Партизан. Неуловимые мстители (СИ) - Муха Руслан - Страница 21

Айдингер, вопреки своим обычным привычкам, не спешил возглавлять группу. Он отправил вперед людей Дикмана, а сам шел следом, ведя собаку и держась неестественно напряженно. Гауптман старался жаться к деревьям, избегая открытых участков. Фогель следовал за ним молча, внимательно контролируя фланги, и только иногда коротко бросал взгляд на командира.

— Что-то не так? — спросил он наконец.

Айдингер остановился и бросил мрачный взгляд на спины идущих впереди солдат. Он ни за что не признался бы в этом вслух, но глубоко внутри зарождался неприятный, где-то даже иррациональный страх перед тем, кого они преследовали.

И вновь это тесное общение с чинами из «Аненербе» давали о себе знать. Что-то слишком часто он стал заменять холодный рациональный рассудок на метафизику. Раньше он лишь снисходительно слушал их оккультные бредни, но теперь, глядя на растерзанные трупы своих опытных бойцов, его разум начал выстраивать самые жуткие сверхъестественные догадки. Гауптман подспудно начинал бояться проиграть этому существу.

То, что их целью был по сути ребенок, лишь усиливало первобытную тревогу. Обычный сопляк просто физически не мог так сражаться, не мог обладать звериным чутьем, тактическим гением и безжалостностью бывалого диверсанта. Это был не ребенок. Под личиной юнца скрывалось нечто иное, пугающее, и именно поэтому Айдингер сейчас гнал солдат впереди себя, подсознательно страшась встретиться с этим феноменом лицом к лицу.

— Всё в норме, Фогель, — наконец сухо бросил гауптман, крепче натягивая поводок глухо рычащей овчарки. — Просто смотрите в оба. Тот, за кем мы идем… он куда опаснее, чем кажется.

Айдингер усмехнулся, но едва ли весело, скорее зло и остервенело.

— Они просто в панике тянут время, герр гауптман, — негромко произнес Фогель. — Пытаются запутать след. Обычная тактика отхода.

— Всё не так, Фогель. Этот… он не похож на других.

— На лесных бандитов?

— На людей, — поправил Айдингер. — Он знает, где мы будем. Он знает, что мы сделаем. И он делает это раньше нас. Он оставляет следы, которые ведут в никуда. Ну пусть это все может делать русский спец. У них есть такие и мы с ними уже сталкивались. Чего только стоила та диверсионная русская группа, что мы загнали. Но этот же подросток…

Фогель ничего не сказал. Только крепче сжал автомат, нахмурившись.

Через некоторое время лес расступился, и они вышли к небольшой поляне. В кустах стояла телега, наспех прикрытая лапником, брошенная в спешке. Вокруг неё валялись пустые ящики.

Айдингер остановился в двадцати метрах, укрывшись за стволом сосны. Он опасался что в любой вид оттуда может раздаться выстрелы

— Отправить двоих, — приказал он Фогелю. — Пусть осмотрят. Только Осторожно.

Фогель посмотрел на командира с интересом, словно бы и не он вовсе. Обычно тот, смелый до безрассудства, удачливый, Айдингер. Никогда такой осторожности Фогель не замечал за ним.

Но не было времени на размышления, Фогель подал знак солдатам. Двое двинулись вперёд, ступая медленно, с опаской. Они подошли к телеге, заглянули в неё, обошли вокруг. Через минуту один из них повернулся и крикнул:

— Здесь ничего особенного! Пустые ящики, какое-то тряпьё…

Он шагнул ближе, чтобы заглянуть внутрь одного из ящиков. Второй стоял на подстраховке, держа автомат наготове.

— Отставить! — закричал Айдингер, но было уже поздно.

Солдат наклонился и задел что-то ногой.

Взрыв с силой ударил по ушам. Айдингер отшатнулся, от неожиданности выронив поводок. Фогель рванул командира за плечо, надежнее укрывая за деревом, а Герда, испуганно взвизгнув, метнулась было вперед, но мигом вернулась к своим и прижалась к их ногам.

Когда дым немного рассеялся, на месте телеги чернела свежая воронка. Два тела валялись в стороне — одно без головы, второе с неестественно вывернутыми ногами.

Фогель осторожно вышел из-за укрытия и хотел было подойти к обломкам, принюхиваясь к запаху гари, но Айдингер резко остановил его, схватив за рукав.

