"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Некрасов Николай Алексеевич - Страница 190

Здесь могли и накормить, и напоить, и развлечь. Шест в противоположном углу зала намекал, что периодически здесь происходит «культурная» программа.

— Что, впечатлился? — спросил он, скидывая капюшон.

— И да, и нет. Просто думал, что в вашем мире всё-таки всё сильно спокойнее и приличнее. Будто у вас он более сбалансированный, чистый мир… — наконец подобрал подходящее слово.

— Не то что ваш мир Хаоса? — улыбка на мгновение превратилась в оскал.

Грейсон вытащил зубочистку из подставки и зажал зубами. Не знаю, как не побрезговал. Видимо, действительно, ощутил себя дома.

— Понимаешь, Канто. Даже в идеальном мире найдутся те, кто захочет жить так. Кто-то не может из такого вырваться, а кто-то — не хочет. Понимаешь?

— Заказывать будете? — Подошедшая официантка сунула мне меню и окинула нас ленивым взглядом.

На вид ей было под сорок, но женщина явно молодилась. Якрий мейк, браслеты на руках с сердечками. Плюс школьная форма с логотипом заведения не могла не усиливать эффект. Но это не помогало. Не самый лучший образ жизни отразился на лице тяжёлой паутинкой морщин, тёмными кругами под глазами и припухлостями под ними же. Для сравнения — некоторые преподавательницы Высшей Школы Героев были сильно старше, но смотрелись куда привлекательнее.

Грейсон перехватил меню, что-то заказал, и официантка удалилась, позволив нам продолжить присматриваться.

— Вон там — вход в подвал. А там, — Грейсон указала на лестницу, — подъём на верхние этажи. Нас туда так просто не пустят. Несмотря на разруху, замок там кодовый и под карточку. Нужно либо снять номер, либо устроить небольшую заварушку и выбить из бармена пароль.

Было видно, у него чесались руки, однако он сдерживался, потому что был верен своему обещанию вести относительно правильный образ жизни. Но если бы я одобрил заварушку — не побоялся бы замарать руки. Но у меня были другие планы, потому что ещё до того, как мы вошли, я кое-что заметил. Частично оборванный плакат, но такой обнадёживающий.

И как только ребята скажут, что вышил не позиции, начну действовать. Скорее всего, заварушки не избежать, но лучше постараться не привлекать лишнего внимания. Мне совершенно не хотелось, чтобы эта крыса по имени Алан скрылась и затаилась.

Мы выпили заказанные Грейсоном напитки, и как только получили сигнал от ребят, я подошёл к бармену. Тот стоял и, лениво разглядывая немногочисленных выпивох, дымил вонючим табаком, выдувая кривые кольца дыма.

— Я бы хотел заказать танец, — начал я, на что тут же получил отрезвляющий ответ.

— Я похож на того, кто станет плясать? — он выдохнул дым в мою сторону. — Документы есть? Если нет — проваливайте, нам тут сопляки не нужны.

— А вы тут чтите закон? Приятно удивлён. Документы у нас есть, но есть ли у вас лицензия на алкоголь? И как давно здесь бывала санинспекция?

Он усмехнулся в сторону и опять затянулся.

— Меня интересует Карамелька. Я бы хотел приватный танец, — показал пачку денег, торчавшую из внутреннего кармана.

— Карамелька сегодня выходная. Выбери другую девку, — в глазах бармена появились интерес и какой-то нехороший блеск. — У нас все красивые. Определяйся!

— Я уже. Мне нужна именно Карамелька. Мой приятель, — я указал на Герйсона, — был очень впечатлён ею. И нам бы хотелось порадовать себя её присутствием.

— За двоих двойная плата, — отрезал он.

— Мы договорились?

— Да, — кивнул он, но потом добавил: — Но деньги вперёд. И за вызов в нерабочее время тоже придётся доплатить.

— Хорошо.

— Тогда через несколько минут вас позовут. Может, ещё чего выпьете? — он сально улыбнулся и потянулся к стаканам.

— Мы в порядке, — теперь уже отрезал я и вернулся к Грейсону.

— Не нравится мне это. Не знаю, что ты задумал, но мне это не нравится. Тихо провернуть всё не выйдет.

Видимо, природное чутьё и опыт пребывания в подобных местах обострили интуицию напарника.

— По фиг. Если Эрик расколется, это будет уже не важно.

