Владимир, Сын Волка 7 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 61

Дик читал этот панический отчёт трижды, а затем трижды перечитал не менее паническое приложение со статистическими данными.

— Этой проблемой мы тоже займёмся, — сказал Чейни. — Если смогли они, то мы точно сможем. Тенет накопал данные, что они превосходят нас по быстродействию государственного управления — мы сделаем его быстрее, чем у них. Он утверждает, что они превосходят нас по автоматизации производства — мы заставим наши предприятия автоматизировать вообще всё, что только можно. Джордж, мы превзойдём их по всем направлениям, в которых они сейчас доминируют. Мы ведь всегда были сильнее, чем они — нужно вернуть это превосходство обратно Соединённым Штатам… Примерно так должна выглядеть твоя речь перед Конгрессом. Я пропишу её более детально — нам нужно, чтобы он пребывал в постоянном страхе, а мы выглядели единственными, кто может спасти его. Справишься с этим?

— С такой речью я справлюсь, — ответил Джордж Буш-младший. — Но справимся ли мы? У тебя есть что-то, помимо уверенности в успехе? Они давят на нас экономически — нужно было что-то делать ещё десять лет назад, а теперь…

— Ситуацию ещё можно выправить, — уверенно заявил Чейни. — У нас есть важнейший союзник прямо под боком у СССР — китайцы уже давно опасаются его, поэтому готовы участвовать в нашей стратегии сдерживания. Совокупно с Китаем у нас гораздо больше ресурсов, чем у СССР, но нам нужно раскрыть потенциал китайских ресурсов — тогда СССР обречён, если смотреть наперёд. Но перед тем, как реализовывать китайский путь решения советской проблемы, нам нужно обезопасить себя. Сейчас мы очень уязвимы и СССР способен победить нас в прямой войне. Нам не нужно обгонять его — нам нужен паритет. И как только мы его достигнем, можно будет действовать смелее.

Примечания:

1 — Корпоративная инверсия — это такая юридическая реорганизация, при которой крупная компания меняет свою юрисдикцию очень нехитрым путём. Например, американская корпорация покупает небольшую компанию в стране, где очень низкие налоги, а затем проворачивает финт ушами и эта компания, после кадровых перестановок, становится материнской, а американская часть, внезапно, дочерней. На земле от этого не изменилось, ровным счётом ничего, но большая часть международных доходов компании перестала облагаться американскими налогами. В нашей с вами истории бороться с корпоративной инверсией начал ещё Барак Обама, который ужесточил правила игры и осложнил инверсию, но проблемы не решил. А затем, в 2016 году, к власти пришёл Дональд Трамп, который «нанёс СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ и ПОТРЯСАЮЩИЙ удар» по корпоративной инверсии — он снизил корпоративный налог с 35% до 21%, а также ввёл ряд правил, осложнивших вывод прибыли за рубеж, что убавило доходы федеральной казны, но лишило корпоративную инверсию большей части смысла. Да, снижение корпоративного налога и объявление этого победой над инверсией — это сродни заявлению, что это не Трампа содомизировали корпорации, а это он жёстко изнасиловал их члены своей жопой. Всё дело в том, что Трамп и его команда были уверены, что да, в моменте будут потеряны от 100 до 150 миллиардов долларов прямых поступлений в бюджет, но зато компании вернутся, невидимая рука рынка всё порешает, кукуруза заколосится, стада мустангов забегают по прериям, всё станет хорошо и американские мечты начнут исполняться. Но Объединённый комитет по налогообложению провёл в декабре 2017 года анализ и пришёл к выводу, что благодаря реформе Трампа, федеральный бюджет Соединённых Штатов недополучит 1,46 триллионов долларов в течение десяти лет. Эти самые десять лет почти прошли и уже можно делать вывод — сам Объединённый комитет по налогообложению актуализировал оценку и подтвердил, что в течение десяти лет федеральный бюджет недополучил сумму в интервале 1,4–1,8 триллиона долларов США. Всё сильно портит COVID, который искажает оценку, так как федеральное правительство засыпало проблему деньгами, но факт остаётся фактом — выиграли от этого снижения корпоративного налога только корпорации.

