Пленница разбойников (ЛП) - Эванс Джейд Р. - Страница 56

— И так ты оказался здесь, — заканчиваю я за него.

— Плюс-минус. — Эл-Джей качает головой. — Слушай, из меня выбивали дерьмо по шесть дней в неделю. Мое тело долго бы не протянуло. Я рассудил, что любое его предложение окажется лучше и даже безопаснее.

— И так оно и вышло?

Эл-Джей лишь качает головой. Не отвечает.

— Ты слишком хороша для этого, Мэриан, — произносит он. — Слишком хороша для всех нас. Ты заслуживаешь правды. Не благотворительности. И не этой… жалости из-за чувства вины.

Что-то надрывное в его голосе заставляет меня осечься. Дело не просто в неприязни ко мне, не в пацанском кодексе или скверном характере. Это…

— Что… что ты имеешь в виду? — спрашиваю я осторожно, теряясь в догадках.

Эл-Джей не отвечает.

— О чем ты говоришь? — на этот раз нажимаю я сильнее.

Эл-Джей поднимает на меня горящий взгляд.

— Ты знаешь, за что Роб сидел, Мэриан? Знаешь, какие преступления за ним числятся? Он не всегда был благородным воришкой, помогающим простым людям. — Желваки на его челюсти ходят ходуном.

— Что он сделал? — едва слышно шепчу я.

— Особо тяжкое, — говорит Эл-Джей. — Торговля. В особо крупном.

Осознание приходит не сразу.

— Он был…

— Наркота, Мэриан. Он гнал в Вирджинию больше герыча, чем кто-либо на мили вокруг. В девятнадцать лет был главным поставщиком для всего Шервуда. И Роб… — Он сглатывает. — Он толкнул дозу твоему отцу. В ту самую ночь, когда тот погиб.

Глава двадцать шестая



Воздух вокруг меня будто леденеет.

Нет, думаю я. Нет. Нет. Каждая клеточка моего тела противится этой правде.

— Ты врешь, — быстро выпаливаю я. — Это мерзко. Ты, сука, врешь и…

— Я не вру, — перебивает Эл-Джей. — Мэриан, пожалуйста, поверь мне, это правда.

Мэриан. Не Принцесса. Не «ты» или «она».

Мое имя.

Он серьезно.

— Я знал, что он толкнул товар какому-то важному кадру, прокурору, который обдолбался и разбился на машине вместе с женой. Но это было еще до меня. Я не знал, что это за мужик, и уж тем более, что у него осталась дочь. И уж совсем не думал, что…

Он умолкает. Но лишь на мгновение.

— Меня бесило, что он тебе не рассказывает, — продолжает он. — Что они все молчат. Роб говорил, будто ты снова сбежишь, решишь, что справишься сама. Твердил, что мы обязаны тебя защитить, даже если ради этого придется лгать. Но я так больше не могу, Мэриан. — Эл-Джея отчаянно, умоляюще смотрит на меня. — Прости. Я хотел бы…

— Откуда мне знать, что ты говоришь правду? — прерываю я его. Меня тошнит. Этого просто не может быть. Я не могла позволить такому человеку прикасаться к себе, видеть меня, заставлять меня чувствовать… хоть что-то. Ему и всем, кто ему помогал. — Ты утверждаешь, что они мне врут. Почему я должна верить, что не врешь именно ты?

— Да потому что я не вру! — рявкает Эл-Джей. Его ярость пугает меня, и я делаю шаг назад. Он замечает это и отворачивается, будто со стыда.

— Прости, — бормочет он.

— И почему ты вывалил это только сейчас? — допытываюсь я. — Если знал с самого начала и это так тебя грызло, почему не сказал при первой же возможности?

Я в отчаянии копаю глубже. Я не считаю Эл-Джея лжецом. Точно не того человека, который защищал меня от уродов и украл ради меня ожерелье. Но выбор невелик: либо врет он, либо остальные трое. И его ложь, пожалуй, была бы менее болезненной.

— Ну, сначала я и сам не знал, — признается Эл-Джей. — Откуда мне было знать, что случайная беглянка, которую мы поймали на нашей земле, — дочь мужика, которого Роб и остальные когда-то… в общем, — он уводит взгляд. — К тому же я думал, ты тут ненадолго и это неважно. Ты мне не нравилась…

— И сейчас не нравлюсь, — вставляю я.

