Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 4

И поэтому его так и подмывало иногда сказать Рикко обидную фразу: «Капитан, никогда ты не будешь майором»… Но это ладно, это лирика.

А вот то, что прямо сейчас этот капитан говорит… Это уж очень безответственно звучит, прямо-таки шапкозакидательски:

— Поднимаем усиленную роту быстрого реагирования, — бодро вещал Рико, — там по штату должно быть не меньше пяти штурмовых флаеров. Блокируем долину… — он бросил азартный взгляд на каменную физиономию Фрексиро, — и открываем подавляющий огонь…

— Капитан, а вас не смущает то, что речь идёт о боевом фрегате? — ангельским голосом осведомился майор.

— Да какой он боевой… — пренебрежительно выплюнул капитан, — его угнали, а это наверняка значит, что эти угонщики, жадные ублюдки, все ценное с него сразу сняли и продали. А вырученные деньги пропили. Эта шушера всегда так поступает. Так что я думаю, что какое-то вооружение на нём, конечно, присутствует, но неожиданный залп пяти штурмовых флаеров ему без потерь не пережить, это точно.

— Да? — майор пододвинул к себе распечатки снимков, что прислал шериф, — а вот тут я вижу что корпус в порядке, орудийные клюзы закрыты, но это не значит, что за бронеплитами не прячутся стволы скорострельных пушек…

— Вы перестраховываетесь, господин майор, — Рикко был уверен в своей правоте. Он прекрасно понимал, к чему майор клонит, и старался этого избежать.

А майор склонялся к тому, чтобы вызвать подкрепление ВКС — подобное было предусмотрено инструкцией по противодействию контрабанде и пиратству. А вот капитан хотел загрести всю славу. И получить все плюшки за победу, одержать которую он считал возможным только своими силами.

— Капитан, я ни сколько не хочу вас обижать, — сказал майор таким тоном, что Рикко понял то, что решение принято. И так же понял то, что это решение ему наверняка не понравится. — но я считаю, что с таким противником нам своими силами не сладить. Так что приказываю: Вы поднимаете по тревоге роту быстрого реагирования, получаете на складе двойной боекомплект. И убываете к Сиротской чаше для отслеживания действий фрегата.

— Есть! — хмуро ответил Рикко, так как понял, что пока он будет гонять спецназеров, майор запросит таки поддержку у ВКС.

— Чёртов перестраховщик, — зло подумал он.

— Без команды активных действий не предпринимать. — продолжил Фрексиро, если фрегат снимется с лёжки и куда-то начнёт выдвигаться… — тут майор сделал паузу и посмотрел на подчинённого, чтобы убедиться в том, что тот его внимательно слушает, — просто следуйте за ним на расстоянии, исключающем поражение наших машин. Всё понятно?

— Так точно, — буркнул капитан, — разрешите выполнять?

— Да, идите, — сказал майор уже гораздо благодушнее. Пререканий и возражений удалось избежать, вовремя надавив на очень уж раздухарившегося капитана, — и помните, через полчаса вы должны стартовать.

— Есть стартовать через полчаса, — пробурчал себе под нос Рикко, и отправился на выход. Следовало приступать немедля, ибо времени действительно было не так много.

Тихий тронул несколько сенсоров, антиграв с негромким гудением включился, и через минуту наш флаер уже поднимался над площадкой.

— Давай аккуратненько, но быстро, — сказал я обеспокоено. Во-первых в голове непрерывно вращалась мысль, что кто-то шарахается около укромной стоянки «Беглеца», а во-вторых, если так можно выразиться, сирена тревоги моей интуиции стала намного громче, а это почти наверняка указывало на то, что кипиш, о котором недавно говорил Дрищ, неуклонно приближается.

Но пока дёргаться было преждевременно. Стоит нам только запаниковать и начать нарушать здешние ПДД, как мы привлечём к себе внимание полиции.

А без этого лучше обойтись. По крайней мере до того момента, когда преимущество в скорости станет намного важнее скрытности.

— Ржавый, ответь! — это был Дрищ. И по всему он таки изрядно нервничал.

— На связи. — тут же ответил я, — что там у тебя?

