На эту и на ту набью тебе тату. Том 3 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 4

— У какого человека? — Виталий Евгеньевич снова напрягся. — Что за долг? Что это за люди, я их по базе пробью!

Он начал было подниматься, но я жестом остановил его.

— Я не буду отвечать на эти вопросы, — покачал я головой. — Не имею права. Если Денис захочет, то расскажет сам.

— Он со мной не общается, — хмыкнул Чижиков-старший. — Заблокировал мой номер и всё тут. Я надеялся, что он одумается, поймёт, что был не прав.

— А с чего вы взяли, что он не прав? — уточнил я. — Вы уважаемый человек, и я это знаю. И ваша профессия действительно важна и почётна. Но если ваш сын захотел выбрать другой путь — это его выбор. В этом мире дети не обязаны постоянно следовать за своими родителями в выборе жизненного пути.

Это в моём мире у простолюдинов было так принято. Сын кузнеца становился кузнецом, сын фермера — фермером.

— Я же лучше знаю, что надо моему сыну! — отозвался Виталий Евгеньевич.

— Распространённое заблуждение, — покачал я головой. — Ваш сын прекрасный автомеханик. И разбирается в том, что делает. Я знаю, вы желаете ему добра. Но именно из-за ваших попыток навязать своё мнение он и не пришёл к вам, когда у него были трудности. Он пришёл ко мне, и я ему эти трудности помог решить.

Чижиков помолчал, явно обдумывая мои слова.

— Как мне с ним увидеться? — наконец, спросил он.

— Я устрою вам встречу, но при условии, что вы не будете начинать разговор с конфликта, — сказал я. — А дадите Денису возможность высказаться, и спокойно с ним поговорите. Идёт?

Он поднял на меня тяжёлый взгляд.

— Идёт, — неохотно сказал он.

Я взял телефон и позвонил Денису. Тот ответил почти сразу.

— Привет, Артём, — голос его был бодрым. — Что случилось?

— Денис, с тобой хочет поговорить твой отец, — сказал я. — Он волнуется за тебя, и хочет убедиться, что ты в порядке.

В трубке повисла напряжённая тишина. Виталий Евгеньевич также с напряжением ждал окончания моего разговора.

— С чего бы вдруг ему стало не насрать на меня? — проговорил Денис. — Вечно на своей чёртовой работе. А когда узнал, что я не хочу в менты идти, так вообще крест на мне поставил. Да пусть идёт куда подальше!

— Денис, ты необъективен, — спокойно сказал я. — Твой отец совершил ряд ошибок, но и ты тоже. И теперь вам надо их исправить, а не бегать от них. Поэтому вам надо встретиться.

— Не хочу его видеть! — выкрикнул Денис.

— А придётся, — строго сказал я. — Я помог тебе, и теперь ты мне должен. Считай, что встреча с отцом вернёт твой долг передо мной.

Денис обиженно засопел.

— Передай ему, что я буду ждать его в нашем баре сегодня в восемь вечера, — наконец, сказал он. — И что как только он что-то сказанёт — я уйду!

— Передам, — ответил я.

Повесил трубку и передал наш разговор Виталию Евгеньевичу.

— Вот, это ваш шанс наладить отношения с сыном, — подытожил я. — Не упустите его. Второго такого шанса может и не представиться.

Он кивнул. Встал, поправил рубашку.

— Хороший ты парень оказался, — сказал Чижиков мне. — Теперь понятно, почему Вика вместо моего оболтуса тебя выбрала. Спасибо тебе. И если нужна будет какая помощь — обращайся.

Он оставил на столе свою визитку и вышел из мастерской. Что ж, я сделал что мог. Теперь всё зависело от двух Чижиковых.

* * *

Через час ко мне пришёл записанный на сегодня клиент. Молодой человек лет тридцати, который представился Артуром.

— Привет, — кивнул он мне. — Я по записи, на татуировку.

Начинаю привыкать, что многие люди переходят на «ты» при первой же встрече в этом мире.

— Проходи, садись, — кивнул я. — Что бы ты хотел?

Артур сел на стул для посетителей, немного помолчал. А потом принялся рассказывать.

