Тренер Гильдии Фамильяров. Дилогия (СИ) - Харченко Сергей - Страница 49

Мужчина судорожно сглотнул, опустил руку, которая тянулась к поводку Неона, пряча её в кармане. Его ледяной взгляд метнулся на Дениса, затем снова на меня. В нём не было ни капли благодарности, лишь бессильная злоба загнанного в угол хищника. Следом он поправил галстук, прокашлялся.

— Это просто смешно. Вы можете прикрываться бумагами и строить из себя великого наставника, Горай. Но эта помойка, — презрительно обвёл он взглядом замершую команду, — не пройдёт и первого раунда квалификации. Вы даже медкомиссию не переживёте.

Я не стал отрицать, не стал и оправдываться. В мире Арены слова не сто́ят ничего. Работают только факты… и ставки.

— Заключим пари, — ровно и отчётливо произнёс я, не повышая голоса.

Отец Дэнни замер, слегка прищурившись. Он ждал условий.

— Если мы проходим первый раунд Бетонки, — продолжил я, не отводя взгляда, — вы не вмешиваетесь в тренировочный процесс до конца сезона и не приближаетесь к Неону. Вообще.

Я выдержал паузу, позволяя обдумать сказанное.

— А если вы не проходите? — ухмыльнулся Ветров-старший.

— Если мы не проходим, вы забираете барса без разговоров, — добавил я, отчего заметил как Ветров-старший заблестел хищным взглядом. — И я лично прослежу, чтобы документы об отзыве были оформлены без карантинных санкций.

Все в зале молчали. Даже Кира, порывавшаяся поначалу вставить своё слово, затихла и теперь лишь холодно посматривала на гостя. Ну а Дэнни смотрел на меня так, будто видел меня впервые в жизни. С искренним удивлением.

Ветров-старший лишь поскрипывал зубами. Он не дурак. Отказаться от пари сейчас, при свидетелях, означало публично признать поражение перед гильдией, которую он только что назвал «помойкой». Для человека его круга и статуса это равносильно самоубийству.

Он понимал, что я загнал его в угол, из которого был только один выход.

Отец Дэнни вновь скрипнул зубами. Его взгляд метал молнии, но он понимал правила игры.

— Ловлю на слове, Горай, — процедил он, прожигая во мне тысячную по счёту дыру. — Я буду наблюдать в первом ряду. Хочу своими глазами увидеть крах ваших иллюзий.

Ветров-старший развернулся, подошвы его остроносых туфель скрипнули. Не удостоив сына даже прощальным взглядом, он быстро зашагал к выходу. Тяжёлые створки дверей гулко захлопнулись за его спиной.

— Абсолютный моветон, — возмущённо и глухо донеслось из моего кармана. — Кого он пугать тут вздумал, ха. Эх, жаль сабля моя маловата, а то бы я живо пощекотал ему афедрон для профилактики.

— Ш-ш-ш-ш-ш, — одобрительно донеслось из переноски, вместе с дымком, от которого чихнула Желешка, забрызгав пол перед собой.

Я вернулся к команде. Встретился взглядом с Костей Смирновым. Он смотрел на меня так, будто у меня за спиной внезапно выросли крылья, а в руках появился пылающий меч правосудия. Для забитого жизнью Кости, привыкшего к тому, что сильные всегда вытирают ноги о слабых, я в эту секунду превратился в бога справедливости.

Лера Соколова холодно и оценивающе посматривала на меня. Но уже не как обычно, не исподлобья. Ведь я не просто отстоял территорию, закрыл собой самого слабого и уязвимого члена команды. Тем самым закрепил в её глазах позицию лидера.

Кира замерла в стороне, калькулируя в уме риски заключённого пари. Белов посапывал, всё ещё посматривая на входную дверь. Анна поглаживала Матильду, успокаивая своего фамильяра.

Но главным индикатором произошедшего являлся Денис. Он попытался что-то мне сказать, но губы его дрогнули, а горло перехватил спазм.

Денис сделал то, чего ещё никогда не делал на людях. Он молча сел на грязный мат и притянул к себе Неона, крепко обхватывая его руками и пряча лицо от команды. Хрустальный барс, почувствовав дрожь хозяина, тихо заворчал, затем ткнулся носом ему в грудь.

Дэнни сейчас не был гламурным блогером. Он был просто парнем, который до смерти боялся потерять своего единственного друга.

Я не стал нарушать этот момент пафосными речами. Дисциплина — это важно, но умение дать команде выдохнуть после битвы важно не меньше.

