"Фантастика 2026-166". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Шторм Максим - Страница 237

Жестоко? Несомненно. Даже безжалостно. Но при этом крайне эффективно с точки зрения замысла для сохранения местоположения форта в секрете. Шрам оказался неплохим организатором — умным, беспощадным, не боящимся крови. Одно его сгубило — чрезмерная самонадеянность. Посчитал себя хитрее всех и ожидаемо расслабился, стал больше пить, валять девок в постели, посчитав, что добился всего. И тут судьба его подловила, покарав жестко и быстро, как обычно и бывает в подобного рода случаях.

Но даже сейчас, сидя на земле и зажимая рукой рану на ноге, нанесенную Сореном для стимуляции к разговору, Хенрик Шрам искал выход из ситуации, в которой оказался. Это было хорошо видно по напряженному взгляду, рыскающему по сторонам. Главарь пытался понять, сможет ли выйти сухим из воды в очередной раз и искал для этого пути выхода.

Он напоминал пойманного в капкан волка, готового отгрызть себе лапу, но получить свободу. И в чем-то такая неукротимая решительность даже импонировала. Не каждый будет до конца сопротивляться, многие сложат ручки, покорившись судьбе. И с таким же смирением примут смерть.

Но этот другой, этот будет стараться вырваться до конца. Другое дело, что отпускать этого волка не входило в мои планы.

В конце концов, любой хищник в какой-то момент жизни встречает более сильного хищника и становится примеряет роль добочи. Теперь настала очередь Хенрика Шрама.

— Уверен, ты понимал, что такое рано или поздно случится и соответствующим образом подготовился, — тихо проговорил я.

Кроме тайника, которым сейчас занимаются Сорен и Берг, у него наверняка еще припрятано немало ценностей в других местах. Не могло не быть. Особенно у столь предусмотрительной личности, пусть и расслабившейся под конец карьеры. Но вначале, он явно думал о том, что будет, если вдруг придется быстро бежать.

Разбойник понял на что намекаю, но лишь упрямо поджал губы, продолжая молчать.

Упрямый засранец. Я активировал заклятье «Когтя» в форме клинка. Со стороны выглядело так словно из рукава балахона выскользнул длинное лезвие, переливаясь призрачной тьмой. Шрам вздрогнул, глаза лесного бандита расширились, завороженно наблюдая за инфернально выглядевшим клинком.

— Не заставляй резать тебя на куски, — тихо предупредил я.

Голос прозвучал, как шелест опавшей листвы, заставив разбойника втянуть голову в плечи.

— Где остальные тайники? Говори.

Призванный клинок качнулся, кромка лезвия оцарапала кожу на лице Шрама. Он почти перебороло страх, с ненавистью взглянув во мрак капюшона. В ответ оттуда прилетел короткий смешок. Мне понравилась проявленная смелость. Но я все равно собирался добиться ответа на прозвучавший вопрос.

— Или ты говоришь, или я начинаю отрезать от тебя куски. Начну с ушей, затем нос, губы, веки, глаза, доберусь до всего, оставив только язык, чтобы мог говорить. А затем отрежу и его, превратив в мычащую тушу. И оставлю умирать, бросив среди трупов остальных твоих сдохших приятелей. Согласись, не самая приятная смерть, — негромко проговорил я.

И он сдался, потому что поверил, что так и будет, что страшный колдун в темном плаще сотворит, что обещал, а потом преспокойно уедет, позабыв о случившемся через пару часов.

Шрам считал себя крутым мужиком, способным на многое, но вытерпеть подобное безразличие не смог. Что к нему будут относится как к куску говорящего мяса, которое надо только правильным образом приготовить, чтобы добиться ответов. Хотя сам наверняка так же пытал и убивал крестьян и пойманных на дороге торговцев. И именно поэтому знал, что последует дальше. И не выдержал.

— Личный именной счет в Торговом Доме Моранов, там все деньги, — выдохнул он и замолк.