— Осторожно! — жестко одернул его гауптман. — Там может быть ещё одна растяжка. Куда ты лезешь, Фогель? Пусть вон те идут, — он перешел на шепот и кивнул на замерших позади солдат. — Я же говорил… Русские не так часто ставят такие подарки. Только спецы, сильные спецы. А не мальчишки, которые были в пункте сбора крови для офицеров.

Айдингер слишком ценил своего верного помощника, единственного уцелевшего из команды, чтобы рисковать им, когда вокруг полно рядовых.

В этот момент Герда, оправившись от испуга, вдруг рванула вперёд, к дымящейся воронке, но Фогель успел перехватить ее и мёртвой хваткой удержал за ошейник.

— Стой, — сказал он коротко, осаживая собаку.

Айдингер медленно вышел из-за ствола. Какое-то время он смотрел издалека на развороченную телегу и изувеченные тела солдат.

— Нас ждали, — произнес он наконец. — Это ловушка. Они знали, что мы пойдём по следу, и оставили это.

Фогель мрачно кивнул и, принюхавшись, добавил:

— А еще, кажется, перебили запах. Чувствую аммиак, спирт.

— Именно, — глаза Айдингера недобро сверкнули. — Это сделано намеренно, чтобы сбить собак. И заодно они оставили западню для тех, кто пойдёт по следу.

Айдингер еще какое-то время задумчиво молчал, не отрывая взгляда от дымящихся обломков.

— Ты чувствуешь? — тихо и с какой-то загадочной интонацией протянул он. — Наш противник знает, что мы идём. И он не боится. Он играет с нами.

Фогель снова кивнул, мрачно нахмурившись и с легкой подозрительностью покосившись на командира.

— Но мы ведь идём дальше? — спросил он.

В какой другой день, раньше, Фогель даже не задавал бы такой вопрос. Айдингер никогда не оставляет след, всегда идет вперед. Но сейчас что-то изменилось. Да и сам вояка уже опасался. Такая выдумка… растяжки были поставлены не просто грамотно, а неожиданно профессионально.

Айдингер помолчал. Потом коротко кивнул.

— Идём. Но теперь мы с тобой держимся позади, — едва слышно шепнул он Фогелю.

Затем гауптман расправил плечи, перевёл тяжелый, властный взгляд на унтер-офицера и заговорил уже громче, чеканя слова:

— Слушайте приказ! Запах сбит, нам нужно найти новый след. Рассыпаться цепью и взять место взрыва в полукольцо! Отойдите метров на тридцать от телеги и прочесывайте лес. Двигаться предельно осторожно, смотреть под ноги — здесь могут быть еще растяжки. Проверить каждый куст!

Унтер-офицер, не заподозрив никакого подвоха и приняв это за стандартную тактическую команду, лишь коротко козырнул:

— Слушаюсь, герр гауптман! Взвод, дистанция пять метров! Вперед!

Айдингер брезгливо отошёл в сторону, уступая дорогу расходящимся солдатам, и забрал поводок у Фогеля, крепко придерживая Герду.

Глава 10

Интерлюдия

Красный Берег

27 мая 1942 года

Над Красным Берегом царила предрассветная тишина. Где-то за лесом глухо ухнула сова, на плацу мерно покачивался тусклый луч прожектора. Тусклый он был скорее для дневного, солнечного, освещения. А вот тьму разгонял изрядно. Спецлазарет спал. В казармах охраны дышали спокойно, в госпитальных корпусах мерцали редкие свечи. На вышке часовой клевал носом, тяжело оперевшись на перила.

Расслабились все. Казалось, что госпиталь неприступный. Нет, не потому, что тут много было постов и вышек. Потому, что еще никто не пробовал подобраться к такому месту, где и охраны было с избытком, как им казалось, и близость со Жлобином, где располагались два батальона солдат тылового обеспечения создавало ощущение безопасности.

Но случилось непредвиденное. Диверсия на железной дороге. Лесные бандиты разбушевались. Вот днём из лагеря и ушла большая группа солдат — их отправили прочёсывать лес в поисках лесных разбойников, подорвавших эшелон. Те, кто остался, были уверены, что партизаны давно ушли далеко, и никак не ждали удара.

В своей комнате, на жесткой казенной кровати, спал гауптман Шёллер. Сытый, довольный своим положением… Отличные папиросы, как правило лучший, французский, коньяк, сытая еда… А что еще нужно? Ну только разве что еще и немного протекции в Берлине… Так и это имелось.