Глава двадцать вторая

Парки и зоны влияния

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 30 августа 2001 года*

— Доигрались, вашу мать! — рявкнул разъярённый Жириновский и бросил карандаш в стену. — Подонки!!!

— Шансы на успешное принятие законопроекта изначально были очень высоки, — сказал генерал армии Гаськов. — Чего ты орёшь, Вольфыч?

А Владимир все эти месяцы крутил в голове возможные сценарии развития событий и ни один из них ему не понравился.

Власти США выбрали худший из них — по оценке ГАУ КГБ, в следующем году федеральное правительство получит в своё распоряжение от 700 миллиардов до 1 триллиона долларов, в зависимости от того, насколько решительными будут Буш и Чейни.

Естественно, они пустят эти огромные средства не на социальное обеспечение, а в оборонку. Они говорят о космосе, но Владимир не верит, что туда пойдёт основная масса средств. Армия США получит львиную долю этих денег, что вновь сделает её самой дорогой армией мира.

— Я ору, потому что у меня была надежда, что нам удастся избежать «Пятилетки»! — ответил Жириновский. — Но теперь надежды на это больше нет!

Пятилетний оборонительный план предполагает, что оборонные расходы, на следующие пять лет, будут увеличены до 9% от ВВП, что, если опираться на данные о прошлогоднем ВВП, равно 1 триллиону 114 миллиардам рублей.

Но корректнее считать по самому свежему прогнозу о годовом росте ВВП, который уже сбылся — за остаток 2001-го года должны быть добраны остатки от спрогнозированных 14,1% роста.

И если исходить из этого, то расходы на оборонку должны будут увеличиться на 1 триллион 271 миллиард рублей.

Это вновь сделает Советскую армию самой дорогой армией в мире, причём со значительным опережением всех имеющихся конкурентов вместе взятых, но за это будут расплачиваться все.

— Я согласен, что это очень плохая новость, — произнёс Гаськов. — Но ни этот законопроект, ни введение «Пятилетки», не делают ядерную войну неизбежной. У нас ведь есть значительное преимущество перед ними — мы подготовлены лучше.

— Когда бы это их волновало… — раздражённо сказал на это Жириновский, а затем оглядел всех присутствующих тяжёлым взглядом. — Товарищ Штерн — вводим в действие пятилетний оборонный план. Указ уже есть, поэтому увидите его в базе — подпишу его сразу же после завершения этого заседания. Товарищ Гаськов — ты знаешь, что нужно делать по твоей сфере ответственности. Товарищ Бессмертных — на тебе уведомление всех наших союзников о происходящих изменениях.

КГБ, примерно через три-четыре месяца, нужно будет заняться реализацией плана «Стабилизация» — все оппозиционные силы на территории СССР будут дезинтегрированы путём рассадки ключевых фигур по местам не столь отдалённым, в строгом соответствии с советским законодательством.

За прошедшие со времён Перестройки годы все привыкли, что болтать можно всё, что взбредёт в голову — так было можно, но каждое слово тщательно фиксировалось ответственными лицами.

Теперь это будет использовано против оппозиции, что ускорит её полную нейтрализацию. КГБ должен позаботиться о том, чтобы следующие пять лет прошли политически тихо, без каких-либо волнений и восстаний.

Это противоречит идеям Жириновского, который всегда выступал за свободу слова, чтобы каждый мог высказаться, без страха получить прикладом в лицо, но международная обстановка резко изменилась, и теперь ему нужна полная тишина внутри страны.

И под оппозицией понимаются не только классические оппозиционеры из сообщества либералов, а также и разного рода националисты, анархисты и прочие неблагонадёжные элементы.

Никто, конечно же, не будет проводить массовых политических чисток, как в «старые недобрые времена» — работа запланирована более тонкая, не без доли изобретательности.

Не нужно массово карать и сажать всех — достаточно провести показательные процессы над самыми заметными представителями, чтобы обезглавить и запугать всех представителей оппозиционного движения. Их, в принципе, относительно мало, поэтому население будет узнавать об этом из советских СМИ, которые будут подробно освещать судебные процессы.