Ювелиръ. 1812. Париж (СИ) - Гросов Виктор - Страница 68

Наконец все сошлось. Потому и не годились три ночных эскиза: «Свету» требовался бальный зал, «Розе» — определенное платье, «Вуаль» я вообще вымерял по ее плечам. Каждая работа слишком связана была с самой Жозефиной, с лицом, фигурой, манерой носить платье.

— Тогда вам прямая дорога к скульптору.

— Скульпторов у меня предостаточно.

— К живописцу?

— Григорий, не паясничайте.

— Понял. Портреты вас не удовлетворяют.

Она вернулась к столу и посмотрела на меня.

— Мне нужна работа ювелира.

Вот теперь стало интересно. Даже идея зародилась. Я перевернул лист и несколькими штрихами наметил низкое овальное основание. От него вверх пошли тонкие линии будущих ветвей.

— Небольшая композиция, высотой и шириной в стену этой комнаты. Больше делать не стоит.

— И что же это?

Еще раз покосившись на заснеженный сад, я ответил:

— Мальмезон.

Жозефина придвинулась ближе. Под пером появилась ветка, за ней несколько листьев и едва раскрывшийся бутон.

— Возьмем растения, без которых Мальмезон уже трудно представить. Розы, само собой. К ним еще два-три узнаваемых вида. Только изображать придется точно, со всеми изгибами и прожилками. Пусть кажутся живыми.

— Из камня?

— Отчасти. Усыплем каждый лепесток бриллиантами. Стебли отольем в золоте, листья местами покроем эмалью. Где подойдет — пустим серебро. Камни пригодятся для цвета и света, понемногу.

Жозефина не сводила глаз с наброска.

— И растения вы будете рисовать с натуры?

— Можно. Только возни много.

— У меня есть Редуте.

Карандаш едва не выскользнул из пальцев.

— Тот самый Пьер-Жозеф Редуте?

— А у вас есть на примете другой мастер ботанической иллюстрации?

Ну конечно. Чего еще ждать? Жозефина могла просто послать за человеком, чьи альбомы через два века станут настольными у ботаников, художников да еще и у половины ювелиров, которым взбредет в голову заняться цветами.

— С его рисунками дело пойдет гораздо быстрее.

— Я распоряжусь, чтобы вам дали все, что касается растений Мальмезона.

Старый мастер из двадцать первого века, которого я последние дни усердно держал на коротком поводке, тут же оскалился и потянулся к работе. Перед глазами уже возникало темное каменное основание, золотые побеги, розы разных сортов с полупрозрачными эмалевыми лепестками, кое-где — мелкие бриллианты, будто капли воды. Симметрия здесь только все испортит; нужен свободный рисунок, как у настоящего куста. При желании можно туда вместить и механику подрагивания листьев и даже музыку…

— Работа затянется надолго, — сказал я и опустил перо.

— Насколько?

Пришлось считать. Рисунки Редуте сильно помогут, однако дальше нужны модели. Понадобится первоклассный золотых дел мастер, эмальер с тонким чутьем на полутона, камнерез, огранщики. Сотни деталей. Подгонка. Переделки. Снова подгонка.

И всю эту ораву придется свести так, чтобы никто не загубил работу остальных.

Вот же ж…

С колье еще можно запереться в мастерской и почти все вытянуть самому. Здесь такой фокус не пройдет. Один возьмет литье, другой выпилит листья, третий займется эмалью. Каждый из этих лучших мастеров Франции увидит, как я веду большую работу, как делю ее между людьми, в каком порядке свожу части.

Французские ювелиры — зубры, да и без моих уроков мастера от Бога. Показывать им еще и то, чему я учился в другом веке, совершенно не хотелось. Русский пленник французской казне подарков не обещал.

Я положил перо. Решение далось тяжко.

— Нет.

Жозефина приподняла бровь.

— Что вам не нравится?

— Все нравится. Вещь выйдет выдающаяся. Потому и отказываюсь.

— Я вас не понимаю, Григорий.

— На нее уйдут месяцы.

— Если начать сейчас, к весне закончим.

Ее спокойная уверенность раздражала. В голосе уже было решены и весна, и работа, и даже то, что я по-прежнему буду исправно сидеть в Мальмезоне с инструментом в руках.

— К весне меня здесь не будет, надеюсь.

Жозефина медленно выпрямилась.

— Простите?

— Я собираюсь вернуться в Россию.

— Вы, кажется, забываетесь. Помните о своем положении.

Боль в плече вдруг прострелила до локтя. Остатки терпения исчезли вместе с ней.

— О своем положении, Ваше Величество, я помню так хорошо, что зубы сводит.

— Тогда с чего вы решили, что к весне будете свободны?

— Хочу вернуться домой.

— Одного желания маловато.

— Потому и говорю: собираюсь. Подорожной у меня пока нет.

Жозефина отвернулась к окну, постояла так немного и прищурилась.

— Вы говорите о весне так, будто Франция уже проиграла войну.

— А вы говорите так, будто меня навеки приписали к Мальмезону.

Голос против воли пошел вверх. Жозефина ответила тем же:

— Я предлагаю вам великую работу! При чем здесь тюрьма?

— Я пленник. Если мне на месяцы вперед назначают работу в доме, который я не могу покинуть по своей воле, разница для меня невелика.

Она осеклась.

Вот и добрались до сути. Главную причину я все же оставил при себе, обучать французских ювелиров своим приемам я не собирался. Хватит того, что они уже успели подсмотреть. Обойдутся. Ума у них своего хватает.

Жозефина посмотрела на незаконченный рисунок.

— Стало быть, вы отказываетесь?

— Да.

— От собственной идеи?

— От работы. Масштаб я уже прикинул: времени уйдет море, людей понадобится еще больше.

— Вы невыносимы, Григорий.

Я отодвинул бумаги с ночными набросками.

— Вполне возможно. Зато этот невыносимый человек пока сам решает, на что потратит остаток жизни.

Жозефина резко поднялась.

— Довольно.

Я встал следом.

— Согласен.

— Надеюсь, завтра вы будете сдержаннее.

Вот тут стоило прикусить язык, вот только Остапа понесло…

— Завтра я все еще буду русским пленным. А за кротость нрава поручиться не могу.

Несколько секунд Жозефина смотрела на меня. Я поклонился и пошел к выходу.

— Григорий.

У самой двери пришлось остановиться.

— Рисунки забыли.

Я оглянулся на лист с овальным основанием и первыми ветвями.

— Оставьте себе, Ваше Величество.

— С чего такая щедрость?

— Вы хотели вещь, которая навсегда останется в Мальмезоне. Пока большего предложить не могу.

Жозефина ничего не ответила.

Дверь я прикрыл чуть громче, чем позволяли приличия. Пусть подавятся этой макулатурой. То же мне, нашли себе раба.

Заключительный том цикла тут: https://author.today/reader/636281/6083162