Дикорожденный (ЛП) - Торани Перри - Страница 28

Она была недостойна ответа.

Ее взгляд опустился на поднос на коленях, и теперь она испытывала к себе даже большее отвращение, чем к еде, которую ей приходилось впихивать в себя, чтобы успокоить его. Скорее всего, ее дядя был мертв, как и все остальные на «Абеоне». А всё, о чем она могла думать, — это кто скрывается под этим шлемом, после того как он сказал ей, что уничтожает целые миры.

— Но здесь же есть животные, — сказала она.

— Они сломаны. Изменены. Планета иметь яд. В не такое старое время здесь умирать люди. А другие хотеть, чтобы он убивать больше. Я уничтожать планету, чтобы остановить это случаться снова.

Нора сидела как вкопанная.

— Тогда почему мы всё еще здесь? Почему мы не улетаем?

— Нет улетать. Корабль сломан.

Опять это слово — «сломан».

— У тебя нет крыльев, чтобы летать? — Это был не вопрос, а скорее повторение того, что она, должно быть, говорила раньше.

Он запнулся.

— Нет, — сказал он. — Потеряны. В погоне за тобой.

— Ох. — Нора сглотнула. — Мне жаль. — Невыносимое напряжение сдавило грудь. Она пробыла здесь меньше нескольких часов, и уже умудрилась всё испортить и тут.

Должно быть, на ее лице что-то отразилось, потому что Айрик пригнулся, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Не страх, — сказал он. — Другой корабль приходить. Когда этот корабль умер, он послать крик о помощи. Недолго. Может, сон, и когда ты проснешься, мы уйти.

После этого Норе не оставалось ничего другого, кроме как сидеть на койке и наблюдать, как он за ней убирает. Он переложил коробки из-под еды и выстроил на полу у койки бутылки с водой, которые он ей дал. Когда всё было расставлено ровными рядами и под прямым углом, он замер посреди комнаты, погрузившись в молчание.

— Я уходить. Проверить вещи.

Пораженная внезапным, непреодолимым желанием не оставаться одной, Нора вытащила из-под бедра батончик с яблоком и корицей. Размягченный ее теплом, он согнулся пополам в своей обертке, как теплая ириска.

— Эй! — Она радостно разорвала упаковку, радуясь, что та не оказала сопротивления. — Ты когда-нибудь пробовал земную еду?

Айрик долго молчал, его взгляд всё еще был прикован к ее бедрам. Он прочистил горло.

— Это обычно — греть еду твоим телом?

Она поерзала, осознав, что его глаза устремлены на нее.

— Н-нет. Это просто такой трюк. — Она отломила кусочек и протянула ему. — Угощайся. Твой первый кусочек земной еды.

Он сделал вдох, и его плечи поднялись и опустились от глубины вдоха.

— Это похоже на яблочный пирог. Тебе понравится — мне вот нравится. — Она помахала рукой, чтобы завлечь его.

Он потянулся к батончику, но тут же резко опустил руку.

— Нет. Запрещено.

От запаха корицы у нее потекли слюнки.

— Я никому не скажу. Это вкусно. Попробуй.

Чтобы показать, что это не попытка его отравить, она откусила кусочек. Вкус был приторно сладким, но гораздо лучше, чем она помнила.

— Обещаю, это тебя не убьет. — Она отломила надкусанный кусок и предложила ему свежий.

Айрик издал тихий звук, почти смешок. Она сжала бедра: при этом звуке между ними вспыхнул неожиданный жар.

Он взял у нее липкий кусочек. Их пальцы не соприкоснулись.

— Это очень вкусно, — снова заверила его Нора, заметив, что он внимательно изучает свою порцию.

Отвернувшись от нее, он пробормотал что-то — на своем родном языке.

По коже Норы побежали мурашки, а рот приоткрылся от изумления. Неужели она была первым человеком, услышавшим инопланетную речь? Сердце забилось чаще при мысли, что так оно и есть. Как долго человечество вглядывалось в звезды, крича, чтобы кто-нибудь услышал, чтобы сказал хоть что-то в ответ? Она прислонилась к стене, чувствуя головокружение и стыд от того, что такой опыт достался именно ей.

Он отщелкнул нижнюю часть шлема и забросил маленький кусочек в рот.

Она наблюдала за ним, оценивая ширину его спины, длину ног и то, каким могучим он казался под этим костюмом.

