Тренер Гильдии Фамильяров. Дилогия (СИ) - Харченко Сергей - Страница 86

Центральное остриё хрустальной люстры было металлическим, и нацелено оно прямо в грудь парня. Произойдёт трагедия, причём по нашей вине. Грех на душу брать я не хотел. Да и последствия будут разрушительными. Судебные разбирательства, развал гильдии, серия арестов. Уж эти люди достаточно влиятельны, чтобы такое устроить.

– Лови его! – рявкнул я на Костю, дёргая его за рукав. И Смирнов охнул, погрузил руку в Желешку, добираясь до его нервного узла.

Слайм всколыхнулся, выпрямился и уплотнился, выбрасывая из себя апельсины, затем сформировал конечность, вроде лапы. Выстрелил желейным отростком.

– Шлёп! – тот врезался в кричащего мажора, окутывая его пояс густой слизью.

Парень замер. В нескольких сантиметрах от наконечника люстры и начал спускаться. Затем он нервно хихикнул, засмеялся. Публика внизу, которая всё прекрасно видела, начала аплодировать. Пока ещё вяло, но к ним присоединялись остальные, поддерживая. И вот уже больше половины гостей осыпа́ли овациями виртуозную Желешку.

– Всего лишь небольшой трюк! – воскликнул Белов‑гидра, взмахивая руками‑пастями. Он подскочил к ещё бледному парню с чёлкой, которого спас Желешка, приобнял его. – Это трюк! Ха‑ха!

– Видели⁈ Как я подлетел высоко! – выпалил мажор. – А те люстры надо убрать! Они мешают!

Между тем Желешка освободил дрожащего парня, втягивая отросток в себя, и расплылся по полу.

Слайм не верил, что проделал такое. Он поменял цвет на светло‑зелёный, затем стал прозрачным, затем вновь позеленел. И надо было отдать должное Косте. Он знал, что делает. Приобнял свою питомицу, начиная шептать, как обычно. Желешка возмущённо пробулькала в ответ, и вновь приняла холмистую форму.

Я заметил Киру, которая общалась с напряжённой Юлианой. Разговор был довольно резким и касался он как раз чуть не случившейся трагедии.

– … И впредь смотрите за тем вараном. Он агрессивен, – строго заметила Юлиана.

– Он вспыльчивый, всё верно, – таким же тоном обратился я к организатору вечеринки. – Но вы сами всё видели. А если не видели, я объясню. Даже если драконить комнатную собачку, она цапнет вас за палец. Надеюсь, доступно объяснил?

– Я поддерживаю, – Кира смерила холодным взглядом Юлиану, и она оглядела нас, явно растерявшись.

– Доведите это до сведения всех, кто отдыхает. Пусть держат себя в руках, – добавил я.

– Х‑хорошо, я предупрежу, – кивнула Юлиана и отошла, с кем‑то начала переговариваться по гарнитуре.

– Спасибо, Горай, – выдохнула Кира. – Эта стерва так разозлила меня. Ты не представляешь. И, кажется, что пора уходить.

Я взглянул на циферблат наручных часов.

– Ещё полтора часа, – подчеркнул я. – Если хотим получить сто шестьдесят тысяч.

Кира многозначительно взглянула на меня. Видно хотела спросить, что я задумал. Но потом поняла, что ничего ей не скажу. Да и не место для таких разговоров.

Вон, снова Бублик начинает свирепеть.

– Дорогие гости! – зазвучал голос Юлианы из колонок. – Хозяева питомцев просят вас относиться к существам бережно и не тыкать в них пальцами!

– Я хочу прокатиться на той лисе! – зарычал нетрезвый мужской голос. – Дайте мне лису!

– Слайм самый лучший! – воскликнула девушка из дальних столиков.

– Услышьте нас, пожалуйста! – это уже был голос Киры, которая решила дополнить Юлиану. – Питомцы находятся в незнакомой среде! Дёргать, пихать…

Я отвлёкся, добираясь до Леры. Она сжала кулаки и готовилась броситься на размалёванную девицу с двумя косичками, болтающимися сбоку, которая направлялась к Бублику с бокалом шампанского.

– Тренер, – в отчаянии прошипела Лера. – Бублик сейчас их всех размажет. Посмотрите, они же все неадекватные.

– Прямо сейчас им всё объясняют. И что за эмоции, Соколова? Ты его хозяйка, – резко заметил я, не давая ей сорваться. – Вспоминай. Сопряжение. Нервный узел. Подави его ярость, прямо сейчас.

– Уровень стресса больше семидесяти процентов, – выдавила Лера. – Как я это сделаю?