— Ни хера ты не знаешь, — огрызается Эл-Джей. — Но я думал, мы получим выкуп, и дело с концом. А потом Роб перед тобой расквасился. И остальные тоже. Потом Тук докопался, кто ты такая, кем был твой отец, и я окончательно взбесился, что ты здесь. Мне просто… стало хреново, Мэриан. А когда в ночь после «Охоты на лис» стало ясно, что ты остаешься, я разозлился. Пиздец как разозлился. Потому что чувствовал себя беспомощным. И…

Тут Эл-Джей поднимает на меня глаза, взгляд у него чистый, пронзительный, и у меня внутри все просто тает.

Боже, как же я в нем ошибалась.

Никакой он не ворчливый качок-ублюдок, который ненавидит меня и мою благополучную семейку.

Он защитник. Человек, который носит ответственность, как тяжелые доспехи. Человек, который копит силу, чтобы оберегать других. Пусть даже для этого приходится держать их на расстоянии вытянутой руки.

И прямо сейчас он чувствует, что не справился.

Меня все еще трясет от злости, я в ярости от этой реальности, я на взводе и дышу через раз, но желание поддержать его, подарить хоть каплю утешения перевешивает все остальное. Я протягиваю руку и касаюсь его щеки.

— Эл-Джей, — тихо говорю я. Даже сквозь гнев я нахожу в себе силы пробудить для него слабое тепло. — Не надо.

Он накрывает мою ладонь своей, задерживает на миг, а затем мягко отстраняет меня.

— Прости, Принцесса. — Он шумно выдыхает. — Боже, я и сам не знаю, правильно ли поступаю сейчас. Но когда Уилл на днях сменил замки, это стало последней каплей. Я не мог… это неправильно.

— Замки? — повторяю я. Кожу на затылке покалывает от недоброго предчувствия.

Эл-Джей отводит глаза.

— Новая система безопасности нужна не только для того, чтобы не пустить твоего дядю, Мэриан. Она…

— Чтобы не выпустить меня? — Это лишь догадка, и мне очень не хочется оказаться правой, но Эл-Джей просто кивает. Я качаю головой. — Нет. Они бы так не поступили.

— Серьезно? — хмыкает Эл-Джей. — Теперь ты знаешь наш секрет. Они не хотят причинить тебе вред, но и рисковать собственными шкурами не могут. При желании ты наведешь шерифа прямо на нас.

— Но я бы не стала. — Однако, произнося эти слова, я сама не уверена в их правде.

— Да неужели? — повышает голос Эл-Джей. — Теперь, когда ты знаешь, что они натворили, ты бы не ухватилась за чертов шанс сдать их и отомстить?

Повисает долгая тишина.

— Не могут же они и правда запереть меня здесь, — выдавливаю я. Безумие, я до сих пор отказываюсь верить, не хочу думать о них плохо. Даже зная, что из-за них я осталась сиротой. Из-за них выросла в нищете, терпела крики, побои, ожоги, издевательства и вкалывала, сука, до изнеможения.

— Заперли, — отрезает Эл-Джей. — Они так мыслят, Мэриан. Мы все так мыслим. Всегда ради общего блага, ради большей выгоды. Они не хотят подрезать тебе крылья, но и ставить под удар наше общее дело тоже не станут. Иначе пострадает куда больше людей.

— Ну да, зато собственные задницы в тепле и безопасности, — бормочу я. — Пиздец как удобно. — Я выдерживаю паузу. — Я все еще… не могу поверить.

— Пойди и спроси, если хочешь, — ровно и спокойно говорит Эл-Джей. — Спроси Уилла, зачем ему все эти замки. Он не станет врать тебе в лицо. Знаю, что не станет. Он… они все просто надеялись, что ты никогда не догадаешься. Но я не могу жить с этой ложью. — Его широкие плечи слегка опускаются. — Я обязан им верностью. Я обязан им, сука, жизнью. Но тебе я должен… хотя бы правду.

Я с трудом сглатываю. Затем приподнимаюсь на цыпочки и едва заметно целую Эл-Джея в щеку.

— Спасибо, — говорю я.

Эл-Джей ничего не отвечает, просто обхватывает меня своими огромными руками.

Мне тепло и безопасно, но это длится слишком недолго.

Впрочем, иначе и быть не может.

Когда он отпускает меня, я заглядываю ему в глаза.

— Где Уилл?



Я никогда прежде не бывала в комнате Уилла, и странно, что мне приходится впервые увидеть ее при таких обстоятельствах.

Здесь чисто и стильно, как и следовало ожидать. В интерьере нет мрачных тонов черной кожи и полированного красного дерева, как в остальных частях дома. Все выдержано в стально-серых цветах и светлом дереве, в скандинавском стиле. Скрытая светодиодная подсветка мягко озаряет туманного оттенка стены, между которыми расположился изящный в своей простоте каркас кровати — без сомнения, дизайнерской, — и несколько со вкусом оформленных книжных стеллажей по обе стороны от письменного стола.