— У меня всё плохо, — надо сказать, что услышав меня он немного успокоился. Хотя то, о чём он начал говорить, сподвигло меня на невесёлые размышления, — Тут какая-то туса нездоровая образовалась. Визуально всё спокойно, но сканеры показывают, что с той стороны скал ёрзают какие-то летательные аппараты.

— Что значит «какие-то»? — возмутился я, — ты ж у нас знатный и заслуженный дроновод! Неужели твои птички тебе в клювиках не принесли никакой инфы о тех, кто там поблизости околачивается?

— «Хобгоблинов» пока светить не хочу — их сразу засекут. А так я сейчас как раз и выпустил пару малюток. Только они ещё минут пять будут до этих гостей добираться, прежде чем выйдут в зону прямой видимости.

— Тогда пока не дёргайся, — сказал я, — если твои незваные гости на глаза не лезут, то, скорее всего, супротив нашего «Беглеца», пусть даже и в атмосфере они шансов для себя не видят.

— Это радует, — без особого энтузиазма отозвался Дрищ, только вот зачем-то же они сюда припёрлись? И ты знаешь, мне кажется, что марципанами они меня кормить не собираются.

— Насчёт марципанов, я думаю, ты прав, — хмыкнул я, и собрался ещё сказать что-то, но тут Дрищ меня перебил:

— О, мои воробушки на позиции вышли, — он немного повеселел, видимо потому, что сейчас ему удастся подробнее рассмотреть, кто это к нам пожаловал. — Та-а-ак, посмотрим, посмотрим, кто там по углам прячется…

— Внимательнее смотри! — это Тихий не выдержал и вставил свои пять центов.

— Куда уж внимательнее, — голос Дрища стал деловым, видимо, он уже понял, кто там к нему без приглашения пожаловал, и теперь он соображал, что со всем с этим делать.

— Так что тебе птички твои начирикали? — я подумал, что на самотёк ничего пускать сейчас нельзя. И чтобы Дрищ там ничего втихаря не удумал лишнего, надо держать ситуацию под контролем и руку на пульсе. Как-то так.

— Всего у подножия скал, что эту долинку окружают я засёк шесть аппаратов. Из них один гражданский ховер, в котором сидит тот самый тип, которого я тут первым увидел, — начал описывать ситуацию Джимми, — а оставшиеся пять…

— Ну не тяни уже, — это опять Тихий. Интересно ему, видите ли…

— Оставшиеся пять рассредоточились по периметру. Теперь даже если у них электроника так себе, визуально они непременно заметят, если вдруг я удрать вздумаю. Но электроника у них наверняка приличная, поскольку это ни что иное, как полицейские штурмовые флаеры. С усиленным бронированием.

— Ой. Вот только не надо, — насмешливо сказал Тихий, — эти скорлупки нашему «Беглецу» на один зуб. И это при том, что наши щиты эти атмосферные мыльницы уж никак не пробьют.

— Это само собой, — сказал я, — только вот на штурм они не идут и под наши пушки подставляться не спешат… А это значит что?

— А это значит, что они ждут подмогу, — мрачно озвучил Дрищ самый вероятный ответ, — и подмога, похоже, будет такой, что мало мне не покажется…

— Ты прав, — сказал я, скорее всего сейчас по направлению к тебе летит пара звеньев штурмовиков. Вроде тех, что сидели у нас на хвосте на Колдиди…

— И что ты предлагаешь? — спросил Дрищ. Он уже и не нервничал, так как и я, и Тихий оставались спокойны, а значит задача, стоящая перед нами вполне себе решаема… И вообще, если страх заразителен, то почему спокойствие тоже не может передаваться другим? Или опять харизма моя упрощает задачу?

— Значит так, — решение пришло неожиданно, — сейчас мы меняем курс, и через полчаса мы будем в точке с координатами… — тут я назвал две группы цифр, обозначив точку в пустыне, которую выбрал произвольно. — нам надо прибыть туда одновременно. Но, если ты поймёшь, что к тебе подбираются более серьёзные противники, поднимаешься, петляешь, уходишь от атак… Но в назначенное время, то есть уже через двадцать восемь минут, ты, как штык, в указанной точке на высоте четыре километра. Понял?

— В общем-то да, — ответил Дрищ, только почему высота такая маленькая?

— А наш тапок выше не поднимется, — ответил я.