Другие миры кроме этого - Кинг Стивен - Страница 50

Джек переступает черту, скрываясь в густой тени огромного дверного проема. Он подсознательно готов ощутить спертый воздух склепа и, возможно, запах разложения, но навстречу ему устремляется ровный и легкий ветерок — спасительная прохлада после тридцатиградусной жары внешнего мира. Где-то внутри стен тихонько, едва слышно рокочут механизмы. Ряды люминесцентных ламп убегают вдаль по обеим сторонам широкого пандуса для транспорта. В отличие от мигающих, чахлых фонарей на угольной фабрике, здешний свет горит ровно и ярко. Джек спускается по пандусу, благодаря Анде и Джериману примерно понимая, что его ждет, но увиденное все равно поражает его воображение.

Перед ним открывается исполинский подземный паркинг. Сотни машин выстроены на парковочных местах по обе стороны прохода, образуя идеальный узор «елочкой». Пыли нет вообще; краска и хром безупречно блещут в лучах потолочных ламп. Кажется, будто автомобили оставили здесь буквально вчера. Табличка на стене гласит: «ОСТАВЛЯЙТЕ ПРОПУСКА НА ЛИЧНОМ ТРАНСПОРТЕ ЛИЦЕВОЙ СТОРОНОЙ НАРУЖУ». Чуть дальше, примерно на четверти пути вглубь зала, другая табличка предупреждает: «ДВИЖЕНИЕ НА ЛИЧНОМ ТРАНСПОРТЕ ЗА ЭТУ ЧЕРТУ ЗАПРЕЩЕНО».

Джек шагает по центральному проходу мимо «личного транспорта», оставленного здесь персоналом, который испарился Бог весть когда и по какой причине. Ему спонтанно вспоминается падение Башен-близнецов — это случилось вскоре после его переезда во Френч-Лэндинг, — и документальный фильм о тех событиях. Кадры самолетов, врезающихся в здания, были ужасны, но больше всего в память врезалась — став своего рода памятником всем оборвавшимся жизням — пятисекундная панорама соседнего паркинга, точь-в-точь такого же, как этот, до отказа забитого машинами, чьи владельцы уже никогда за ними не вернутся. Несчастные, что сгорели, разбились при падении или задохнулись в дыму. Что стряслось с мужчинами и женщины, работавшими на этой базе — оставалось открытым вопросом. Он приглядывается к пропускам на лобовых стеклах. Без фотографий. Большинство имен звучат абсолютно по-американски. Другие — явно иностранные, выведенные на языке, который он не способен разобрать. И это точно не местное наречие Срединного Мира.

Тут стоят семейные седаны, малолитражки, микроавтобусы, несколько пикапов и пара мотоциклов. Джек проходит мимо «Фордов», «Шевроле», «Тойот» и даже одного «Майбаха», должно быть, принадлежавшему кому-то на самой верхушке местной пищевой цепочки. На приборных панелях или под дворниками аккуратно лежали пластиковые пропуска с серийными номерами и штрих-кодами.

Джек останавливается перед седаном на середине парковки личного транспорта. Машина чем-то напоминает «Вольво», но решетка радиатора разделена надвое, а стекла имеют странную, выпуклую форму. Он никогда не видел ничего подобного, а когда ищет название на шильдике, находит «Такуро Спирит». Смотрит на противоположный ряд и замечает еще несколько таких же «Спиритов». Идет назад, глядя на машины уже другими глазами, и обнаруживает пикап под названием «Банана Хэви». Часть здешнего транспорта явно прибыла с американской стороны, но часть — из… каких-то других мест.

— Есть и другие миры, кроме этого, — произносит Джек на обратном пути к пикапу «Банана Хэви». Номерного знака у него нет, только наклейка на бампере, покрытая вязью какого-то путаного языка, совершенно незнакомого Джеку. Он медленно проходит вдоль двойного ряда машин, теперь уже отмечая те, что не поддавались опознанию. У «Фордов», «Шевроле» и «Субару» американские номера (если не считать один старенький «Форд Кортина» с номерами старой доброй Англии). Машины из иных мест щеголяют номерными табличками с геометрическими фигурами или обходятся вообще без них. На штуковине под названием «Самбор ЛайтБим», которая слегка смахивала на «Форд Флекс», красуется наклейка: «ЭТА МАШИНА ПОДНЯЛАСЬ НА ГОРУ ВАШИНГТОН».

— Да, но в каком именно мире? — тихо пробормотал Джек.

