Город веселья и злобы - Менард Алексис Л. - Страница 2

Нико на мосту встречается с инспектором, который признается, что он и есть Собиратель. Нико в ответ признается, что Ваня, составлявшая список целей для заказных убийств, давала инспектору совсем не те имена и Нико расправлялся не с врагами инспектора, а со своими собственными. Инспектора арестовывают на основании предсмертной записки Верховного Наблюдателя, а Нико узнает, что Камиллу похитили. Он бросается догонять отходящий поезд, пока ее не увезли навсегда.

Братья сообщают Камилле, что она несет След богини Хаос и что она – единственная обладательница этого Следа. Семья Фиренце состоит в крупной организации, которая ведет на нее охоту, чтобы сокрушить ее силу, а потому братья увозят ее, чтобы защитить. Однако Феликс Фиренце захватывает поезд, и Камилле, не без помощи новообретенных способностей, приходится с боем прорываться к локомотиву, чтобы обезвредить захватчиков и прервать поездку.

Нико запрыгивает на едущий поезд и завязывает драку с Феликсом, но между ними встает Камилла и что-то говорит Феликсу, заставив того прекратить драться. Феликс стреляет в Камиллу, Нико бросается к ней, позволив Феликсу скрыться. Нико стреляет ему вслед, но их окружает густой туман, а потому Нико не уверен, попал ли в цель.

Несколько дней спустя убитый горем Нико получает записку: ему назначают встречу в поезде, которым в итоге завладела его семья. Он встречает Арамиса, старшего брата Камиллы, который сообщает, что его сестра жива. Сэра была перевертышем. Она притворилась Камиллой и пожертвовала своей жизнью, чтобы обмануть Феликса. Однако люди Феликса Фиренце все же выполнили свою работу, и теперь Камилла заперта в тюрьме Хайтауэр. Там она встречает и узнает женщину-алхимика, с которой уже встречалась в прошлом. Испытания ее изменчивого Следа начинаются.

Пролог

Кподножиям Падучих Гор, где пыль и пепел, поднимавшиеся над лагерем для заключенных, указывали на вход в угольную шахту, приближался посетитель, выглядевший совершенно не типично для этих мест. Хотя его нос и рот были плотно закрыты плащом, чтобы хоть как-то фильтровать загрязненный воздух, от мерзкого запаха гари все равно саднило горло: черный дым поднимался от водяного насоса на поверхности, откачивая воду из шахты, где под землей трудились люди, добывая главный источник топлива на Острове.

Работать в шахты отправляли только осужденных. Этот труд был настолько тяжелым, а его условия настолько опасными, что лишь закоренелых преступников, лишенных всех возможных прав, возможно было заставить его выполнять. Рабочий день длился долго и без перерывов, еду и питье давали редко, а ядовитые газы и обвалы породы убивали людей намного раньше, чем подходил к концу срок их заключения.

Охранники показали ему дорогу к караульной и к помещению, куда отводили для беседы с начальником лагеря тех заключенных, кому не хватало мотивации для выполнения нормы выработки. Судя по пятнам на полу и стенах, в которых не было ни единого окна, к заключенным там явно применялись пытки. Пара керосиновых ламп освещала пространство перед столом, за который он присел в ожидании.

Во дворе раздался сигнал паровой сирены, означающий конец рабочего дня.

По пыльному бетонному полу волочились цепи. Запястья и лодыжки заключенного, с которым он попросил встречи, были закованы в кандалы, надежно закрепленные в соответствии с протоколом. Его пристегнули к стулу, накрепко прибитому к полу напротив стола.

Рубашки на нем не было, а тело было покрыто грязью. Если бы посетитель не знал, что волосы этого человека от природы каштановые, то решил бы, что они седые, настолько рудники изуродовали его лицо. Когда заключенный встретился взглядом с посетителем, его перемазанное грязью лицо расплылось в улыбке. Даже в промежутках между зубами было видно следы угля.

– Дающий и Отнимающий! – произнес Гавриэль. – Тебе понадобилось достаточно много времени, но я знал, что ты сюда доберешься. А я говорил этим проклятым предателям, что ты придешь за мной.

– Вы не в восторге от новых условий, инспектор? – ухмыльнулся посетитель.

Лицо Гавриэля исказила гримаса.

