Владимир, Сын Волка 6 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 60

Судя по тому, что Рохлин перенёс «Рогатину» ещё на трое суток, он уверен, что имеющихся у него сил достаточно, чтобы полноценно воспользоваться кратковременным коллапсом, который создаст активация протокола, и начать локальные контрнаступления.

— Но мы не видим всю картину, а он видит, — возразил генерал армии Варенников. — Необходимо довериться его решениям, потому что он обладает всей полнотой информации и не был замечен в авантюрном поведении.

Рохлина выбрали за его успехи в Югославии, где он выполнил абсолютно все поставленные задачи и избежал при этом больших потерь.

— Что ж, ради этого мы его туда и отправили, — вздохнув, ответил Жириновский.

Массированное контрнаступление, с выбрасыванием сил Коалиции в Персидский залив, чтобы ненадолго превратить его в Американо-Британский залив, невозможно, потому что противник быстро оправится от внезапного удара и контратакует, что чревато чрезмерными потерями в рядах Иракской армии.

А перед Рохлиным стоит другая задача — медленно отступать, нанося противнику максимальные потери и оставляя в его тылу партизанские отряды, которые будут наносить силам Коалиции постоянный и болезненный урон.

«В пустыне много не попартизанишь, но есть ведь и города, где, как раз, испытают разработки ГРУ», — подумал Жириновский и затянулся из испарителя.

И всё же, западную пустыню максимально подготовили для эффективных партизанских действий, ведь «Стена Вавилона» — это, в большей степени, укрытия и тайники с оружием и боеприпасами, нежели укрепления.

К тому же, в Кувейт, через пустыню, уже должны начать просачиваться иракские РДГ, задачей которых является уничтожение складов, техники и живой силы противника.

Эти разведывательно-диверсионные группы маскируются под местных жителей и бедуинов, что может навлечь на последних беды, но Кусей сейчас думает о бедуинах в последнюю очередь.

— У Рохлина ведь точно всё идёт по плану? — спросил Жириновский.

— Очень скоро мы это узнаем, — ответил министр обороны.

*Республика Ирак, мухафаза Басра, город Басра, 1 апреля 2000 года*

Раздалась серия гулких взрывов и стены тоннеля содрогнулись, а с потолка посыпалась пыль.

Лейтенант Варенцов жестом остановил свой взвод, а затем, когда потолок не рухнул на их головы, он подал знак, чтобы взвод продолжил движение.

От взвода остались двадцать два человека — трое погибли, а ещё семеро отправились в госпиталь с ранениями разной степени тяжести.

Городские бои ведутся практически в упор, на дистанции до ста метров, поэтому новейшие бронежилеты помогают не всегда. А американские штурмовые винтовки — это совсем не подарок, потому что стандартные пули их склонны разрушаться даже без контакта с костями, а просто в мягких тканях.

Такое поведение пули отягчает степень большинства ранений, что роднит американские пули с разрывными боеприпасами, но их никто не запрещает, хотя, по мнению Варенцова, давно следовало бы.

Он видел ногу иракского бойца из «Баирума», в которой входящее отверстие одно, а выходящих было сразу четыре — его не удалось спасти, так как один из осколков, вероятно, рассёк бедренную артерию.

«И всё же, бронежилеты у них дерьмовые», — подумал Иван, продвигаясь по тоннелю, освещённому слабыми лампочками накаливания.

Бронежилет PASGT вообще не держит патрон 5,45×39 миллиметров, на всех боевых дистанциях, особенно на дистанции до 100 метров, тогда как проверенный ещё в ЮАР бронежилет 6Б10 держит даже бронебойную пулю этого калибра и обычную пулю калибра 7,62×54 миллиметра на всех боевых дистанциях.

В этом смысле у наёмников есть преимущество как перед американцами, так и иракцами, потому что первые повсеместно носят PASGT, а вторые носят снятые с вооружения Советской армии 6Б5–12, удерживающие обычные патроны калибра 5,45×39 миллиметров, но пробивающиеся бронебойным патроном того же калибра.