За рядами гражданских авто Джек обнаруживает военную технику — те самые джиппы. Тут стоят «Хамви», внедорожники «четыре на четыре», багги, грузовики-трехтонники и легкие тактические машины с брезентовыми тентами. В большинстве кузовов пусто. В некоторых стоят ящики, куда заглядывать Джек не стал. Попадаются угловатые, серо-коричневые машины под названием «ГоуГоу» с пулеметами на крышах кабин и в открытых кузовах. Джек взбирается на одну такую, чтобы получше рассмотреть пулемет. Поначалу тот не поддается — смазка в поворотном шарнире намертво закоксовалась, — но затем со скрипом сдвигается с места. Оружие лучше некуда, если бы не две проблемы: во-первых, его намертво прикрутили к кузову штуковины под названием «ХайМоб», а во-вторых, нет патронов.

Часть грузовиков оказываются моделями «Шевроле G506» и «G7100», которые считались новинками во времена Второй мировой, и на взгляд Джека, до сих пор выглядят как новенькие. Большинство же составляют тяжеловозы «Такуро Гибрид», подключенные к настенным зарядным устройствам. В Америке Джеку доводилось видеть «Теслы» и даже парочку «Кибертраков». Эти тяжелые грузовики «Такуро» выглядят как следующее поколение подобных электромобилей.

В стороне стоит дюжина машин поменьше под названием «Бинни Динг». Они длиннее обычных джипов, но в целом сохраняют тот же силуэт. На взгляд Джека, они выглядят легкими, быстрыми и маневренными. На них установлены поворотные пусковые трубы — точь-в-точь как в старых фильмах про Вторую мировую. По бокам крепятся глубокие стальные карманы, судя по всему, предназначенные для боекомплекта. В карманах пусто. Одно из парковочных мест тоже пустует, хотя на полу еще виднеется свежее масляное пятно. И теперь Джек точно знает, на чем раскатывают Киннестон и Спекхоффер — на «Бинни Динге».

В самом дальнем конце подземного паркинга зияют огромные открытые ворота. Стоит Джеку приблизиться к ним, как вспыхивают ярко-желтые прожекторы, а эхо подхватывает механический голос, объявляющий, что вход разрешен только по синим пропускам. Никакого синего пропуска — да и вообще никакого пропуска — у Джека нет, поэтому он просто шагает внутрь.

Тот же робо-голос истошно взвывает: «Тревога! Тревога!», а затем мгновенно умолкает. Джек едва обращает на него внимание. То, что открывается его глазам в лучах автоматического света, заставляет замереть в очередном изумлении. В металлических стеллажах бесконечными рядами высятся желтые снаряды — те самые ракеты «Драконий огонь». Два стеллажа пусты.

«Значит, они под завязку забили отсеки для боеприпасов на своем угнанном „Бинни Динге“, — понимает Джек. — Загрузились и рванули на восток. Сперва в Ривен, где взорвали все к чертям и бросили Дейла на растерзание упырям. А затем двинулись к железнодорожному депо в Эллис-Брикс, где угробили Пэя и одну из моих лошадей».

— Ну что за и суки, — шепчет он, глядя на штабели оружия, выкрашенного в тот же веселенький желтый цвет, что и неразорвавшаяся пустышка в фабричной конторе. — Твари конченые.

Арсенал колоссальный, размером с три самолетных ангара. Ближе к его концу приходит черед оружия посерьезнее — боеголовок, подвешенных в десяти футах над полом в стальных сетчатых стропах. Они выкрашены в глухой черный цвет, за исключением желтых треугольников — символа радиации, похоже, остающегося неизменным во всех мирах. Джек проходит под одной такой махиной и замечает, что кто-то вывел на ней надпись, судя по виду, обычным красным мелком: «ПРИВЕТ ПРИВЕТ ПОКА ПОКА».

Глава 11

Анда велела Джеку не соваться в Проклятые земли и не приближаться к Прорве без защиты. «В хране ты найдешь все, что тебе нужно», — сказала она.

Миновав парковку, автопарк и оружейную, Джек набрел на жилые отсеки для мужчин и женщин, некогда обслуживавших эту базу. Судя по всему, народу здесь обитало великое множество. Он миновал огромную кухню и колоссальную столовую с бесконечными рядами длинных столов с сотнями перевернутых стульев на них. Очевидно, какой-то давно сгинувший уборщик (робот или человек) собирался отполировать пол. Каблуки коротких сапог Джека отдавались гулким и зловещим эхо.