– Здесь просто Инферно. Некоторые из заключенных помнят, что это я их сюда отправил. – Он отвел взгляд, и по его плечам пробежала дрожь. – Они делают со мной ужасное, когда Стражи ложатся спать. А рудники, – он шумно закашлялся, – темнее, чем любое место в этом мире. Иногда рядом со мной люди падают замертво, а бывает, что свод шахты обрушивается на головы всей бригады. Я видел, как люди тонут, когда отказывает насос. Надсмотрщики бьют нас плетьми по любому поводу…

– Мне так жаль это слышать, – вздохнул посетитель. – Быть может, расскажете мне, как вы докатились до жизни такой, и посмотрим, можно ли с этим что-либо сделать.

Гнев вспыхнул в его глазах, вызвав воспоминания. Гавриэль рассказал, как выпустил из тюрьмы Николаи Аттано, договорившись, что в обмен тот будет совершать для него заказные убийства. С этого момента все и покатилось под откос. Маг, естественно, обманул Гавриэля: он был известен своей изворотливостью.

– Мерзавец Аттано, – прорычал Гавриэль. – Он сдавал мне не тех людей. Мы убивали тех, кто поддерживал Девятку, а не наших противников.

– То есть вы его наняли, чтобы зачистить наше руководство от тех, кто выступает против нас, но вместо этого предоставили ему возможность перебить наших самых ценных сторонников? – уточнил посетитель.

Заключенный, брызгая слюной, с жаром заговорил:

– Это было не по моей вине! Ему помогли! И когда я выйду отсюда, я…

– Успокойся, Гавриэль. Никуда ты отсюда не выйдешь.

Гавриэль съежился.

– Что ты имеешь в виду? Разве ты не освободить меня пришел?

– Зачем бы мне это?

Бывший инспектор с трудом сглотнул.

– Я… я думал, это всего лишь формальность. Чтобы все поверили, что закон соблюдается…

– Ты представлял закон, – злобно прошипел посетитель. – Ты точно знал, кого уничтожал Нико Аттано, и позволил ему это сделать. Остальные хотели проявить жестокость, Гавриэль. Они велели мне бросить тебя гнить здесь после всего, что ты наделал. Однако я не согласен. Я решил, что тебе, возможно, захочется узнать решение Внутреннего Судебного Ордена. Я хотел дать тебе возможность обрести покой прежде, чем рудники тебя убьют.

– И это после всего, что я сделал для Внутреннего Судебного Ордена? Они от меня отвернутся? А Девятка? – Стертые до мозолей пальцы заключенного сжались в кулаки, когда он схватился за державшие его цепи. – После того, как я доставил вам всех, кто был вам нужен из-за их Следа! Да вы бы ни одного из них без меня не получили!

– Кому теперь интересна кучка отбросов со Следом? Мы заполучили саму Хаос совершенно без твоей помощи. – Когда Гавриэль в изумлении округлил глаза, посетитель снисходительно улыбнулся. – Все верно, инспектор. Я поймал эту девку и навел за тобой порядок. А теперь я намерен заручиться поддержкой новых сторонников взамен тех, кого убрали при твоем попустительстве, и распространить влияние Девятки на каждую Треть – от Долин до Верхнего Предела через Мец. И когда я с этим закончу, Порядок на Острове будет восстановлен.

– А как же я? – Заключенный дернулся в оковах, и грохот цепей эхом разнесся по всей караульной. – Ты бросишь меня здесь? Я много лет служил Внутреннему Судебному Ордену. Это я нашел Хайтауэр, где наш священный покровитель расколол Пустоту, дав нам ценнейший источник власти. Как насчет того, что я сделал для Порядка?

Посетитель равнодушно пожал плечами:

– Полагаю, Внутренний Судебный Орден позволит тебе вернуться, когда закончится срок твоего наказания. – Он поднялся из-за стола, давая понять, что их недолгая встреча окончена. – Спасибо за информацию об Аттано. Я на самом деле так и думал, однако мне нужно было узнать больше о вашем с ним соглашении, прежде чем двигаться дальше.

– Стой! – закричал ему в спину Гавриэль и забился в цепях.

Не обращая на него никакого внимания, посетитель прошел к выходу, где стояли двое охранников.