Сердце бандита. Его пленница (СИ) - Матвеева Инна - Страница 33

В какой-то момент я хотела переиграть. Вместо этого подойти к Семёну, сразу начать целовать, раздевать...

Поэтому-то и упёрлась в идею смотреть сериалы. Просто-напросто испугалась. Слишком уж быстро Семён стал для меня... близким. Порой как будто даже необходимым. И это притом, что я совсем недавно вышла из отношений!

Ваня изменял мне. И вообще, оказался тем ещё мудаком. А ведь поначалу я доверяла ему безоговорочно.

С Семёном всё не так. С самого начала он бередил во мне кучу эмоций — живых, настоящих. И доверие к нему выработалось со временем. И... Получилось наоборот — его я изначально считала мудаком, а оказалось... наоборот.

Над домом гремит. Ливень? Вот-вот начнётся, или уже?

Даже не сомневаюсь, что в этом доме не только система безопасности на высшем уровне, но и громоотвод есть или как там эта защитная от непогоды штука называется. Бояться нечего...

Но я всё-таки напрягаюсь. Слишком уж громыхает. И яркие вспышки молнии такие, что всерьёз опасаюсь, что вырубит электричество.

Автоматом берусь за телефон. Не особо обдумывая смысл своих действий. Так же, как делала это в ситуации с ублюдочным Ваней.

Не в первый раз в непростой ситуации я вспоминаю только одного человека... И это не мама или кто-либо ещё из семьи.

Семён принимает вызов сразу.

— Всё-таки надумала насчёт вкусняшки? — буднично заявляет, словно и не удивлён моему звонку.

Не знаю, что это — проявление чуткости, или реально я ничего такого сейчас не делаю; но его реакция кстати. Прям легче становится.

— Нет, просто тут такие молнии и гром... — голос чуть дрожит. Я впервые показываю кому-то, что у меня всё-таки есть довольно иррациональный страх. И опять самое сокровенное обо мне узнаёт именно Семён. — Ты далеко сейчас? У тебя есть дела?

— Уже сажусь в машину, — судя по голосу, он усмехается. — И еду к тебе.

— Я не совсем про это, — с нервным смешком зачем-то отпираюсь.

И сама же напрягаюсь. Что если Семён воспримет мои слова за правду? Снова решит, что я не хочу, чтобы он был здесь?

Так волнительно и чуть ли не страшно показывать ему свою нужду в обратном...

— Поздно, — уверенно возражает он. — Я приеду, и тебе лучше мне открыть. Никаких возражений не принимается, — и он сбрасывает.

Так, словно и вправду допускает, что я могу что-то возразить.

Знал бы...

И хорошо, что нет, не знает.

​

*****

Я оставляю дверь открытой, просто кутаясь в плед и читая о том сериале, который начинала смотреть. Глупость, конечно... Я вообще по-идиотски себя веду — сама в курсе. Ну а вдруг Семён спросит, что я тут смотрю? Ещё, может, захочет обсудить... Не удивлюсь, если сам видел этот сериал.

Да, заморачиваюсь. Но иначе почему-то не могу. Вообще такое ощущение, что у меня всё впервые. И так остро, что даже не по себе. Волнительно... И в то же время приятно.

— Я всё-таки принёс твои любимые роллы, ещё сладкие тоже, — Семён заходит в комнату, потому что получил от меня сообщение, что всё открыто. — Будешь сейчас? Что смотришь?

Я какое-то время молчу, потому что сразу замечаю, что он промок. Хотя, по сути, просто садился и выходил из машины — такой его максимум под открытым небом был. Но, видимо, так нехило поливает, раз по нему сразу заметно...

Вообще-то и заболеть такими темпами может.

— Ты идёшь в душ, — обозначаю с удивившей меня саму твёрдостью. — Горячий. А потом переодеваешься, тут хватает твоих шмоток.

Семён смотрит на меня с таким довольным и забавляющимся блеском в глазах, что я с трудом сдерживаю взгляд.

— Какая заботливая, — ещё и подмечает, усложняя мне и без того не самую простую задачу по сохранению невозмутимости.

— Потом чай попьёшь, — как не замечая этих его игривых ноток в голосе, только и добавляю строго.

— С мёдом?

— Можно и так.

— Тогда только если с тобой.

Пожимаю плечами. Так-то не откажусь. Тем более ещё и сладкие роллы манят...

— В душ, кстати, тоже, — нагло ухмыляется Семён. — Только если вместе.

Замираю. А ведь между ног на его слова отзывается жаром...

