"Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Аргус" - Страница 393

Прошло несколько минут, и директор захрипел, и несколько раз дернулся. Генри поднял ему веки и увидел, как правый глаз налился кровью из за лопнувших сосудов склеры, и отъехал в сторону.

— "Прощай, сластолюбец, все скажут, что ты умер как настоящий мужик! Прямо на бабе!" — подумал Генри. Он заметил, что девица, лежащая на столе со спущенными до колен трусиками, и задранной юбкой, стала приходить в себя.

— "Пора", — решил мститель, и став на подоконник, подпрыгнул и ухватившись за край крыши, подтянулся и покинул кабинет. На середине спуска по пожарной лестнице он услышал дикий крик секретарши.

Спустившись, он нажал брелок сигнализации машины Конторщика. Увидев замигавшие стоп-сигналы, подошел к ней и сел. Заведя мотор Генри медленно поехал к дому Директора по Производству. Ему нужно было решить, что делать. Необходимо был казнить еще двух человек, и наказать одного, Директора по финансам. Его он решил навестить последним. С другой стороны, ему не нужно было больше получать от них никакую информацию, что существенно упрощало дело. Нужно было, чтобы перед смертью они знали, за что их казнят.

Подъехав к дому Директора по Производству он его внимательно осмотрел. Естественно везде были камеры наружного наблюдения. Они создавали проблемы с проникновением в дом. Генри развернул машину и поехал по одному адресу, который он знал уже очень давно.

Оставив машину за квартал от нужного дома, подошел к крыльцу, и остановился глядя прямо в дверь. Хозяин дома должен был внимательно изучить его лицо. Через пять минут дверь открылась, приглашая Генри войти внутрь. Он поднялся по ступенькам, и вошел, закрыв за собой дверь, оказавшись в небольшой комнате. Дверь напротив была закрыта а в левой стене открылось небольшое окошко. Генри повернулся лицом к нему. Он знал, что справа тоже открылось окошко и сейчас ему в спину смотрит мощный дробовик.

— Здравствуй, Генри, — раздался скрипучий голос Стрелка, — я слышал о Даше Вайс, мне очень жаль. Ты решил изменить своим ножам, и свершить правосудие огнестрелом?

— Даже не буду спрашивать откуда ты об этом знаешь, Стрелок, — удивился Генри.

— Идея с крысами была отличная, я ее запомню, — раздался смех Стрелка, — ты всегда был изобретателен. Уважаемые люди нашего города гордятся тобой, и просили передать, чтобы ты не волновался! За тобой в том бассейне прибрали. И я так понимаю, счет еще не закрыт? Что ты хочешь? Пулемет? Гранатомёт? У меня даже ракетница есть. Недорого!

— За мной следят, Стрелок? — встревоженно спросил Генри.

— Нет, мальчик мой, следят за участками города. Ответственный за тот участок, видел как ты приехал и что сделал, и сообщил наверх. Ну а там, сообщили другим важным людям, например мне. Это хороший поступок, Генри, на нем воспитывают мальчиков, как надо поступать с теми, кто поднимает руку на твоих женщин. Так, что ты хочешь?

— Мне нужно бесшумное оружие, чтобы вырубить камеры наружного наблюдения.

— Понимаю, старая любовь не ржавеет! Ты прав, настоящий профи работает только ножом, чтобы видеть глаза врага, когда из них уходит жизнь. Да, у меня есть пневматический пистолет. Бесшумный и с баллоном для ста выстрелов.

Глава 3

Взяв пневматический пистолет и рассчитавшись за него со Стрелком, Генри вышел на улицу и поехал обратно к дому Директора по Производству.

Точными выстрелами, он разбил одну камеру и стал ждать. Если в доме была охрана, она должна была выйти и проверить причины ее отключения. В течении десяти минут никто не вышел и Генри понял, что камеры просто ведут запись, но никто, в режиме реального времени, их не контролирует. Значит постоянной охраны в доме нет. Тогда он вышел из машины и разбил еще две оставшиеся видеокамеры. После этого, взял кулек со шприцами и перемахнул через забор. Приземлившись на корточки он внимательно осмотрелся. То, что в доме нет собаки он понял еще раньше, по отсутствию соответствующего запаха.