Ого, я удивленно приподнял брови. А разбойничек оказался непрост. Я думал об еще одном тайнике где-нибудь в лесу, а тут персональный банковский счет. Вот уж действительно, инновации в деле разбойничьего промысла…

Стоп, но помогать известному преступнику, которого разыскивают во множестве земель, респектабельная торговая контора не станет. Побоится за репутацию. Стоит появится слуху, что они имеют дела с лесными бандитами, как остальные торговцы откажутся с ними работать. Не говоря уже о властях, которые обязательно заинтересуются данным фактом.

Не сходится. Или дело в другом?

— Я так полагаю, служащие Моранов знают тебя не под твоим настоящим именем, — медленно проронил я.

Главарь шайки угрюмо кивнул. Он уже понял, что проклятый колдун не отстанет и выведает все до последнего слова.

— Есть места, где меня не знают, — глухо обронил он. — Я договорился в одном удаленном представительстве Моранов, что смогу получить деньги только у них и нигде больше. На таких условиях они согласились обойтись без предъявления векселей.

И без обязательного словесного описания, если бы счета открывались с возможностью снять и положить деньги в любом из отделении банков Моранов, — мысленно дополнил я. Ведь в какой-то момент кто-то сможет соотнести словесный портрет с внешностью известного главаря разбойничьей шайки, и тогда всему настанет конец.

— Но деньги они отдадут только мне лично в руки, и только в одном месте — небольшом городке на побережье, — добавил Шрам и криво усмехнулся.

Да, это создавало проблемы. Чтобы получить доступ к счету (скорее всего довольно приличному, учитывая, что это для нашего друга своеобразный «билет» в мирную жизнь), придется тащить его с собой в тот самый городок.

В то, что Шрам не стал оформлять векселя с алхимическими печатями, как большинство клиентов банка Моранов, легко верилось. Остальные члены шайки может и не такие умные как главарь, но однажды могли случайно узнать о ценных бумажках и перерезать предводителю глотку. А так, его жизнь служила защитой банковскому счету.

Жаль. Деньги бы пригодились. Но похоже придется отказаться от идеи забрать у удачливого бандита все. Тащить невесть куда, волоча за собой этого головореза, сохраняя живым, тратя на это непонятно сколько времени… ну скажем так, идея выглядела не слишком заманчивой даже невзирая на приз в виде золота. Которого, если уж на то пошло, у меня пока хватало.

Вот если бы карманы были пусты, тогда, конечно, можно подумать. Сначала снять деньги в банке, затем сдать разбойника на награду, получив двойной выигрыш. А так, увольте. Проще ублюдку перерезать глотку и бросить в грязную канаву, поступив так, как он поступал со своими многочисленными жертвами. Вернуть, так сказать, в мироздание равновесие…

Появился Дитрих, в одной руке наемник держал копченную колбасу и кусок хлеба, в другой глиняный кувшин с распечатанной крышкой.

— Довольно неплохое вино для погребов разбойничий шайки, — сообщил он, тряхнув кувшин.

— Сомневаюсь, что они сами его изготовили, — рассеяно обронил я, все еще думая насчет банковского счета стоящего на коленях главаря шайки.

Наемник ел жадно, унимая отходняк после схватки. Адреналин перестал гулять по венам, но потраченная энергия требовала восполнения. По аппетиту Дитрих почти не уступал голодным пленникам, продолжавшим кучковаться у кострища с насаженным на вертел оленем. В нашу сторону они бросали боязливые взгляды, не смея приблизиться. И похоже больше всех пугал именно я, точнее моя закутанная в плащ мрачная фигура.

— Где Берг и Сорен? — спросил Дитрих.

Действительно, где в конце концов эта веселая парочка? Они там что весь пол разбирают? Едва успел об этом подумать, как в дверном проем появились Сорен и Берг. Имперец и наемник с кряхтением тащили обитый железом сундук. Тот оказался настолько тяжел, что приходилось удерживать ручки с обеих сторон.

Сундук опустился на землю, Берг слегка напоказ вытер со лба пот.

— Еле вытащили, тяжелый зараза, — поделился он.

— Открывайте, — велел я.

Церемониться не стали, запирающий замок был сбит небрежным ударом топора. Когда крышка с грохотом откинулась назад, все наклонились вперед, вперив жадный взор внутрь открытого сундука. Несколько секунд стояла удивленная тишина.