Слишком хочется согласиться. Ясно понимаю это. Как и то, что сейчас судорожно ищу в мыслях причины и возможности сделать это.

Гром гремит снова, причём как будто ещё громче. Как подталкивает решиться.

— Ладно, — заявляю, не глядя на Семёна.

И, поднявшись, уже направляюсь в душ. Попутно раздеваюсь. И чувствую при этом прожигающий взгляд Семёна по всему телу.

И... Как же мне это чертовски нравится. Ноги разве что не подкашиваются от накатывающего возбуждения. Даже не думала, что смогу чувствовать его так легко.

Глава 24. Света

Семён начинает всё первым, и это очень кстати. Слишком уж волнительно мне с ним сейчас быть, сама бы вряд ли решилась...

Но вот мы уже стоим голые под душем и целуемся. Неспешно и глубоко, смакуя каждое движение и соприкосновение. Жмусь к нему крепче, не сразу поняв, что ещё и трусь о стояк.

— Какая ты... — шепчет Семён, переходя губами мне на щеку, потом на висок, оттуда к ушку. — Самая-самая... Как для меня создана.

Цепляюсь ему в плечи, дыша тяжелее. Ещё ночью меня напрягали его слова, намекающие, что всё серьёзно. А сейчас... Они слишком приятны.

Как и всё, что Семён делает со мной.

— Тебе надо согреться, — только и лепечу дурацкое.

— Мне жарко, — Боже, как Семён говорит это... Таким горячим голосом, что я и сама плавлюсь.

А потом его губы снова накрывают мои. С тягучей, обволакивающей нежностью целуют, неторопливо скользя языком.

Его кончиком Семён мягко ведёт по контуру моих губ, словно пробуя на вкус. Задерживается между ними, ведя там несколько раз, прежде чем надавить и проникнуть внутрь. Как же горячо... Когда мы соприкасаемся языками, я даже близка к тому, чтобы застонать ему в губы.

Тёплая вода из душа продолжает поливать нас, усиливая и без того острые ощущения. Ещё и Семён, погладив мне спину вдоль позвоночника, сильнее прижимает к себе. И при этом продолжает целовать. Жадно и в то же время чувственно.

Он умело ведёт в поцелуе, распаляя, лишая контроля. И во мне неожиданно вспыхивает азарт, своеобразная непокорность. Подчиняться Семёну во всём в сексе — хорошо, возбуждающе и кайфово по итогу. Но... Хочу, чтобы я влияла на него не меньше, чем он на меня. Сам это во мне пробудил! Словно вынул из меня настоящую долгое время подавляемую Свету.

Чуть толкаю его, направляя к бортику ванной. Приподнимает брови, разорвав поцелуй. Но поддаётся... И даже от такого простого жеста мне ещё жарче между ног. Возбуждение просто зашкаливает.

— Хочу кое-что попробовать, — чуть ли не мурлычу, двигая ноготками по линии его шеи.

— Всё, что угодно, — заворожённо хрипит Семён в ответ.

И смотрит так, что вот даже не сомневаюсь — реально буквально всё готов мне позволить. И уже от этого окрыляет какой-то особенной властью над ним — мягкой, не всегда заметной, не самой буквально и прямой; но безусловной.

Сама накрываю ему губы поцелуем. Нужно, чтобы решиться окончательно. Двигаю языком у него во рту: глубоко, напористо, и в то же время ласково. Прямо-таки нежность непонятно откуда взявшуюся переполняющую в это вкладываю. Семён жарко отвечает, зарываясь пальцами мне в волосы.

Но я не задерживаюсь губами на губах, мажу своими уже по шее, чуть прикусывая. И посасываю кожу там — так же, как делал и Семён мне. Слышу, как сбивается его дыхание.

Опускаюсь губами ещё ниже. Пробую языком и ладонями твёрдость мышц торса. Семён как раз сейчас напряжён... А ещё очень горячий. И чувствую, как быстро бьётся его сердце.

Поднимаю взгляд на Семёна... Боже, какие тёмные у него сейчас глаза, неотрывно следящие за мной. Даже смущают слегка.

Но я всё равно не разрываю зрительного контакта, когда обхватываю член пальцами. Горячий, твёрдый...

— Хочешь взять в ротик, да? — в низком голосе чувствуется улыбка.

Семён что, почувствовал моё смущение и усложняет мне задачу прямыми словами? Что ж, вызов принят. Сам будет сейчас дезориентирован, не я. Уверена в этом даже притом, что у меня нет опыта. По каждой его реакции на любые мои прикосновения чувствую...