Автомобиль Директора по Производству стоял во дворе, а на втором этаже горел свет в открытом окне. Поднявшись по водосточной трубе Генри заглянул в окно. За столом сидел Директор по Производству и изучал какие-то бумаги. Он был один. Генри с легкостью запрыгнул на подоконник, спрыгнул на пол и бросился к ничего не подозревающему мужчине. Тот вскочил со стула и попытался ударить Генри. Получив короткий удар в солнечное сплетение, он выпучил глаза и задыхаясь упал на пол.

— Уж больно ты шустрый, как я погляжу, — сказал Генри, — поэтому, говорить долго не буду. Я Прим-Мастер Горной Гильдии Генри Валент. По твоем приказу, сегодня утром, была убита моя жена Дарья Вайс. Все, кто был в цепи этих приказов до тебя, уже убиты мною. Теперь твоя очередь.

— Д-давай договоримся, — просипел Директор по Производству.

— О чем? Ты можешь воскресить мою любимую женщину?

— Я… я могу заплатить.

— А зачем мне деньги без нее? Пора умереть! — и Генри вколол ему в родинку на шее шприц с инсулином. Идея так себе, но ничего лучшего он придумать не смог. После чего, перевернул Директора на живот, его руки завел назад, и сел ему на спину, прижав и его руки.

— У тебя сейчас будет инсулиновая кома. Хреновая вещь, очень болезненная. Начнешь кричать, прибегут родные, мне придется их всех убить, а дом сжечь, — сказал Генри, держа ленту скотча наготове. Как только Генри0 заметил, что Директор набрал в легкие воздуха, чтобы закричать, он ловко заклеил ему рот.

— Вот так и знал, что ты говно. И семью не пожалеешь. Крыса. Я тебя просто казню, поэтому никаких разговоров с тобой не веду. Просто жду, когда ты сдохнешь. О! Началось!

Тело Директора стали корчить судороги, изо рта пошла пена, губы посинели, он дернулся пару раз и затих. По комнате поплыли запахи мочи и кала.

— Жил грешно, и умер смешно, — вспомнил некстати где-то услышанную фразу, проверил пульс, и убедившись, что Директор по Производству мертв, встал с трупа, снял скотч с лица, положил руки рядом на пол, придав телу естественное положение. Забрал свой кулек со шприцами, потом запрыгнул на подоконник, и спустился во двор. Все мероприятие заняло чуть больше десяти минут. Он пересек двор, перемахнул через забор и направился к машине Конторщика.

— Пора заняться главной тварью, наконец-то! А то я чего-то устал, — подумал Генри, ведя машину к дому Генерального Директора. Он там был пару раз на приемах по случаю открытия гифтоновых яиц, с отцом. Дом был большой, с огромным участком. В будке на въезде сидел охранник, но другой охраны не было. Все знали могущество и злопамятность этого человека, и это служило лучшей охраной. И еще Генри знал, что Генеральный Директор любил пить чай в беседке, с видом на озеро, по вечерам. Поэтому он и решил навестить его последним, надеясь перехватить его в этой беседке.

Оставив машину в двух кварталах от нужного дома, взяв шприц с миорелаксантом, Генри обошел дом и перемахнул стену со стороны сада. Потом, он тихо прокрался к беседке, и понял, что Фортуна в этот день — на его стороне. Генеральный Директор сидел один в беседке. На столике напротив — чайник и чашка. Он любовался звёздным небом. Генри подкрался осторожно сзади, и, не мудрствуя лукаво, зажал рот ладонью левой руки, а правой вколол ему в шею шприц с миорелаксантом. Тот пытался дернуться, но препарат начал свое действие.

Генри повернул его голову к себе и сказал:

— Даша Вайс передает тебе привет, упырь. Ты сейчас будешь очень мучительно умирать. От удушья. Твои мышцы будут парализованы, и самое главное, будут парализованы мышцы, обеспечивающие дыхание. Тебя как будто повесят. Но не сразу, а как на рояльной струне. Знаешь, как умирают такие повешенные? Струна гибкая и повешенный прыгает на ней, касаясь пола. То вздохнет, а то снова она ему перекрывает трахею. Говорят, агония может длиться до шести часов. Но у меня нет столько времени. А ты будешь с каждым вдохом получать меньший объем воздуха, пока вообще не сможешь вдохнуть. А я посмотрю.