Глава 20

Мы вошли в приватную комнату. Прокуренный воздух тяжёлым туманом ударил в лёгкие. Недопитые коктейли на столе, замах дешёвой водки, дымящиеся окурки в пепельнице и тусклый кроваво-красный свет создавали атмосферу давящей тоски и беспросветности. Однако Грейсон почти улыбался. Чувствовал себя как рыба в воде. Задержался у двери, поигрывая шторкой из бусин, словно кот, увлечённый игрушкой. Перебрал в пальцах несколько стеклянных разноцветных шариков и только потом прошёл дальше и плюхнулся на диванчик, пятна с которого вросли в ткань и, вероятно, больше не поддавались привычной для этого места чистке.

— Я паркуюсь здесь, — изрёк он. — Царь-кресло — твоё.

Кивнул в сторону стула с мягкой обивкой, стоявшего по центру в круге чуть более яркого света, чем во всей остальной комнате. Я не спорил. Когда Карамелька выйдет, нужно будет с ней покурлыкать.

Зашуршали с глухим стуком бусинки, и в комнату юркнула официантка в коротком платьишке. Забрала бокалы, пепельницу и одним неловким движением протёрла стол. Удалилась так же незаметно, как и пришла.

Я сел на положенное место и принялся всматриваться в подобие небольшой сцены-подиума, расположенной впереди. Шест на ней поблёскивал холодом металла, а ступеньки, спускающиеся почти ровно к моим ногам, намекали, что шоу будет состоять из двух частей.

Заиграла мягкая музыка, и свет в комнате стал ещё глуше, зато над пилоном зажглось несколько огней. Карамелька не спешила выходить. Сначала показалась одна ножка на высокой шпильке, затем рука в длинной кожаной бордовой перчатке. Движения попадали в такт музыке, и вскоре появился прекрасный фигуристый силуэт. На барышне была заячья маска, прикрывавшая верхнюю часть лица, а волосах притаились бело-розовые ушки, одно из которых игриво изгибалось вперёд.

Из губ, выкрашенных ярко-красной помадой, торчала белая палочка, и я сначала подумал, будто девушка разделяет страсть Грейсона к зубочисткам, но быстро понял, что ошибся.

«Карамелька… Ну конечно!»

Она вынула палочку изо рта, сочно причмокнув губами, и продемонстрировала большой круглый красный леденец того же оттенка, что и её губная помада. Второй рукой обхватила шест и прошлась по кругу, не выпуская из рук ни его, ни конфетку. Вышагивала ровно и чётко, будто высоченные каблуки являли собой продолжение изящных ног. Чулки в крупную сетку завершались широкой резинкой, почти полностью покрывая ноги. Трусики и корсет светло-розового цвета в тон ушкам по форме напоминали песочные часики.

Девушка ухватилась крепче за пилон, вставила в рот карамельку и подалась назад, волной извиваясь в ритме набиравшей обороты мелодии. Я, честно сказать, забыл, зачем пришёл. И опомнился лишь тогда, когда она закончила выступать у шеста и направилась по ступенькам ко мне для приватного танца.

Даже под маской ей не удавалось скрыть своих хитрых глаз. Таника не планировала сегодня работать, но, видимо, за повышенную ставку согласилась спуститься и станцевать. Странновато для девушки, замыслившей что-то мутное с парнем, которому довелось побывать в моём мире и вернуться. Однако она спустилась, и теперь развернувшись и покручивая бёдрами чуть ниже моего лица, изгибалась в танце.

Я видел куда больше, чем следовало, но не прерывать же девушку, когда она вошла в раж и старается ради чаевых. Когда она, наконец, повернулась, то села мне на колени, закинула руки за шею, сплетая тонкие пальчики и пристально заглядывая в глаза.

Я попытался ухватить её за запястье, но она отпрянула и прошептала над ухом: «Ай-ай-ай! Смотреть можно, трогать нельзя». Продолжила двигать бёдрами, и я услышал, как покашлял позади нас Грейсон, который тем самым напомнил о своём присутствии и намекнул, чтобы я случайно не забылся.

Девушка же ухватилась одной рукой за мою шею и откинулась назад, выбросив вверх второю руку, продолжила двигать бёдрами. Думать в такой ситуации было сложно, но мы были на задании и, прогнав фантазии, вспомнил о Линн. Это тут же отрезвило и помогло сосредоточиться на деле. Когда девушка вновь подалась вперёд и потянула руку, которую до этого держала над головой, я всё-таки перехватил запястье и защёлкнул на нём наручник. Вторая петля уже была пристёгнута к «трону», который невозможно было ни сдвинуть, ни убрать.