– А на аренах ты так же будешь теряться? – многозначительно взглянул я на неё.

Лера судорожно сглотнула, ответила коротким кивком и бросила отчаянный взгляд на Бублика. Варан уже повернулся к приближающейся девушке. Его глаза покраснели, зоб задрожал и начал приобретать оранжевый оттенок. В нём Бублик прямо сейчас накапливал кислоту.

Соколова плотно прижала обе ладони к массивной шее Бублика, безошибочно нашли пальцами нервные узлы.

Я видел, как напряглись её руки. Связь установилась, рептилия вздрогнула. Зоб перестал колыхаться, просветлел. Опасный блеск в глазах варана исчез, покраснение ушло. Бублик фыркнул и послушно опустил морду, полностью подчиняясь воле хозяйки.

Охрана, которая забеспокоилась и собиралась слева от нас, замерла в нерешительности. Затем к ним подошли двое взрослых мужчин, одетых в вышитые узорами костюмы. Они попивали шампанское, вальяжно беседовали с ними, и те в итоге рассосались.

Девица между тем почти добралась до варана, но в последний момент её перехватил один из подвыпивших парней, утаскивая в шумную компанию.

Недавний случай сыграл только в плюс. К Бублику теперь опасались подходить, лишь делали фотки с ним на фоне, не более того.

Лера между тем вытерла рукавом вспотевшее лицо, и… улыбнулась. В её взгляде читался чистый восторг. Впервые в жизни она остановила боевой аффект своего зверя не криком. Силой мысли, используя сопряжение.

Едва я успел выдохнуть после выходки Бублика, как заметил на сцене Искорку, к которой подбирался доберман. Слева, где позировали Ветров с Неоном, раздался звон бьющегося стекла и возмущённый девичий крик.

– Он мой смартфон разбил! – взвизгнул коренастый парень, разглядывая осколки дорогого гаджета. – Вы знаете, сколько он стоит⁈

– Всё компенсируем, не переживайте, – успокаивала его побледневшая Юлиана.

– Что случилось, Ветров? – дёрнул я за локоть замершего Дениса, который отводил Неона от толпы парней и девушек.

– Вспышки, – выдавил побледневший Дэнни. – Неон создал защитный барьер, чтобы защититься от них, и выбил из руку телефон у того… самого наглого.

– Хрустальные барсы – существа с повышенной световой чувствительностью, – подошла к нему Кира, включая дипломатичный тон. – Просим снимать без вспышек. Это вопрос безопасности.

Парень, услышав обещание компенсации, немного сбавил обороты и отошёл, недовольно косясь в нашу сторону.

– Следи за зверем! – рявкнул я так, что мажор вздрогнул. – Не за камерой! Ты Проводник, а не фотомодель! Успокой его немедленно!

– Я… я не могу дотянуться! Он закрылся! – в панике лепетал Дэнни, елозя ладонями по мерцающему барьеру барса. Неон внутри барьера тяжело дышал, его глаза расширились от стресса.

– Тебе не нужно до него дотрагиваться, – жёстко отрезал я. – Сопряжение работает и сквозь барьер. Давай.

Денис судорожно сглотнул, закрыл глаза, прижимая обе ладони к поверхности энергетической оболочки. Парень изо всех сил пытался вспомнить утреннюю медитацию на матах.

Дэнни действительно испугался за Неона, настолько, что у него получилось достучаться до барса. Неон почувствовал его импульс. Мерцание барьера пошло рябью. Сначала он стал полупрозрачным, затем сфера растаяла в воздухе. Неон жалобно мяукнул и ткнулся носом в ладони Дэнни.

Я молча наблюдал за этой сценой. Далеко до идеального контроля, но это ведь тоже результат. Мажор впервые поставил связь со зверем выше собственного тщеславия. И я обрадовался таким изменениям.

Барон Сверчанский между тем всё же выбрался из кармана. Я заметил его у блюда с лимонами. И сверчка интересовала лишь сахарная присыпка на одной из долек. Он впихивал его в себя кристаллы передними лапами, причмокивая от удовольствия.

Хорошо, что никто не обратил на него внимания. Я успел его ухватить и засунуть в карман, и барон вновь высунулся из него.

– Не будешь сидеть спокойно, в следующий раз оставлю дома, – предупредил я его, отходя в сторону.

– Виноват‑с, командир, увлёкся добычей провианта, – примирительно скрипнул барон, поспешно облизывая сладкие лапки. Затем он указал в сторону Искорки, которая прошествовала мимо меня, а за ней по пятам прошёл доберман, продолжая принюхиваться.