Журналистика, магия и заговор (СИ) - Высотин Владимир - Страница 13

Главный редактор «Справедливости» вышел навстречу. Худой, сутулый, невысокий мужчина лет сорока. Одет был в серый шерстяной свитер и чёрные джинсы. Залысины, тонкие очки. Протянул руку и улыбнулся.

— Лидия Марковна! Проходите!

Усадил и предложил чай. Журналистка отказалась. Редактор не настаивал, перешёл к делу.

— Позвольте вам представить мою соратницу! Ольга Александровна Крылова, депутат городской думы. Из нашей партии. Очень заинтересована в теме ЖКХ.

Толстоватая, невысокая, коренастая Ольга сидела у стены. Рядом чашка с остатками чая. Серый шарф и зелёное пальто лежали на стуле. Брошь с красным флагом на лацкане пиджака. Тёмные внимательные глаза.

— Можно просто Ольга. — Женщина протянула руку. — Я читала ваши материалы ещё до... нападения. Статья о перерасчёте тарифов. Я её распечатала и отнесла на заседание комиссии по ЖКХ. Инициировала голосование, но депутаты Единство и Свобода были против.

Лида приподнялась, потянулась через стол и пожала руку. Ольгина ладонь тёплая, крепкая. Лидина — ледяная.

Редактор сел, снял очки и заговорил.

— Мы, как единственное оппозиционное издание в городе, несём особую ответственность. В нынешних условиях, когда информационное пространство монополизировано провластными структурами, наш долг вам помочь. Нам поступают звонки, нас пытаются запугать, но мы держимся. Партия «Справедливость» стоит на позициях открытости и прозрачности...

Он говорил ещё минуты четыре. Ольга пила чай медленно, маленькими глотками. Лида ждала. Сазонов дошёл до сути на пятой минуте.

— Ваш материал нужен обществу. Мы понимаем масштаб и готовы поддержать. Нам необходимо, чтобы доказательная база была юридически безупречной. У нас уже был прецедент: мы опубликовали материал о завышении расценок в управляющих компаниях при ремонте домов. Нас засудили, заставили выпустить опровержение. Чтобы наша позиция выглядела убедительной...

— Какие условия безопасной для вас публикации? — перешла к сути Лида.

Мужчина взял очки, покрутил дужку, дыхнул на стекло, протёр и положил на стол. Руки сложил в молитвенной позе.

— Я читал присланные вами в обед материалы. Отличная работа. Но с доказательствами туго. Половина скриншотов ничем не подтверждены. Части компаний переименованы. Вы указали, что источники отказались говорить. Маленьким изданиям нужно взвешивать риски. Ещё два-три проигранных суда, и нас закроют.

— Вы мне старый анекдот напоминаете. Правды нет, страну продали, остался только труд за три копейки. Будете брать? — Лида посмотрела на редактора в упор.

Редактор «Справедливости» помолчал. Взял очки, покрутил в руках и потёр переносицу.

— Я не говорю «нет». Приходите с доказательствами, которые выдержат суд. Документы, подтверждённые официально. Свидетели, готовые выступить. Нам нужно всё это, чтобы мы могли...

— Черных поняла. Не нужно ещё пять минут про оппозицию рассказывать, — вмешалась в разговор Ольга.

— Знайте, мы на вашей стороне. В наших общих интересах сделать город лучше. Только, пожалуйста, без спешки.

Лида вздохнула и сказала:

— Я постараюсь собрать из материалов расследования безопасные статьи и буду присылать вам. Давайте хотя бы так работать. Плата мне не нужна, только рычаг для решения проблемы.

Лида встала. Поблагодарила, пожала протянутую руку редактора и вышла на улицу, опустив голову. Она застёгивала красную кожаную куртку, когда за спиной открылась дверь.

Показалась Ольга. Шарф у девушки был не завязан, а пальто нараспашку. Она громко окликнула уходящую журналистку:

— Лида, постойте. Редактор не враг, он боится. Сегодня утром ему звонили на ваш счёт. Намекнули, что в случае публикации будет четыре иска и три проверки.

— Я догадалась — Лида коснулась висков, кожа обожгла пальцы ледяным холодом. Девушка отдёрнула руку.

— Лида, но вы поймите. Он десять лет держит портал, и каждый год на него давят. Завтра опять вызывают в политический отдел с утра. Не сердись, но он вряд ли сможет сильно помочь.

