Полиция нравов (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 2

А вот насчет пригласить — вариантов было не слишком много. Можно было позвать Билла, он, вроде бы, даже любил бейсбол — хоть было бы кому объяснить мне правила. Но был у меня и еще один вариант. Где-то в бумажнике все еще лежала визитка Сары — той девушки из Уорнер Брос, которую я встретил, когда охранял премьеру «Бэтмена».

Хотя она, скорее всего, уже давно забыла меня — с нашей мимолетной встречи прошло уже больше двух месяцев, а я так ни разу ей и не позвонил. С другой стороны, попытка не пытка. Если откажет — я ничего не теряю, а если все же нет — то девушка она симпатичная и, как мне тогда показалось, даже интересная.

— Есть пара мыслей на примете, — ответил я Нику, выходя из задумчивости. — Может, тоже приобщусь к вашему национальному спорту.

Касселс усмехнулся:

— Ну да, ты больше бокс любишь. У вас в России больше любят, когда бьют по лицу, чем по мячу? — снова улыбнулся он своей голливудской улыбкой.

— Да, — кивнул я, довольно осклабившись. — Я даже показать могу.

— Все-все, ухожу, — шутливо поднял руки Касселс. — Не надо военной агрессии.

Мы оба хохотнули. С тех пор, как он помог мне с расследованием по Коучу, а после попросил Спронга о моем повышении, наши дружеские отношения укрепились, наполнившись дурацкими шутками. От которых, впрочем, всегда поднималось настроение.

Касселс действительно вернулся за свой стол, а я подумал немного и достал из бумажника визитку с надписью: «Сара Мендес, координатор мероприятий, Уорнер Брос. Пикчерз». Я посмотрел на телефон на столе. Вообще, звонки с него слушают, и использование его в личных целях не приветствуется, но в большинстве своем всем плевать на это.

Я все же снял трубку и набрал номер. На том конце провода долго слышались гудки, и я хотел уже сбросить звонок, когда вдруг услышал знакомый, чуть запыхавшийся голос:

— Алло.

— Алло, Сара, здравствуй, это Майк, — мне почему-то стало немного неловко. — Мы познакомились с тобой на премьере «Бэтмена».

На том конце пару на пару секунд повисло молчание. Ну да, было бы странно ожидать, что она вспомнит меня.

— О, коп-суперагент? Я уж думала, ты не позвонишь. Решил, что пришло время меня спасти? — внезапно спросила она.

Я сначала опешил, а потом вспомнил — ну да, она ведь шутила, что детектив в охране премьеры напоминает начало сюжета боевика, когда мы говорили с ней в первый раз.

— Ну, если только от скуки. Не хочешь, например, завтра сходить на матч «Доджерс»?

— Завтра? — в ее голосе послышалась едва заметная печаль. — Я не смогу, я работаю до шести.

— Не проблема, специально для тебя матч проводят в половине восьмого. А я могу за тобой заехать.

— Да? — уточнила она уже довольным голосом. — Тогда я не против такого спасения. Записывай адрес.

Я взял ручку и первую попавшуюся под руки бумагу — ей оказался блокнот с номерами свидетелей и потерпевших. Открыл на чистой странице, записал продиктованный адрес.

— Тогда до завтра? — спросила она, когда я заверил ее, что все записано в точности.

— Да, хорошо. До завтра, — ответил я и положил трубку.

Улыбнулся — после вынужденного заточения в трейлере это будет один из немногих действительно интересных выходных за последнее время. Надо бы съездить в торговый центр и купить какой-нибудь одежды поприличнее, а то моя вся уже растянутая и застиранная. Деньги пока есть, хоть я и буду стараться жить только на зарплату. Может быть, стоит сводить Сару в ресторан?

Поднял глаза и поймал взгляд Билла, сидевшего за столом напротив. Он лишь многозначительно улыбнулся, но ничего не сказал, и вновь вернулся к своим бумагам.

Я последовал его примеру и уже к четырем часам закончил со своими делами. Разложил свежеподготовленные документы в нужные папки и разделил их на две стопки. Первую, ту, что побольше, схватил покрепче и отнес в архив. Вряд ли они кому-то еще понадобятся. А три оставшихся дела нужно было передать. В принципе, тут долго думать было не надо. Я отнес одну папку на стол Андерсена, еще две отдал в руки Биллу.

