Небесный всадник 6 (СИ) - Кири Кирико - Страница 15

— А питаться… не знаю, чем-то другим?

— Животных ловить, а бегают быстро, — вздохнуло оно.

— Ну… я бы мог тебя научить их ловить, и было бы быстро. Есть там ящерок, например? Зайцев.

— Быстро… — вздохнуло Тамара, после чего посмотрело на меня. — Хочешь попить со мной?

— Попить или выпить? — уточнил я. — Это немного разные вещи.

— Попить. Попить отвар грибов. Хороший, я пью, мне одиноко, но становится весело.

Я с сомнением посмотрел на воду в озере.

— Знаешь, я бы не хотел пить такую воду…

— Что? Нет. Озеро — вода грязная. Я там моюсь. Вода сверху, — указало оно пальцем на потолок пещеры, после чего вскочило с места, бросилось к своим сокровищам.

В свете тусклого камня блеснул медный котелок. Тамара вместе с ним побежало в дальнюю часть пещеры и мне даже стало интересно, что именно оно там хочет найти. Как оказалось, пещерные грибы, которые росли на стенах. Тамара нарвало их, после чего набрала в котелок, слава богу, не из озера, воду, и вернулось обратно.

Надо отдать должное, хоть и чудовище, но с какими-то основами знакомо. Оно смогло разжечь костёр из тряпок и костей, поставило котелок, сварило воду с грибами, после чего ещё долго помешивало ложкой, всё то же, взятой из сокровищ. По итогу пещеру наполнил какой-то очень странный дурман.

— Вот! — у Тамары даже кружки нашлись, одну из которых оно сейчас протягивало мне. — Вкусно!

Я с сомнением взял кружку в руки, наблюдая за тем, как Тамара опустошило свою за один раз. Жидкость внутри пахала травами, была кристально чистой, но доверия почему-то не вызывала. И пусть я знаю, что пить этого мне не стоило, тем не менее…

Вкус был, как для сиропа от кашля.

— Хочешь запечённую ногу? — спросило Тамара.

— Да не, я пас, прости, — покачал я головой.

— Очень вкусно, нога на углях. Я когда грущу, ем ногу на углях. Или руку. Голова интересна, но есть нечего. Рёбрышки на углях самое хорошее.

— Вижу, ты кулинар… — протянул я.

— Ху-ли-нар, — неуклюже повторило оно за мной. — Тамара Хулинар.

Звучит ужасно, особенно в его версии, но я промолчал, сам того не заметив, как опустошил кружку. Какой- то эффект от отвара был, я бы сказал совсем чуть-чуть. Головокружение, смешливость, какое-то желание походить, поактивничать и немного побезобразничать. Похоже даже не на алкоголь, а на что-то вроде травки.

— Ещё? — предложило оно.

— Да не, спасибо, мне уже весело… — отставил я кружку и огляделся. — В принципе, ты же можешь и остаться здесь. Если больше не будешь подходить к деревням и реке, пугая жителей.

— Всё равно еды мало, — вздохнуло Тамара. — Идти надо будет, искать. Если не искать, то голод и холод.

Блин, вроде и чудище, а всё равно жалко. И я как-то не знал, куда именно его пристроить и чем помочь, потому что, по факту, у нас было коренное различие — оно ело людей и пугало людей. Ты даже если захочешь, не пристроишь его нигде: ни в замке, ни в местных лесах, потому что людям не объяснишь, какого хера чудище бегает по округе. Даже если твоё слово закон, всё равно прирежут.

— Точно не хочешь жаренную ногу на углях? — уточнило Тамара.

Блин, оно так соблазнительно это предлагает, что у меня даже мысль согласиться мелькнула, но я покачал головой.

— Да нет, спасибо, дружище, не в этот раз. Кстати, а ты знаешь, что такое майонез? — задал я встречный вопрос.

Как говорится, умные люди всегда найдут о чём поговорить. И как же не рассказать о майонезе, лучшем изобретении человечества после ядерной бомбы? К тому же у нас Тамара Хулинар, точно должно оценить подобные изыски. Правда первое, что я услышал, было:

— Если яйца — это дети курицы, а курица — их мама, значит ли, что ты их маму заправляешь её же измельчёнными в соус детьми?

— Я думаю, ты не совсем верно подходишь к вопросу. Важно не то, кто и чем заправляет, а то, как это делается и каково на вкус.

— Но есть людей, ты говоришь, плохо. А ведь я даже из детей не делаю соусом, — вздохнуло Тамара.