Два года назад он начал играть в онлайн-казино. Делал ставки, сначала по мелочи, для забавы. А потом его затянуло с головой. Он потратил все свои деньги, залез в кредиты. Едва не разрушил семью.

— Жена уже чемодан собрала, — признался Артур. — А я всё не мог остановиться. Думал, вот сейчас отыграюсь, и всё верну. И ведь сначала правда выигрывал. Небольшие суммы, но получалось. И знаешь, это такая порция дофамина! Ни с чем не сравнится. И потом хотелось пережить её снова.

Это чем-то было похоже на курение вейпа, которым занимался Артём Краснов. Помню, с каким трудом я боролся с этой пагубной привычкой. Да даже сейчас иногда всё-таки возникали мысли о курении. Хотя и стали гораздо реже.

— Именно, — кивнул Артур. — Только со временем дофамина становится всё меньше. И ты играешь, а больше ничего не чувствуешь. У меня закончились деньги, я набрал долгов, залез в кредиты. Жесть, короче.

— А как же ты остановился? — спросил я.

— Не сам, — честно ответил Артур. — Сам бы не смог. Жена ультиматум поставила. Или лечение, или развод. И вот тут до меня дошло, что я и правда болен. Лудомания это называлась. Тут уже пошёл ко врачу, к психотерапевту. И начал работать.

Он вздохнул.

— И что помогло? — спросил я.

— Терапия, — ответил он. — Мы разговаривали с врачом, общались в группах. Я учился ловить моменты, когда тянет играть. Полгода борьбы с самим собой, и начал постепенно выкарабкиваться.

— Это дорогого стоит, — искренне сказал я. — Победить себя труднее всего.

— Потому и пришёл, — кивнул Артур. — Хочу татуировку, чтобы навсегда запомнить этот путь. Чтобы больше туда не вернуться.

Достойная цель. Я кивнул и взял в руки карандаш.

— Раз история про игру, — задумчиво проговорил я. — Значит, и образ должен быть про игру.

Я набросал первые линии.

— Игральные кости, — сказал я. — Две штуки. Но не целые, а разбитые. В трещинах, со сколотыми углами. А из трещины пробивается тонкий росток. Который означает новую жизнь, свободную.

Артур внимательно смотрел на рисунок и кивал.

— И вот ещё что, — добавил я. — На гранях этих костей выбьем не точки, а даты. На одной день, когда ты решил завязать. На другой нынешний год. Это будут цифры твоей победы.

Мы согласовали размер и место. Артур хотел татуировку на предплечье, с внутренней стороны.

Я тщательно перевёл эскиз. Подготовил рабочее место.

Надел монокль и взялся за дело.

«Начертание активно».

Начал с контура. Здесь у меня был особый расчёт. Кости я решил исполнить в гравюре. Мне нравился этот стиль, с жёсткими линиями и чёткими гранями.

Пигмент ложился плотно, чёрный, насыщенный.

«Начертание в процессе. Линия тверда. Образ обретает силу».

Закончив с костями, я перешёл к ростку. Его я запланировал сделать в цвете, зелёным пигментом. От светлого к тёмному.

Контраст вышел именно такой, как я задумал. Резкие мёртвые кости и нежный живой росток. Тьма и свет на одной коже.

Даты на гранях я выбил в самом конце.

Работа заняла около четырёх часов.

«Начертание завершено».

«Оценка: Отлично».

«Анализ работы: композиция гармонична, линии чистые, символ органично вписан в окружение. Эмоциональная точность высокая: намерение клиента и исполнение мастера совпадают. Итог: зачтено».

«Образ исполнен в двух началах. Мёртвое и живое сведены воедино. Намерение владельца чисто и твёрдо».

«Присвоено свойство: „Трезвость воли“. Татуировка укрепляет самообладание владельца. В минуту искушения помогает совладать с собой, гасит тягу вернуться к пагубному. Питает решимость держаться избранного пути».

«Распознано второе начало. Образ несёт не только укор прошлому, но и надежду. Росток сквозь камень есть знак возрождения».

«Присвоено особое свойство: „Прорастание“. Татуировка поддерживает владельца в пору упадка. В самый тёмный час напоминает, что и сквозь обломки пробивается жизнь. Дарует силы начать заново, когда кажется, что всё потеряно».