Очень приятно, Царь! Блюдо пятое (СИ) - Бергер Евгений - Страница 41

— Боюсь, что про экологию создатели этого прекрасного заведения совсем не думали.

— М-м-м… — Госпожа Симонова прикусила нижнюю губу: — Я не совсем понимаю. На каком языке все эти названия?

— Что именно тебя интересует? Я могу помочь.

— Ну, вот к примеру — «Большой Мак». Это что?

— Здоровенный двухэтажный бургер.

— А чизбургер?

— Маленький бургер.

— А наггетсы?

— Кусочки куриного филе в кляре.

— М-м-м… Я хочу попробовать всё!

— Не вопрос. Но хочу сразу предупредить, что половину, скорее всего — придётся везти в общагу.

— Ты недооцениваешь мой метаболизм.

— Хорошо…

Неоднократно сталкивался с уникальными девчонками. Таких Лилия и большая часть представительниц модельного бизнеса называли «долбанными ведьмами».

Её зовут Оля. Она часто приходит в «Шашлычок». Помощница бухгалтера на крупном предприятии Москвы. Выглядит симпатично, но ничего особенного. Из увлечений игра на гитаре и профессиональная фотография. По выходным ездит к родителям в соседний город. Мечтает о большой мохнатой собаке.

Казалось бы — просто девочка, да?

Но на деле она была самой настоящей чёрной дырой! Это низенькое худенькое создание могло в одну каску схомячить ШЕСТЬ хинкалей, полукилограммовую хачапури по-аджарски, заполировать всё это пятью десертными хинкалями с вишней, здоровенным куском медовика и выпить при этом пол-литра тархуна. Причём делала она это с таким видом, будто занимается самым лучшим сексом в своей жизни! Ахегао 80 уровня!

Потолстела ли она хоть на грамм за последние два года?

Нет.

Ведьма? Все девчонки в «Шашлычке» уверены, что да.

И ладно бы Оля делала такой мощный обед раз в месяц. Но нет… Оля приходила к нам ТРИ РАЗА В НЕДЕЛЮ!!!

Поэтому насчёт Амелии я уже не сомневался. Она смерчем уничтожила две приличные порции жаренной утки. И уверен, что основное меню «Мака» Госпожа Симонова «пригубит» без малейших трудностей.

— Свободная касса! — воскликнул затюканный мальчик-студент.

— Добрый вечер. — поздоровался я: — Нам, пожалуйста, «Большой Мак», два «Двойных чизбургера», «наггетсы» девять штук, один «Цыпа-Мак», средний картофель фри, два пирожка с вишней, два молочных коктейля с клубникой, две «Царские колы» по ноль пять, два соуса сырных и два соуса кисло-сладких.

— Здесь или с собой?

— Здесь.

— Заказ принят! Пожалуйста, ожидайте. — мальчик-студент протянул мне чек с номером.

— И что теперь? — поинтересовалась Амелия, когда мы отошли в сторону.

— Будем ждать.

— Вау! У них открытая кухня?

— Типа того.

— Я вижу, как они готовят картошку! Блин, я всё вижу!

Многие задаются вопросом, а почему мужики так любят водить девчонок в рестораны и делать всякие подарки? Конечно, кто-то утверждает, что тут виновата эволюция. Мол, мужики всегда были добытчиками.

Но на самом деле всё гораздо прозаичнее!

Мужики дико кайфуют, когда видят искреннюю радость у девчонок. Не больше и не меньше. Почему иногда мужик резко перестаёт удивлять и остывает? Всё просто! Его избранница перестала радоваться и благодарить. Такая вот банальная, но в тоже время крайне сложная причина для кризиса взаимоотношений.

А сейчас я чувствовал самодовольство от того, что Амелия, которая буквально три часа назад была типичной Снежной Королевой — превратилась в очарованного ребёнка. Она радовалась глупой мелочи, которая для большинства людей являлась едва ли не повседневной. И со стороны это выглядело очень мило.

— Ваш заказ! — позвал мальчик-студент и вручил нам два здоровенных подноса.

Выбрав местечко по укромнее, мы начали дегустацию. Вернее — Амелия начала дегустацию. Ибо лично мне здесь каждый вкус был абсолютно понятен.

— Ну, давай. — я с любопытством смотрел на Госпожу Симонову, которая поглядывала на «Большой Мак», как на опасное приключение на таинственном острове.

— Ладно. Поехали! — выдохнула она и осторожно сделала первый укус.

И вновь огромное количество эмоций на лице вчерашней Снежной Королевы.