— Ну что, получите мое наследство, — усмехнулся я.

Андерсен внезапно встал и протянул мне руку.

— Ну, удачи тебе в новом отделе, Майк, — произнес он, когда я пожал его ладонь.

Билл встал из-за стола и присел на его край, после чего спокойно сказал:

— Без тебя в отделе будет скучно.

Я даже немного опешил.

— Парни, вы чего со мной прощаетесь, как будто меня в Мексику переводят? Я же в этом же кабинете останусь.

— Ну, ты теперь будешь в нравах, — ответил Андерсен. — Вряд ли доведется еще погоняться с тобой за угонщиками или посидеть в засаде.

Билл только кивнул.

— Да ладно вам, не зарекайтесь. Может, еще вместе накроем какого-нибудь вашего угонщика, или сходим в рейд на бордель, — я усмехнулся.

— Не, давай лучше без последнего обойдемся, — ответил Билл. — Я не для того в самом скучном отделе работаю, чтобы у меня над головой пули свистели.

Он говорил в своей обычной флегматичной манере, из-за чего было непонятно, шутит он или нет.

— Ну, ничего обещать не могу, — усмехнулся я. — Но прощаться с вами в любом случае не собираюсь. Повоюем еще с преступностью.

Они лишь покивали в ответ.

Без четверти пять я вышел из участка, предварительно доложив Спронгу, что передал все дела. Он вновь лишь кивнул и ничего не сказал. То ли сам еще точно не знает, когда меня переведут, то ли просто держит интригу.

Я вышел на парковку и остановился, невольно залюбовавшись. Все же было кое-что действительно полезное в том, что я больше месяца просидел дома. За это время я изучил вдоль и поперек все газеты с объявлениями о продаже подержанных машин, которые смог найти: «Ресайклер», «Лос-Анджелес Таймс», «Автотрейдер» и всякие издания поменьше.

А в прошлую субботу Билл приехал ко мне в трейлер, посмотрел на то, что я выбрал, отбраковал большую часть, оставив всего три объявления. Мы поехали к телефону-автомату, договорились по нему о просмотрах, и за день объехали всех продавцов. И на последнем нам все же улыбнулась удача — попался достойный экземпляр, который одобрил даже Билл.

Передо мной стоял именно он — серый «Крайслер Пятая Авеню» восемьдесят четвертого года. Продавец, пожилой мужчина за шестьдесят, купил его новым в салоне и накатал восемьдесят тысяч миль, ежедневно добираясь на работу из Пасадены в Торранс.

Сначала мне показалось, что это много для пятилетней машины, но при просмотре других вариантов я понял, что тут автомобиль эксплуатируется в среднем гораздо активнее, чем я привык по опыту из России. Тут многие живут в пригородах, ежедневно проезжая по тридцать миль в одну сторону до работы. Да и вообще, одноэтажная застройка Лос-Анджелеса делала его сильно менее компактным, чем российские города моего времени, где преобладали дома от пяти до двенадцати этажей. Соответственно, добраться куда-то по делам пешком было почти невозможно, поэтому и средний пробег у машин был гораздо выше — на них ведь даже за хлебом ездили.

А вот состояние при этом — гораздо лучше. Как сказал прошлый владелец, машина никогда не покидала Калифорнию. А значит, не видела ни особой распутицы, ни реагентов, которыми засыпали Москву на протяжении всей зимы, и которые сжирали днище, пороги и крылья машины до дыр за два года.

На моем «Крайслере» коррозию удалось найти только на днище, и то лишь пару небольших очагов, не успевших нанести никакого особого вреда. По низу кузова было несколько незначительных сколов краски от камешков, отлетавших с дороги, а на обтянутой винилом задней части крыши была небольшая потертость от чехла, под которым владелец хранил машину на солнце.

То есть состояние, несмотря на пробег, было близко к идеальному. Билл забрался под капот, заглянул под днище и даже проехался — и подтвердил мое мнение. Мы немного поторговались с владельцем, и мне удалось урвать этот алмаз всего за пять с половиной тысяч долларов. Это немного больше, чем я планировал потратить, но эта машина стоила каждого цента.