Сердце бандита. Его пленница (СИ) - Матвеева Инна - Страница 6

Пфф... Куда там ей.

— Да, — наконец отвисаю, вспомнив, что всё равно собирался после сна дать ей поговорить с Ваней. Да и пора бы, дольше тянуть уже подозрительно для друга будет. — Матери тоже позвони. Я всё проверил. Придерживаемся легенды насчёт бабушки.

Света тут же подрывается ко мне... То есть, к телефону в моей руке. При этом девчонка так резко встаёт, что роняет тарелку с недоеденным на пол.

Вот и старайся для неё после такого. Я не из обидчивых, но как бы и вправду заморочился насчёт готовки, как будто пытался этим что-то загладить. Всё же непривычно быть похитителем.

Ну и нахер. Не буду больше настаивать, чтобы Света хорошо ела. Сама пусть за это отвечает.

— Привет, любимый, — морщусь, услышав эти её слова. Сам не знаю, с чего вдруг: так-то снисходительно относился к подобным нежностям и от Вани, будучи пару раз свидетелем его звонков ей. — Как твои дела?

Издаю шумный вздох. Вообще-то, наверное, логично, не сразу с места в карьер, но хотелось бы, чтобы всё-таки тема уже была закрыта.

Быстро достаю свой телефон, набираю там текст, поворачиваю Свете.

«Скажи, что у бабушки нет интернета и связь плохая», — и нет, я это делаю не столько из-за эгоистичного желания поменьше слушать эти их сопливые разговоры.

Но и в целях безопасности тоже... Мало ли в какой момент девчонка всё же сорвётся. Что-то да проскочит подозрительное. Я ведь пока не знаю, как долго придётся её здесь держать.

Намерен, конечно, сократить это до минимума.

Терпеливо выслушиваю, как они там воркуют, обсуждая сегодняшний день. Меня, кажется, тоже упоминают. И по всей видимости, Ваня спрашивает, что там потом собиралась ему сказать Света на мой счёт. Да-да, в тот самый момент, когда друг заметил её ко мне настороженное отношение.

— Извини, я не хотела создавать неловких ситуаций, — прям чувствую, как ей не по себе говорить об этом лицом к лицу со мной. Не вмешиваюсь. Не дура же она сейчас задвигать тему с похищением? — Просто... У него татуировка стрёмная. И вообще пугающий вид. Он... Не похож на тебя. Не знаю, почему вы дружите.

Ухмыляюсь. Света хоть получает кайф, безопасно сообщая мне всё это в лицо? Типа ей же нужно ответить Ване на вопрос, что такого. Никакая не грубость. Только для правдоподобности всё.

В голову вдруг приходит другая мысль — а это просто первое, что пришло Свете в голову, или реальное её впечатление обо мне?

Пфф. Вот уж неважно.

«Ближе к делу», — набираю новый текст на телефоне, требовательно демонстрируя ей экран. И заодно хмурюсь как можно более грозно, взглядом давлю. И Света всё-таки кивает, поджав губы.

— Ладно, прости, ты прав, — в итоге выдавливает она. — Я постараюсь при новой встрече вести себя с ним иначе. Но я не поэтому звоню... Помнишь, я говорила, что собиралась на праздники к бабушке?

Игнорирую стрёмное чувство в груди, возникающее, когда слушаю дальнейшее. Слушаю и понимаю, что проблемы-то там реальные. И да, о бабушке её есть кому позаботиться, но тот факт, что планы девчонки наверняка будут разрушены, всё же дербанит неприятно. Ещё и врать её заставляю. Про усугубление ситуации. Такое себе — хоть я и не суеверный. Но представляю, как ей неприятно это говорить.

Резко убираю свой телефон, услышав, как Света говорит всё то, что я от неё хотел. И сам отхожу от неё, хоть и остаюсь в комнате. Потираю шею, размышляя, и как этой невинной с виду милахе уже в который раз за один только день удаётся вывести меня на несвойственные эмоции? Если так пойдёт и дальше — то хреновый из меня похититель.

— Теперь маме звони, — говорю грубее, чем должен бы в ситуации, когда Света послушно выполняет всё, что скажу. — Ей тоже всю ситуацию с бабушкой изложи.