— Ну и как? — Она приготовила для него еще один кусочек. — Что скажешь?

Он жевал гораздо дольше, чем требовалось для такого крошечного куска. Подняв руку, он потер горло, а затем снова защелкнул шлем. Она услышала, как он сглотнул, после чего последовало то, что можно было истолковать только как приглушенное хрюканье отвращения.

Желудок Норы ухнул вниз.

— Ох. — Она заставила себя рассмеяться, чтобы он не подумал, что она обиделась. — Всё в порядке. По крайней мере, теперь ты знаешь Землю на вкус. — Она откинулась на спину, закрыв глаза рукой.

К ее ужасу, слезы снова потекли, пропитывая рукав. Это было просто нелепо. Какая разница, если ему не понравились те крохи ее мира, которыми она могла с ним поделиться?

Голова болела. Возможно, у нее было сотрясение мозга, а может, это всё наркотики. К тому же лодыжка была растянута. Меньше всего ее должно было волновать, понравился ли ее инопланетному спасителю этот дурацкий питательный батончик.

— Мне нравится, — неожиданно услышала она слова Айрика. Она почувствовала, как простыни зашевелились, когда он потеребил их, чтобы привлечь ее внимание.

— Мне понравилось… — продолжил он, когда она села, чтобы посмотреть на него, — что он был теплым.

Она улыбнулась. Неужели это его попытка подбодрить ее?

Прежде чем она успела предложить еще, он поспешил к двери, ведущей, как она предполагала, в остальную часть корабля.

Он задержался в дверном проеме. На мгновение ей показалось, что он вернется, чтобы подтолкнуть ей одеяло. Ей хотелось, чтобы он так и сделал.

Она сидела на его кровати, сцепив руки на коленях. То, как быстро она к нему привязалась, было просто смешно. Она была взрослой женщиной, годами жившей в одиночестве.

— Нора, — сказал он, вырывая ее из мрачных мыслей, которые были готовы на нее обрушиться. — Ты не пленник. Но не покидать корабль. Не без меня.

— Окей, — сказала Нора. — Планета ядовитая. Плохая.

Он внимательно на нее посмотрел.

— Когда ты проснешься, я покажу тебе. Со мной, тебе будет безопасно. Ты хотеть увидеть… другой мир?

Такая возможность никогда не приходила ей в голову.

— Окей, да, — ответила она, чувствуя непривычное покалывание любопытства.

Он склонил голову набок, так, чтобы ухо было обращено к ней.

— О… кей… Это плохо?

— Нет — это хорошее слово. Это значит, что я хочу пойти с тобой. — Ее щеки загорелись от этой странной, детской формулировки. — В смысле, что ты можешь показать мне это странное место.

Айрик издал приглушенный звук, который она смогла истолковать лишь как попытку усмехнуться.

— Ты говорить «окей» раньше, но… тебе было не очень хорошо.

Влажные лужицы на его кровати и на полу служили тому напоминанием.

— Ну, это значит «хорошо».

— О-кей, — произнес он, нарочито растягивая слова. — Отдыхай. Я забрать тебя после снов. — Да чтоб ей провалиться, если она не услышала намек на дразнящую улыбку в его голосе.

Он бросил ей чистую тряпку и указал на бутылки с водой.

— На случай, если ты снова будешь «окей». — Затем он оставил ее.

Ну просто пиздец, подумала она, откидываясь на кровать, желая провалиться сквозь землю от стыда. Я застряла с засранцем.

Глава 14

АЙРИК

Айрик стянул шлем, позволив ему упасть на пол. Он тяжело осел в командирское кресло, прикрывая глаза от первых утренних лучей.

Мне нравится. Айрик никак не мог выкинуть из головы эту ложь, которую он сказал. Поэтому он занял себя попытками починить командный модуль, пока тот не начал выплевывать слова.

Нора спала так крепко, что он несколько раз заходил к ней, чтобы убедиться, что она еще жива. Стоя в дверях, он наблюдал, как едва заметно вздымается и опускается простыня над ней, пока сам не начал покачиваться в такт ее дыханию. Кончик ее косы свешивался с низкой койки, сворачиваясь кольцом на полу. Каждый раз его рука сжималась в кулак, иначе он бы попытался дотянуться до нее. Попытался бы разбудить, чтобы снова услышать мелодию ее голоса.