— Слушай, я реально сочувствую тебе, — вздохнул я. — И я тебя даже не выгоняю, просто…

— Мне придётся уйти, — кивнуло Тамара. — Я понимаю, надо — значит надо. Но я вижу, ты хороший человек. Я знаю, что хороший человек — это хорошо. Я подарок могу дать тебе.

— Да не стоит, — отмахнулся я рукой, покраснев.

— Да, подарок! Хороший, я нашло его у тел!

И оно бросилось к своим сокровищам обратно. Несколько секунд рылось там, перебирая вещи, после чего вернулась с маленькой фигуркой в руках.

— Вот! — протянуло оно двумя ладонями подарок.

— Оу… спасибо… — протянул я, взяв её из рук.

Это была небольшая фарфоровая фигурка китайского дракона бело-синего цвета. Ну такой характерный китайский дракон, как змея и без крыльев, который двигался волнообразно. Небольшая, с кулак, детализированная фигурка, которая была как сотни тысяч тех, которые производили в Китае. Только здесь Китая не было, и такое чудо могло стоить состояния.

— А где ты его нашло?

— В теле!

— В теле? — переспросил я.

— В теле!

Если Тамара просто неудачно выражается и имеет ввиду на теле, то тогда понятно, имбицилы просто плохо обыскали его. Если же в теле, то тогда речь идёт о чём-то действительно дорогом. Не дороже, конечно, чем мой меч, но тем не менее.

Я покрутил дракона в руках, разглядывая его со всех сторон. Ну «Made in China» на нём не написано, уже успех, а ничего другого я и не видел. Скорее всего, что-нибудь из туристического хлама, как бусы, или же какая-нибудь драгоценная фигурка. У них там, у азиатов вроде фарфор охренеть какой дорогой, да?

В любом случае…

— Спасибо, — поблагодарил я. — Я ценю твой подарок. Может… может это, я тоже могу тебе что-нибудь подарить?

— Что? — тут же оживилось Тамара. ­— Мне ничего не дарят никто. Но я слышало, это приятно. Какой подарок?

Оно так оживилось мило, захлопав глазами, что я от улыбки не сдержался.

— Ты знаешь, что такое арбалет? Из которого стреляют? — спросил я.

— Штука, которая делает больно на расстоянии, — кивнуло Тамара со знанием дела. — Меня стреляли. Больно и обидно.

Он показал шрам на боку.

— Я сочувствую, — вздохнул я. — Ты просто жуткий, вот люди, не разобравшись, и стреляют по тебе. Но суть не в этом, с ним ты сможешь охотиться. На животных. Не придётся бегать, пришёл, прицелился и выстрелил!

— На расстоянии? — уточнил он.

— Да, на расстоянии, — кивнул я. — И бегать не придётся за ними, главное выстрелить и попасть.

— Это хорошо, иметь арбалет. Я счастливо иметь его. Охотиться можно.

— Только сразу договоримся, что в людей стрелять ты не будешь, да? — предупредил я. — Ну только, если очень не захочется.

­— Зачем люди, если есть животные? Животные не мстят за убитых. Люди мстят. Люди вкусны и мёртвые. Безопасно. Убить человека — придут убить другие и конец, а животные не придут. Ты дашь арбалет?

— Да, — кивнул я. — Только тебе придётся научиться ими управляться, но… да, я отдам тебе один. И болты к нему.

— Это хорошо! — обрадовалось Тамара. — Не бегать и голодать, а убивать на расстоянии и есть! Свежее мясо, вкусное мясо. Животных много, есть тоже много!

— Именно! — кивнул я, прямо сам зарядившись его оптимизмом.

— Тогда ты пока живи здесь, у тебя запасы, смотрю, — я бросил взгляд на гору невостребованных тел, — есть. А я всё подготовлю.

— Да! — тот аж вскочил, подпрыгнул, приземлился на четыре лапы, волчком крутанулся на месте и выпрямился. — Да! Мне будет подарок!

Не чудовище, а чудо, да? Я не обольщался, это не значило, что теперь все монстры такие же дружелюбные, однако всё равно было приятно видеть, что можно найти язык даже с такими кадрами. На душе… теплее что ли становилось от такого, появлялась хоть какая-то вера в добро.

Усмехнувшись, я поднял светящийся камень и направился к выходу, когда меня нагнало Тамара.

— Я тоже подарок сделать могу!

— Так ты уже сделал, — похлопал я по карману, где лежал фарфоровый дракон.