— Она вряд ли поверит, что там такие проблемы со связью, — недовольно глядя на меня, в то же время умудряется спокойно возразить Света. — Всё-таки до того, как папа кинул нас, мама общалась с бабушкой гораздо лучше. И прекрасно знает, в каких условиях та живёт.

— Окей, ей можешь это не говорить, — киваю, бесясь на самого себя. Вряд ли несоответствие информации как-то всплывёт в возможном разговоре Вани и матери Светы, но я бы мог сначала соображать, потом говорить. Какого хрена с этой Светой подобный навык всё сложнее мне даётся?

С мамой она разговаривает больше по делу. У той закономерно оказывается много вопросов по поводу спонтанности решения дочери. И мне бы снова беситься на себя, что не продумал такую возможность — но Света поразительно легко справляется с тем, чтобы сходу отвечать.

Да кто она такая? Что делала в мужском туалете, почему не так уж боится меня, почему так круто для пленницы держится и не теряет рассудок?..

Ваня определённо недооценивает её, если думает, что Света — это исключительно милота, доброта и наивность. В ней намного больше. Это слишком уж чувствуется...

Резко взяв у неё телефон после завершения её разговора с матерью, не оглядываясь, широкими шагами выхожу из комнаты.

​

Глава 4. Семён

Ноги за каким-то хреном сами несут меня обратно, к комнате Светы. Я не захожу, но в приоткрытую дверь сразу вижу причину, по которой девчонка не стала закрываться. Она просто использует средства для уборки, которые чуть дальше по коридору хранятся в специальном отсеке.

Разбирается со следами от разбитой тарелки и приготовленной мной еды. Смотрю на девчонку пристально, недоумевая, почему она не плачет хотя бы сейчас — после непростого разговора с близкими, вранья и окончательного осознания, что моя пленница на непонятное время. Нет, мне не нужны её слёзы — но эта апатия как-то напрягает. Как бы за ней мощный взрыв не последовал. Тот самый, который нахрен всё здесь в ошмётки разнесёт, включая меня самого.

— Я забыл пояснить тебе, почему ты здесь и насколько, — не выдержав, захожу к ней в комнату.

— Как я понимаю, я здесь из-за того, что видела лишнее, — Света не только не отрывается от своего занятия, но принимается за него ещё усерднее. Может, хоть так выплёскивает что-то? — И ты не хочешь, чтобы я кому-либо об этом говорила.

Зачем-то пристально отслеживаю любое её действие. Сейчас девчонка протирает меламиновой губкой пятна после еды. Причём довольно остервенело, хотя эта губка сама по себе охуенно отмывает почти любую хрень. Но пусть Света отыгрывается хотя бы на ней.

— Верно, — наконец бросаю в ответ. — Я допускаю, что ты не дура и без того бы не стала лезть на рожон, но как я и сказал, на слово верить тебе не буду. Тем более после твоего обещания Ване потом поговорить. А по поводу сроков... Они не зависят от тебя. Мне надо кое-что уладить с ребятами из банды, после чего твоя осведомлённость уже не будет иметь никакого значения. Как и то, проболтаешься ли ты ещё кому.

Света всё-таки прекращает стирать уже давно несуществующие пятна, бросая на меня озадаченный взгляд. Пытается понять, при каких таких обстоятельствах мне будет ровно, скажет она кому или нет?

Любопытная девочка... И всё-таки ей в какой-то степени есть дело до меня. До чего-то связанного со мной.

К чему эта мысль?..

— Ты всё равно не догадаешься, при каком раскладе такое возможно, а я тебе не скажу, — не сдержавшись, поддеваю с усмешкой.

— Ну и ладно, — для такого любопытного взгляда Света слишком быстро перестраивается и становится практически равнодушной. — Ты главное поскорее реши этот вопрос, чтобы я здесь не задерживалась. Мне и к бабушке всё-таки хочется успеть.

Вот вроде бы чуть ли не безжизненно девчонка всё это изрекает, а такое ощущение, что укором мне. По крайней мере, в сердце как когти вонзает этими словами.

Отрешённо киваю и ухожу к себе теперь окончательно. Решать дела мне и самому надо побыстрее — только поэтому по-максимум включусь. Но для начала надо избавиться от отвлекающих факторов. Нахрен мне не нужны больше подобные сны.

​

*****

​

— Я видела твой пропущенный, но не стала перезванивать, решила, что пусть ты сам снова объявишься, — щебечет Вика, только открывая мне дверь.