Я вернулся. Дилогия (СИ) - Валериев Игорь - Страница 1

Пионер

Пролог

Откашлявшись, я потёр ладонью рёбра справа и слева, пытаясь уменьшить боль в межрёберных мышц, которая мучила меня уже несколько дней, и тут же закашлялся вновь. Ощущение было такое, что лёгкие сейчас кусками вылетят наружу.

Вот уже четыре дня я мог спать только сидя, обложив себя на диване со всех сторон подушками. Если ложился, то начинал сначала задыхаться, а потом следовал дикий, разрывающий грудную клетку кашель. Мышцы уже не болели, а горели огнём, также как и лёгкие. Сидя было легче, так как кашель начинался не сразу, и минут двадцать-тридцать, а то и целый час можно было спокойно дышать и чуть-чуть поспать, точнее, провалиться в какую-то тёмную яму, как в обморок. А потом новый приступ кашля, и всё шло по новому кругу. Примерно также я себя чувствовал почти три года назад, заболев ковидом-омикроном во второй раз в мае 2022 года.

Уже после первого заболевания ковидом и выздоровления в 2021 году я почувствовал, что потерял, как минимум лет пять своей жизни. Хотя отделался в первый раз лёгкой пневмонией, с которой успешно справились антибиотики. Во второй раз пришлось полежать в больнице на ИВЛ, то есть с использованием аппарата искусственной вентиляции лёгких. Повезло, организм справился с вирусом, и я оклемался.

Больше полугода приходил в себя, а по внутренним ощущениям чувствовал себя, как семидесятилетний старик, хотя ещё и пятидесяти пяти тогда не стукнуло. Как-то всего скрутило, сгорбило и силы куда-то все делись. Резко похудел, особенно руки, куда-то мышцы пропали, и тело сильно ослабело.

С утра иногда уходило минут пять на то, чтобы прокашляться и извергнуть из себя какую-то густую и тянущуюся слюну с очень интересным привкусом. Часто приходилось из-за рта эту слюну доставать пальцем, так как она тянулась из горла и не хотела прерываться.

Бросил все вредные привычки, окончательно отказавшись от пива и сигарет. От водки и других крепких напитков отказался ещё лет десять назад после инсульта. Вспомнил китайскую дыхательную гимнастику. В курсантские годы увлекался восточными единоборствами, остановившись в конце концов на Кёкусинкай каратэ, что очень помогло во время моей военной службы, особенно когда был командиром роты охраны в отдельной инженерно-испытательной части №25921 на 95 площадке космодрома Байконур. Потом, когда уволился из вооружённых сил и пошёл служить в милицию, то увлекся Ашихара каратэ, и об этом нисколько не жалел. Может быть, благодаря этим занятиям живым остался. Несколько раз во время дежурства в опергруппе пришлось выходить с голыми руками против вооруженных противников, два раза они были с ножами, а один раз с топором.

И пусть это были перепившие алкаши и один наркоман, как выяснилось позже, но это было ещё хуже, так как их действия было просто невозможно предсказать, как и направления их ударов. В общем, практическая и теоретическая база по дыхательной и физической гимнастике была, поэтому потихоньку дела со здоровьем пошли на лад.

И вот в мае 2025 года в третий раз заболел какой-то вирусной гадостью, и всё чаще возникали мысли, что как бы ни в последний раз. И давление в течение недели стало зашкаливать, и сердечко забарахлило. К имеющейся тахикардии добавилось замирание сердца. Частит, частит и вдруг пауза на два-три удара, а потом вновь запускается.

Порылся в Интернете и ничего хорошего для себя не нашёл. Начиная с 2019 года, по земному шарику шагает ковид-19 со своими осложнениями, например, как у меня с лёгкими. На смену ему пришёл новый штамм «омикрон», который сменил штамм «пирола». Теперь властвует в мире ХЕС. Самые ранние случаи заболевания этим штаммом зарегистрировали в Италии год назад. Потом этот вариант обнаружили в Германии, а затем начали выявлять во многих других странах. Вирусологи в своих статьях писали, что ХЕС — это один из очередных вариантов омикрона. И основное его качество, что он ускользает из-под иммунного ответа. У людей, которые ранее переболели другими штаммами ковида, снова нет иммунитета, и все заражаются заново.

ХЕС даёт такие же осложнения, как и все остальные штаммы ковида-омикрона, основное из которых воспаление лёгких. Но у него есть и другие серьёзные последствия, выраженные в постковидном состоянии: нарушение здоровья продолжительностью более двенадцати недель, тромбозы, повышенная свёртываемость крови, инсульты и инфаркты.