— У меня тоже повестки в политический и магический отдел. Но, вы уже знаете об этом, наверное, уже и бобры знают? — Лида внимательно посмотрела на женщину.

— Нет, впервые слышу. Политика, я догадываюсь, за что, но ОМБ это перебор. Обязательно позвоните мне, когда пойдёте, мы с партийным адвокатом будем с вами.

— И сколько стоят ваши услуги? — Лида скрестила руки на груди.

Пальцы депутатки потянулись к пуговицам, чтобы застегнуть. Женщина помедлила, прикусила губу и ответила.

— Для товарищей бесплатно. Я занимаюсь ЖКХ второй год. Водоканал, тарифы, подряды. Знаю, что там происходит. Прямых доказательств нет. Но я прочла твои документы. Ты нашла факты, которые ускользнули от нас. Жаль, что пошла к Самохвалову. Жена директора водоканала родная сестра редактора ИнтерВестей. Не знала? Ну да, они не афишируют. У нас вообще очень многое связано так, неформально.

Лида посмотрела на девушку, приподняла одну бровь, хмыкнула. Спросила: «Чего ещё я не знаю?»

— Прошлого начальника водоканала ушли на пенсию год назад, сразу после серии твоих критических публикаций. Была подковёрная грызня. Деталей не знаю, но два месяца назад дали пинка заместителю и главному бухгалтеру. Бывший начальник молчит, заму дали хорошее место в другом городе, а вот бухгалтер пропал. Я его найти не смогла. — Женщина развела руками и пожала плечами, посмотрела на небо.

— Может, вы что-нибудь и про чёрный ромб с белым глазом знаете?

— Один из тайных клубов. — Ольга нахмурилась, завязала шарф и поправила причёску. — Общество Смотрителей. Официально следят за тем, чтобы магические проявления не мешали обычным людям жить. Неофициально... поищи в сети про них и Белую Общину, там всё есть. — Ольга осеклась.

Депутатка достала две серые визитки. Свою с именем, телефоном и почтой. И визитку «Молота Правды» с почтой и логином в телеграмме. Дала и попросила позвонить, когда будет время. Лида убрала две картонки в карман.

Ольга быстро застегнула зелёное пальто. Ушла через двор, ритмично цокая каблуками по мокрому асфальту.

Лида достала блокнот и записала: «Самохвалов использовал наши расследования чтобы топить неугодных? Бухгалтер, два месяца, неужели он жаловался? И пропал? Ольга + Молот Правды им можно доверять?»

Мокрый двор, серое небо, облезший баннер. Температура упала до нуля. Солнце почти закатилось за горизонт, но фонари ещё не включили.

Черных взяла телефон и шёпотом записала несколько коротких голосовых сообщений, отправила брату.

Глава 5: Открытые сны

Лида сидела за кухонным столом дома в просторной алой футболке и серых леггинсах. Рядом стояла тарелка с борщом и блюдце с пирожками. Девушка зачерпывала ложкой суп и закусывала пирожками с луком и яйцом.

Мама стояла в синем халате у раковины, мыла кастрюлю и чашки, подливая кипятка из чайника. На холодильнике телевизор показывал вечерние новости про облаву на бомжей в парке.

— Как прошёл первый день после выписки? — спросила мама, закидывая полотенце на плечо.

— Сходила во все редакции города. Узнала много нового о себе и тайнах общества. — Лида говорила медленно и чётко.

Мама поставила кастрюлю в шкаф. Взяла полотенце и вытерла руки. В коридоре тихо тарахтел старый обогреватель с вентилятором.

— Лидочка, я разговаривала с тётей Натальей. Она сейчас преподаёт актёрское мастерство в бывшем дворце пионеров, — мама придвинула табуретку и села рядом. — Ты у неё в школе в театральном кружке занималась. Помнишь, как играла золотого петушка? «Кукареку, царствуй лежа на боку!»

— Пять лет театрального кружка, ещё бы не помнить! Спектакль пророческий? Только где Шамаханская царица, которая стоит за коррупцией в ЖКХ? — Лида перестала есть, ложка осталась в тарелке.

Мама улыбнулась, взяла пирожок, откусила. Вместо ответа продолжила:

— Им нужен преподаватель основ журналистики. Ещё я могу поспрашивать в школе про услуги репетитора. Русский и литературу ты знаешь великолепно. У тебя получится!