитан?

Очевидно, зачинщик всей бучи заметил за спиной Серова своего командира, и это заставило его вести себя чуть более осмотрительно.

— Я — деньги, — спокойно сказал Серов и сделал еще шаг.

— Пф… Видали мы козырей и покозырнее.

— А еще я тот, кто решает, получите вы их или нет.

— Слышь, ты… Деньги, а ну-ка иди сюда, посмотрим на тебя. Посчитаем. — Шрамоносый отпустил чинушу, который после этого повалился на покрытый каменными плитами замковый двор, и с явно недобрыми намерениями двинул в сторону Александра.

Попаданец повернулся к капитану наемников и вопросительно поднял бровь. В ответ тот только усмехнулся и пожал плечами. «Как хочешь» — этот молчаливый диалог так и понимай.

Неизвестно, что там себе думал шрамоносый, включая быка на человека явно бывалого, чье лицо также было покрыто шрамами, а руки явно привыкли к мечу уж точно не меньше, чем к писчим принадлежностям. Может, уверовал в свои силы, а может, и правда ситуация уже достала до последней крайности. Но вместо каких-то дополнительных разговоров он просто сходу попытался влепить Александру прямой удар справа в челюсть. Надо сказать, удар был даже и неплохой, кому другому его могло бы даже и хватить, но точно не человеку, который последние десять лет укреплял свое тело алхимией и впитал в себя опыт сразу нескольких отличных бойцов.

Граф просто довернул голову и немного отстранился, пропуская кулак мимо, после чего шагнул «в противника» и впечатал уже свой кулак тому в печень. Благо на этом наемнике не была надета кольчуга, и тканевый поддоспешник, набитый конским волосом, хоть и немного смягчил удар, но ровно настолько, чтобы спасти ребра от множественных переломов, не более того. Шрамоносый как на невидимую стену напоролся, раскрыл широко рот, выпучил глаза и с тихим стоном опустился на камень под ногами.

— Есть еще желающие померяться с графом Серовым на кулачках? Я, хоть и самовластный дворянин, готов уважить каждого. Или, может, на мечах кто-то позвенеть хочет? Есть тут самоубийцы?

— Ладно, будем считать, что себя ты, твое сиятельство, показал: не только торгаши есть в Карланде, но и настоящие воины, — капитан дождался, когда так и не сумевшего подняться на ноги шрамоносого товарищи уволокут куда-то за спины, и взял процесс переговоров в свои руки. — Но что по золоту?

— Золото у меня. Никто ваши боевые и премиальные зажимать не собирался, а вопрос по новому контракту будет решен уже сегодня. — Серов бросил взгляд на небо, которое уже окончательно посерело, а кое-где уже начали зажигать встроенные прямо в стены магические светильники. Богато жили имперские военные, сейчас-то такой сервис далеко не каждый дворянин может себе позволить. — Вернее, завтра уже. Мне нужно поговорить с кем-то на той стороне по поводу окончания боевых действий. Возможно, нужды в заключении нового соглашения уже просто не будет.

А потом с внешней стороны крепости донесся рог. Глухой, протяжный. Боевой, сообщающий о начале штурма.