Но ещё большее преимущество дают пассивные экзоскелеты — конструкция допускает установку «третьей руки», к которой можно прикрепить баллистический щит, что очень сильно помогает в штурмовых действиях в условиях города.

Щит и «рука» сейчас висят на спине Ивана, так как в тоннелях они только мешают, но ему потребуется меньше минуты, чтобы привести их в боевое состояние.

Но его щит уже поистрепался — он минимум трижды пробит пулями, а брезентовая обшивка его изрезана осколками.

По пути он считал шаги, чтобы примерно представлять, сколько они прошли и какой выход из тоннеля правильный.

Согласно полученному заданию, ему нужно соединиться с ротой за чертой города, чтобы, всем составом, присоединиться к 4-му батальону ЧВК «Жуков».

Это афганцы, причём среди них немало бывших душманов, решивших хорошо заработать и получить право претендовать на гражданство СССР или любой другой страны Восточного блока.

Оказалось, что у афганцев это очень ценится — многие из них мечтают жить в Москве, которую просто обожает их президент, Мохаммад Ватанджар.

«Возможно, против кого-то из этих бывших я когда-то сражался», — подумал Варенцов, параллельно считая шаги.

Если он ошибётся и выйдет слишком рано, то есть риск подняться на поверхность в пригороде Басры, а там, как известно, крепко сидят духи, то есть, американцы или британцы.

Снова раздаётся серия взрывов откуда-то с поверхности, и Иван вновь останавливает взвод.

До него доходили слухи, что американцы иногда обнаруживают тоннели и потом напичкивают их десятками килограммов взрывчатки, чтобы завалить с гарантией.

Но, в настоящий момент, многие американские подразделения уже не могут позволить себе столь расточительно тратить взрывчатку — у них наблюдается острый дефицит всего.

Варенцову не докладывали специально, но он, как бывший старшина, и так узнал, что ракетные удары по тылам духов возымели впечатляющий эффект и нарушили логистические цепочки, поэтому американцам и британцам начали недодавать боеприпасы, взрывчатку, провиант и медикаменты.

Майор Мельников, командир 2-й роты 3-го батальона ЧВК «Тайфун», то есть, непосредственный командир Варенцова, говорил на одном из инструктажей, что на передовых базах у американцев принято накапливать запасы на срок автономности 7–14 дней, в зависимости от боевой задачи, поэтому чувствоваться остановка снабжения начнёт не сразу.

И последние пару дней Варенцов начал ощущать начавшийся дефицит у американцев. Боекомплект у убитых морпехов стал меньше, ну и боевая активность у них, соответственно, поубавилась.

Он не считал, скольких морпехов они положили, но довольно-таки много. После боёв их не бросают гнить, что тут происходит сравнительно быстро, а силами ополчения утаскивают в специальное подземное хранилище, где поддерживается прохладная температура — командование сочло, что так будет по-человечески.

Сами американцы забрать тела своих могут далеко не всегда, особенно в городских районах рядом с пригородами, которые «ничьи», поэтому покойники стали проблемой обороняющихся…

— Всё, кажется, пришли, — сказал Варенцов, увидев нужное ответвление тоннеля. — Дмитрич, работайте.

Взводные разведчики вошли в ответвление и начали проводить привычную процедуру разминирования прохода. Заряды установлены специально на случай, если американцы вспомнят славную традицию «тоннельных крыс» — некоторые из них уже вспоминали, но дорого заплатили за это.

Иракцам передали новые МНЛ-20, то есть, мины направленные лазерные, с дальностью сплошного поражения в 20 метров. Такие мины оснащаются инфракрасным лазером, перекрытие луча которого на 5 секунд вызывает срабатывание взрывателя, что влечёт за собой взрыв и полёт 350 готовых поражающих элементов в направлении луча.

Инфракрасный луч невидим для человеческого глаза, поэтому никаких признаков минирования просто так не увидеть. А если поставить мину очень грамотно, то даже если у противника есть прибор ночного видения, через который хорошо виден такой луч, подлезть и обезвредить мину не получится.