Я вновь зашёлся в кашле, ощущая, как скручиваются в судороге межрёберные мышцы, да и в позвоночнике протрузии и грыжи отдались острой болью. Сплюнув в пластиковый стакан ком слизи, несколько раз глубоко с клёкотом вздохнул и вновь зашёлся в кашле.

В комнату зашла жена. «Ты как?» — с каким-то испугом в глазах спросила она.

— Не дождётесь, — сквозь сип на выдохе ответил я.

— Не говори так, — на глаза жены навернулись слёзы. — Принести чего-нибудь.

— Пива баночку, желательно пятилитровую, — пошутил я.

— Ты же на антибиотиках, какой алкоголь⁈ — тут же возмутилась жена.

— Да шучу я, Рыжик. Шучу. Хотя, если честно, то пива захотелось просто жуть какая-то. Ну да ладно, — я попытался вздохнуть и вновь закашлялся.

Дождавшись, когда я успокоюсь и сплюну очередной ком слизи в стаканчик, супруга спросила:

— После приезда Руслана в холодильнике две банки «Лёвенбрау» осталось, принести?

Руслан — это мой пасынок. Я официально состоял во втором браке. Когда мы начали жить с Людмилой вместе, Руслану было десять лет. Сейчас ему тридцать пять. Он сам теперь живёт во втором браке. От первого его неофициального, гражданского сожительства у нас был уже четырнадцатилетний внук, который пусть и редко, но посещал нас с бабушкой, хотя бы раз в месяц. С отцом он практически не общался, а к нам приходил.

Во втором уже официальном браке у сына, пасынком я его даже мысленно не называл, а он меня уважительно звал «батя», было две дочки, а у нас, соответственно, две внучки пяти и трёх лет. Алёне двенадцатого мая, как раз пять исполнилось. Только из-за моей болезни мы с женой не смогли съездить в Нижний Новгород, чтобы её поздравить. Сами мы жили в Арзамасе, в ста километрах от столицы Поволжья.

А вот Руслан приезжал меня проведать три дня назад. Из алкоголя он употреблял в основном пиво. Иногда мог позволить себе пару рюмок бальзама «Егермейстер». Вот после его приезда в холодильнике и осталась парочка баночек пивасика.

Вернее всего, это я его приучил к этому слабоалкогольному напитку своим примером, так как сам пил в основном только его. Редко принимал на грудь ещё пару рюмок хорошей водки. Как я шутил, мы употребляем «арийские анаболики»: я водку с пивом, а Руслан «шнапс Геринга», как называли в тридцатые годы прошлого века «Егермейстер» и тоже с пивом.

Моя же личная история употребления напитка из солода и хмеля началась ещё в раннем-раннем детстве. Дед по отцовской линии, который был командиром танковой роты разведки и потерял ногу во время Курской битвы, очень любил употребить «дрислянку» с пивом. «Дрислянкой» он называл вино крепкое, плодово-ягодное «Яблочное». Оно стоило в сельмаге рубль и двадцать копеек, а литр разливного пива сорок две копейки. Дед давал мне трёхлитровый бидон, авоську и два пятьдесят деньгами. Я шёл в магазин, где продавщица вручала мне бутылку вина, потом наливала в тару пива, и на четыре копейки мне доставалось в качестве награды штуки пять-шесть конфет-подушечек с фруктовой начинкой «Популярные» или «Дунькина радость», как их называли в народе.

Вино в авоське и пиво в бидоне я приносил деду, который для «укрепления моего здоровья витаминами „В“» наливал мне чашку пива и заставлял её выпить. Я морщился и пил эту горечь. Правда, чувство небольшого балдежа мне потом нравилось. Первый раз с запиской от деда я отправился в такой поход лет в шесть, а может и раньше. И если бы в городе мне вряд ли кто отпустил такие товары, то в селе деда уважали.

Фронтовик, орденоносец: орден Красной звезды и Отечественной войны 1-й и 2-й степени, медали «За отвагу», «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией». После войны он преподавал в школе военную подготовку и физкультуру. Отец рассказывал мне, как дед, отстегнув протез, в майке и трусах крутил на турнике «солнышко». Потом дед дважды выбирался председателем колхоза, затем долгое время отвечал за учёт военнообязанных колхозников и их первоначальное военное обучение, пока позволяло здоровье. Поэтому по его записке продавщица тётя Люба отоваривала меня без лишних вопросов.