"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус" - Страница 607

На четвертом этапе на седьмой секунде произошел отрыв иглы от корпуса шприца. Пластиковое основание иглы (замок Люэр-Лок), соединенное с закрытым клапаном, расплавилось от температуры развившейся реакции. Накопившееся внутри канюли давление газов со свистом выбило иглу вместе с остатками клапана вперед. Концентрированная кислота, дошедшая до металлического стержня иглы, вступила в реакцию с металлом, из-за чего игла начала шипеть и выделять пузырьки горючего водорода.

В итоге в руках у доктора остался лишь бесформенный кусок оплавленного пластика, с растекающейся массой, удушливо дымящейся черной пеной, которую он успел отбросить от себя в сторону.

— Вы с ума сошли? — яростным шёпотом прошипел Виктор, — Вы что творите? Кто Вам разреши его трогать руками?

Онколог растеряно смотрел то на юношу, то на остатки шприца. Глава клана успокаивающе подложил ладонь руки на плечо зумера.

— Мой мальчик, я так полагаю, это то, о чем ты говорил? Очередная мера безопасности твоего препарата? — улыбнулся самурай.

— Именно так, — процедил Виктор, — и сам шприц очень дорогой!

— Скажи, а как ты бы предупредил такой вариант. Когда препарат уже ввели в пакет с глюкозой, но пациенту его бы не дали? А забрали на исследования состава? — поинтересовался его будущий приемный отец.

— А может быть Вам сразу формулу рассказать? — рассмеялся юноша.

— А что, расскажешь? — тоже рассмеялся мужчина, — шучу!

— Поверьте, такой вариант тоже предусмотрен, — «успокоил» его зумер. Он не стал рассказывать, что они фармацевтом проработали и такой вариант развития событий. Защита интеллектуальной собственности оказалась не менее трудным делом, чем разработка самого препарата.

Ключевым фактором был раствор глюкозы. Не зря Виктор устроил скандал из-за него. Идея была такая. В крови человека поддерживается жесткий гомеостаз: температура тридцать шесть целых и шесть десятых градуса Цельсия, обилие защитных белков-альбуминов и, главное, pH в районе семь целых тридцать пять — сорок пять сотых.

И партнеры придумали два способа уничтожить «Хонкоцид» в пакете с глюкозой через час так, чтобы при введении пациенту он сработал штатно и не навредил самому препарату.

Первый, основной был метод «Глюкозного триггера». Работал он таким образом. Раствор глюкозы для инфузий имеет высокую концентрацию сахара пять процентов и кислую среду (pH три-четыре) для стабильности. Внутри «Хонкоцида» они спрятана химическую связь, которая в течение часа медленно атакуется концентрированной глюкозой в кислой среде. Это была реакция гликирования. Она идет очень медленно в естественных условиях. Но в в раствор Хонкоцида в шпице были добавлены микрокапсулы с катализатором, ионами железа и меди. Через час оболочка микрокапсул растворяется и запускает реакцию разрушения препарата. В растворе глюкозы они вступают в реакцию Майяра (гликирование). В обычных условиях она идет медленно, но с катализатором, скорость реакция резко ускоряется. И спустя несколько минут, с того времени как истечет час, молекула «Хонкоцида» намертво сшивается с глюкозой, превращаясь в карамелизованный конгломерат меланоидинов. Конкуренты увидят в лаборатории лишь испорченную, потемневшую глюкозу. Выделить из этой солянки исходную формулу невозможно.

Почему это безопасно для пациента, в кровь которого могут тоже попасть микрокапсулы катализатора? Если капельницу успели поставить вовремя (до истечения часа), «Хонкоцид» попадает в кровь. Там концентрация свободной глюкозы падает в десятки раз, а pH мгновенно становится нейтральным, то есть семь целых четыре десятых. Реакция гликирования полностью блокируется. «Хронолизин» в крови находится в идеальной для себя среде и никак не взаимодействует со следовыми катализаторами из пакета.

