"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Шторм Максим - Страница 775

Глава 15

Август первых двух военных лет казался бесконечным, тянулся мучительно долго, словно время застыло в ожидании перемен. Но нынешний, сорок третьего, пролетел стремительно, почти незаметно растворившись в круговороте дел. Да иначе быть не могло, когда каждый день расписан по минутам, когда забот и хлопот столько, что едва успеваешь перевести дух. Иногда вечером, перед тем как лечь в постель, я вспоминал все сделанное за день и удивлялся тому, сколько всего удается втиснуть в эти восемнадцать часов. Правда, порой рабочий день растягивался и на двадцать.

Из Москвы я вернулся с твердым убеждением, что люблю Машу и хочу всегда быть с ней вместе, идти рядом по жизни, быть одним целым в горе и радости, в будни и праздники. Она стала моей второй половиной, частью меня самого.

Не знаю, я так решил сознательно или это случилось само собой, но окончательно это чувство овладело мной, когда мы возвращались из Москвы. Уставшая и переполненная впечатлениями Маша сразу заснула на моем плече, взяв мою руку, которую не отпускала весь полет. Я смотрел на ее спокойное лицо, слушал тихое дыхание и понимал, что именно она должна быть рядом со мной всегда.

О взаимных чувствах мы пока не разговаривали, никаких конкретных планов не строили, но стали чаще видеться. Маша почти ежедневно приезжала ко мне, когда я по вечерам готовился к сдаче экзаменов за второй курс. Она садилась рядом, листала какую-нибудь книгу или просто молча наблюдала, как я занимаюсь. Ее присутствие успокаивало, помогало сосредоточиться и подготовка шла быстрее, чем я рассчитывал.

Виктор Семенович нанес мне очередной неожиданный удар, организовав обсуждение моей персоны на бюро горкома партии. Причем с привлечением тяжелой артиллерии в лице Чуянова и Воронина, которые входили в его состав, но последнее время не участвовали в работе. Видимо, мой случай показался им достаточно серьезным.

Здесь они приняли самое активное участие, и именно по предложению Чуянова было принято драконовское решение. Мне установили строгий распорядок дня, включающий в себя три, а желательно четыре часа занятий, обязательные шесть часов отдыха, причем желательно ночью, и один выходной раз в две недели. Все расписали, все предусмотрели, словно я несмышленый ребенок, за которым нужен постоянный присмотр.

Контроль за выполнением этого постановления возложили на Кошевого и Блинова, которым это проще пареной репы, так как кто-то из них постоянно находится поблизости. Маша, получается, тоже помогает им в этом «черном» деле, приходя ко мне каждый вечер. Я сначала пытался возмущаться таким надзором, но быстро понял, что бесполезно. Да, честно говоря, на самом деле ничего не имел против.

Правда в первый момент я попытался высказать возмущение таким бесцеремонным вмешательством в мою жизнь, но Виктор Семенович совершенно серьезно заявил, что они, как коммунисты, не могут позволить, чтобы я на их глазах угас от непосильной ноши, которую взвалил на себя. Говорил он это спокойно, но в глазах читалась настоящая забота. Пришлось смириться.

Так что эти двенадцать, а порой и четырнадцать часов рабочего дня я кручусь, наверное, намного быстрее, чем белка в колесе. Успеваю везде, хотя иногда чувствую, что силы на исходе.

Напряженные усилия, предпринимаемые все предшествующие месяцы, начали давать результат. Особенно наши действия по механизации восстановительных и строительных работ принесли ощутимую пользу. Доля ручного труда у нас везде резко упала, и это сразу привело к значительному росту производительности. Люди работали эффективнее, меньше уставали, а главное, появилась уверенность в том, что город действительно поднимается из руин.

В результате первого сентября будет сдан восстановленный дом Павлова, два подъезда дома НКВД, выполнен план по восстановлению школ. В Спартановке Василий успел построить дополнительную школу, и наконец-то в Сталинграде возобновят деятельность два ремесленных училища. Молодежь снова сможет получать профессию прямо в городе, не уезжая в область.