— Как оно? Фигня, да? — улыбнулся я.

Однако вместо ответа Амелия просто превратилась в смерч и быстро умяла здоровенный бургер.

— Это… Интересно! «Большой Мак» — величественный двухэтажный дворец вкуса, где между мягких булочных стен таится говяжья котлета, словно застенчивый рыцарь в кунжутных доспехах. Фирменный соус обволакивает язык нежностью, напоминающей первую любовь из романтической книги — сладковато-кисловатую и слегка загадочную. А салат… Божечки! Салат хрустит, как осенняя листва под ногами поэта! И сыр… Он нежно обволакивает мои вкусовые сосочки, плавясь золотистой рекой счастья.

— Оценка блюда по десятибалльной шкале?

— Девять из десяти! Балл сняла за то, что в первый раз тут… И могу быть немножечко предвзятой. — застенчиво ответила Амелия.

— Дать передышку или сразу к двойному чизбургеру?

— Никаких передышек! — Госпожа Симонова уверенно съела очередную легендарную позицию «Мака». Кто бы что не говорил, а я всегда считал, что двойной чизбургер — эталон подобных фастфудных блюд. Не слишком маленький, как гамбургер. И не слишком огромный, как тот же «Большой Мак», который совершенно неудобно есть.

— Двойной чизбургер — скромный младший брат «Большого Мака», но какой харизматичный! Его простота обманчива: две сочные котлеты обнимаются с американским сыром в танце страсти, кетчуп и горчица играют роль страстных испанских гитар, а лук добавляет пикантности, словно неожиданный поцелуй. Девять из десяти.

— Тебе придётся это опубликовать!

— Вот ещё… Хочешь, чтобы отец оторвал мне голову?

— Опубликуй под псевдонимом.

— Хех… У любого критика, как и у типичного писателя, есть свой стиль. Меня быстро выведут на чистую воду.

— Эх… Но у тебя здорово выходит.

— Благодарю.

— Отдохнёшь?

— Нет! — глаза Амелии вспыхнули: — Никаких остановок! Я хочу поскорее удовлетворить своё любопытство!

— Ладно. Что следующее?

— Куриные наггетсы. С каким соусом порекомендуешь?

— А давай и с сырным, и с кисло-сладким.

— Хорошо! Но сперва попробую чистыми. — Госпожа Симонова напала на наггетсы, словно волчица на кролика.

О! Она даже оставила мне три штучки… Неужели мы нащупали её предел?

— Я оставила… Чтобы ты попробовал. Так бы с удовольствием съела всё.

Или не нащупали…

— Что скажешь?

— Наггетсы — это золотистые самородки счастья! Хрустящая панировка трещит, подобно костру в зимнюю ночь, открывая нежную куриную мякоть, которая буквально тает во рту. Каждый кусочек — маленькая победа над моим неуёмным голодом! А соусы только распаляют и без того восхитительный вкус. Хоть это и фастфуд, но есть в нём, что-то удивительное! Уютное и своё… Греющее душу. Но при этом — совершенно новое. Чего я раньше никогда не пробовала. Девять из десяти!

— Прекрасно. Кстати, наггетсы в «Маке» мне всегда нравились больше, чем в других аналогичных заведениях.

— Мне так стыдно напрашиваться, но… Может быть, когда-нибудь ты сводишь меня в эти «подобные» заведения? Просто Мила подобное осуждает. Она следит за фигурой. А больше… мне особо и сходить-то не с кем.

— Вообще, не вопрос.

— Дерек, ты такой замечательный!

— Я знаю.

— Вот просто слов нет, насколько ты замечательный! — Амелия была настолько счастлива, что в мгновение ока уничтожила «Цыпа-Мак».

— Ты хоть что-нибудь успела заметить?

— Ну, конечно! Я могу не подавать виду… Но мои рецепторы всегда настороже.

— Отлично. И как тебе?

— «Цыпа-Мак» предстаёт элегантной курочкой в белоснежном платье из домашнего майонеза. Его нежность контрастирует с хрустящей панировкой, создавая симфонию текстур! А салат добавляет свежести, как утренняя роса на лепестках роз. Восхитительно! Девять из десяти.

— Что ж… Вот и мы подошли к тому, за что многие обожают «Мак». — я придвинул красную упаковку с картошкой фри: — Пожалуй, лучшая из всех! Но это сугубо на мой взгляд. Колян, например, любит в «Царь-бутерброде». Мол, она там толще. Однако мне толстые не заходят.