— Артём Сергеевич, — негромко обратился я к Белову, который до сих пор сжимал кулаки. — Перерыв пятнадцать минут. Пусть придут в себя. А затем переходим к отработке уклонений. У нас впереди первый раунд Бетонки. И мы его не должны проиграть.

Кира посмотрела на телефон и молча удалилась. Белов лишь проводил её растерянным взглядом.

— Х-хорошо, Артур Викторович, — закивал он, махнув тандемам. — На скамейки! Пятнадцать минут перерыв! Готовимся к тренировке!

Не успел я присоединиться к команде, и услышать, что мне хотел сказать Дэнни, как двери в зал вновь открылись.

Кира снова зашла в зал, и она была не одна. За ней я увидел знакомую девушку.

— Так, всем внимание! — звонко объявила Кира, хлопая в ладоши. — Раз уж наша заявка одобрена и мы официально в квалификации, самое время познакомиться с нашим штатным фамтехом.

Полина двигалась почти кошачьим шагом, не производя ни малейшего шума. На ней был надет видавший виды алхимический фартук, усеянный подозрительными бурыми и зеленоватыми пятнами неясного происхождения.

Видно было, что она не успела переодеться. На лямках тяжело покачивалась сумка, из которой выглядывали рукоятки хирургических зажимов, металлические скребки и пугающих размеров щипцы.

Девушка остановилась перед замершей командой, оглядела команду.

— Доброго дня, — её голос прозвучал с лёгкой хрипотцой. — Меня зовут Полина. Для вас просто Док. И давайте сразу договоримся: если кто-то планирует ныть на моих кушетках лучше сразу идите в бухгалтерию за расчётом.

Костя нервно икнул, прижимаясь к Желешке. Лера недоверчиво прищурилась, оценивая новенькую. Дэнни и Анна просто замерли, опасливо посматривая на то, что выглядывало из сумки Дока.

— Рад знакомству. Хотя мы уже встречались, — я кивнул, слегка улыбнувшись. Эксцентричность врачей на Арене дело привычное. Главное, чтобы руки не дрожали. А судя по хватке, с которой она поправляла сумку, руки у Полины были сильными.

Я не стал тратить время на светские беседы.

— Раз уж штатный фамтех здесь, давайте не откладывать дела в долгий ящик, — я повернулся к Дэнни, который всё ещё сидел на матах рядом с Неоном. — Нам нужен плановый медицинский допуск для барса перед Бетонкой. Осмотр прямо сейчас.

Полина не стала спорить.

— И прямо здесь, — сообщила она, приближаясь к тандему, на ходу натягивая тонкие резиновые перчатки.

— К-как здесь? Может быть пойдём в ваш лазарет? — икнул Дэнни, побледнев.

— Зачем тратить время? И я не кусаюсь, парень. Расслабься, — еле заметно улыбнулась Полина. — Лучше держи своего барса, чтобы он меня не цапнул.

Она опустилась на одно колено рядом с Неоном. Барс инстинктивно дёрнулся, зарычал, но Дэнни успокаивающе положил руку ему на холку.

Вот это было правильным решением.

Я внимательно наблюдал за работой фамтеха. Полина действовала профессионально: быстрая пальпация шейного отдела, проверка реакции зрачков на свет, оценка тонуса паравертебральных мышц.

— У зверя гипертонус трапециевидной мышцы и явная асимметрия в работе левого плечевого пояса, — сухо констатировала Док, не глядя на меня. — Эфирные каналы работают с задержкой.

— Задержка проводимости по эфферентным путям? — я намеренно перешёл на профильную терминологию, проверяя её реакцию. — Или локальное повреждение миелиновых оболочек?

Пальцы Полины замерли на шее барса. Она медленно подняла голову и удивлённо взглянула на меня. Затем в её глазах мелькнуло раздражение. Ещё бы, какой-то «тренер в спортивках» лезет в её профессиональную епархию. Но затем она кисло улыбнулась.

— Локальное повреждение, — отрезала она, поднимаясь на ноги. — Нервные узлы в районе седьмого шейного позвонка травмированы. И это не механическая травма от когтей или клыков. Характер повреждений специфический. Термический или… скорее электрический ожог подкожных структур.

Дэнни побледнел и отвернулся. Он знал, о чём речь. Полина тоже понимала, что пришлось пережить Неону. Я прочёл это по её плотно сжатым губам. Разумеется, догадывалась она в общем. Использование шокеров встречалось часто, и зачастую по команде влиятельных спонсоров.