В Кировском районе полностью завершены все восстановительные работы, остались последние штрихи на доме консервного завода и в общежитии политеха. Почти все строительные бригады переброшены в другие районы города, и это сразу отразилось на объемах и темпах работ. Там, где месяц назад только разбирали завалы, теперь возводят стены.

Черкасовские бригады, конечно, не остались без дела. Во-первых, мы сохранили там строительный участок в составе двух строительных бригад, которые продолжают работать преимущественно в частном секторе. Желающих построить новое или улучшить имеющееся жилье достаточно, а государство пока без проблем выдает на это льготные ссуды. Люди хотят обустраиваться, создавать нормальный быт.

Во-вторых, предстоят огромные работы по благоустройству района, одно озеленение чего стоит. Нужно высадить деревья, разбить скверы, создать зеленые зоны для отдыха горожан.

В-третьих, территорию между Кировским и Ворошиловским районами решено ускоренно развивать. Она не очень была освоена до войны, и там много мест, где можно без объемной подготовки начинать жилищное строительство. Земля ровная, коммуникации подвести несложно.

И конечно, часть бригад будет выезжать помогать в другие районы, где рук не хватает.

Замечательно идут дела на восстановлении корпусов наших институтов: медицинского и бывшего механического в Верхнем городе Тракторного, теперь это наш политех. Студенты наверное быстро смогут вернуться в нормальные аудитории, в лаборатории, где можно проводить полноценные занятия.

По графику, уже можно смело так говорить, идут работы на панельном заводе и на наших стройплощадках. Приезжаешь туда, и сердце радуется. Видишь, как растут стены, как меняется облик города, и понимаешь, что все это не зря.

Но главным событием августа стал приезд посланцев Генри Эванса. Мы ждали их давно, готовились тщательно, и вот наконец они здесь.

Уборочная в хозяйствах области, начавшаяся еще в июле, а на небольших площадях злакобобовых смесей вообще в июне, идет полным ходом. Погода благоприятствует, техника работает без сбоев.

К моему глубочайшему удовлетворению даже тот самый минимум помощи, оказанной нашим подшефным хозяйствам, дал ощутимую отдачу. В хозяйствах Красноармейского района, где мы просто помогли с техникой, собирают процентов на тридцать больше, чем соседи. А на опытной станции от восьмидесяти до ста процентов прибавки.

Это совершенно ошеломительный результат, который получен в основном за счет улучшения организации труда, более высокого уровня механизации и резкого уменьшения административного давления. Когда людям дают работать спокойно, не дергают по мелочам, не требуют ежедневных отчетов, производительность растет сама собой.

Об этом открыто никто не говорит, последние глупые и наивные люди закончились с началом войны. Но у тех же Антонова и Самсонова чуть ли не на лбу написано, что это, по их мнению, произошло в огромной степени благодаря тому, что всякие сельхозотделы не указывают им, когда что пахать, сеять и убирать. Они сами знают свою землю, сами понимают, когда что делать.

Я на самом деле целиком разделяю эту точку зрения, но мнение свое держу при себе. Время для таких разговоров еще не пришло.

Эванс ответственно подошел к отбору специалистов, которых послал к нам. Всего их четырнадцать человек: двое общих руководителей и четыре группы по три человека. Полеводство, животноводство, птицеводство и строители. Каждая группа включает русскоговорящего специалиста. Где Эванс их откопал, для меня загадка. Ни один из них никаким боком не лежал рядом с послереволюционной эмиграцией из нашей страны. Хорошо владеет русским и Джо Купер, американец, возглавляющий эту делегацию. Высокий, широкоплечий, с открытым лицом и прямым взглядом.

Оказывается, первый транспорт, снаряженный Эвансом, уже пришел в иранский Бендер-Абас и пока просто стоит там, ожидая разгрузки. Эванс профинансировал строительство небольшого терминала, который будет обрабатывать его грузы и отправлять к нам. Дело серьезное, с размахом.