Вторым защитным механизмом была фоточувствительная или световая деградация. В молекулу Хонкоцид для использования в условиях риска, когда его могут похитить, был синтетическим путем «вшит» светочувствительный молекулярный «предохранитель». Идея была основана на том, что пакет с глюкозой прозрачный. Как только его в него вводят специальный препарат Хонкоцида, запускается часовой таймер фотодеструкции под действием обычного комнатного света. Если за час препарат не ввели, свет начинает полностью разрушать молекулу лекарства. А так как, кровь абсолютно непрозрачна для света, а внутри вен царит полная темнота, то когда Хонкоцид попадает в кровоток, он оказывается в безопасности от фотонов. Хонкоцид спокойно действует, защищенный тканями тела от светового разрушения.

В любом случае, через час в пакете с глюкозой остался бы только бесполезный биологический мусор, из которого мало что можно было бы понять. Поэтому Виктор был полностью спокоен.

— Ну, что, — сказал юноша, — я наверное, могу идти? Чего мне тут делать? Инструкции я вашим специалистам дал, думаю они справятся. Будем ждать результат.

— Хорошо, — кивнул японец, — ты прав. Отправляйся домой, я буду держать тебя в курсе. Все остальное сделаем после того, как с дядей императора все более менее прояснится. А для тебя я приготовил сюрприз!

— Спасибо! Согласен, — улыбнулся зумер, — тогда я пошел.

И попрощавшись с врачом-онкологом, он вышел во двор дома и направился к машине. К своем удивлению он увидел сидящую в ней личную помощницу главы клана.

— Это нам опять свезло! — обрадовался Артем Николаевич, — интересно, у нее лимит какой-то есть? На ночные утехи?

— Это у нас скорее лимит возможностей быстрее закончится, чем у нее! — вздохнул Виктор.

— Давай рванем к фармацевту! У него таблетки волшебные есть! — предложил старый ловелас.

— Не нужно нам никакой химии! — твердо ответил юноша, — мы же не производители на конской ферме! Для удовольствия таблеток не нужно. А если не хочется то зачем себя мучать?

— А если хочется, но не можется? Мы что опозорим российский флаг перед этой японкой? — спросил отец.

— Второй Цусимы не допустим! — твердо произнес Зумер, — но и сексуальной Хиросимы с Нагасаки устраивать не будем!

— То же верно! Мы же не американцы! — рассмеялся историк.

— Господин приказал мне ухаживать за Вами пока все не прояснится, — с холодной улыбкой произнесла японка, — Вы не возражаете?

— Не возражаю! Харуми, а может быть Вам самой это не нравится? Хотите, я поговорю с Вашим хозяином? — спросил Виктор.

— Прошу Вас, Господин, не делать этого! — испугалась девушка, — это будет для меня несмываемым позором! Он решит, что я плохо справляюсь со своими обязанностями! Прошу Вас!

— Хорошо, хорошо! — успокоил ее зумер, — ты мне очень нравишься, просто я не хотел, чтобы тебя принуждали к чему-то силой, против твоей воли.

— Если это случиться я всегда могу совершить дзигай! — улыбнулась самурайка, — Вы очень добры ко мне, Господин.

— Ты очень хорошо знаешь русский язык, откуда? — спросил ее Виктор.

— Моя мама была русской, а отец японец! — ответила гордо девушка, — но душой я японка! Поехали Господин, нам нужно купить продукты. Я даже не знаю, чем Вы вообще питаетесь. В Вашем холодильнике ничего нет!

— Я себе доставку заказывал, — признался юноша.

— Это не годится! Господин испортит себе желудок! — категорически произнесла полукровка, — едем в магазин. Я буду готовить Вам японскую пищу!

За ними ехала машина охраны. Перехватив взгляд зумера, брошенный на них, самурайка произнесла:

— Они будут дежурить возле Вашего дома, Господин.

— Это чтобы я не сбежал? — усмехнулся Виктор.

— Нет, для этого достаточно меня, — улыбнулась девушка, — Вы, Господин, теперь важная персона, теперь Вас все время будут так охранять.

Они приехали в супермаркет и взяв тележку стали грузить ее продуктами. Харуми выбирала самые дорогие виды риса, рыбы и мяса. В тележку отправились овощи, зелень и масса приправ.

— Какое вино любит, Господин? — спросила его личная помощница главы клана.