Измена. Слишком больно, чтобы простить (СИ) - Ива Элль - Страница 7

Никогда не была?

– А как это…– удивилась я искренне, – быть на твоем месте? Изменять? Тогда ты прав, не была.

Он поднялся со стула и шагнул ко мне.

– Нет, Соня, не изменять. У всех моих поступков есть веские причины. Даже у этого.

Я закусила губу. Так это и есть его оправдание измены? Веская причина?

Какая, интересно?

Но муж не спешил пояснять, и я спросила снова:

– А ребенок? Твой ребенок тебе тоже никто?

9

9

– Какой ребенок, Соня? – вскинув брови, муж смотрел на меня так невозмутимо, что я невольно засомневалась.

Вполне возможно, это был лишь выпад от Веронички, чтобы добить меня аргументами в пользу развода.

Я уже не знаю, где здесь ложь, а где правда. Да и не хочу знать.

– Тебе виднее, какой. Вероничка сказала, что у малыша твои глаза.

Влад покачал головой, усмехаясь.

– Завтра перевезу тебя в другую больницу. Ты права, эта не самый лучший вариант для тебя. Я хочу, чтобы ты поскорее выздоровела и вернулась домой. И с этого дня у нас все будет по-новому.

Лениво водя ложкой в остывшей каше, я недоверчиво усмехнулась.

– Даже если этот ребенок и правда существует, это уже ничего не изменит.

Влад продолжает изображать тирана. Он в любом случае сделает так, как хочет сам. Его не переубедить. Я понимаю, что это бесполезно.

– Завтра утром ты едешь в другую больницу, – протянул он низким голосом, – хотя… я поговорю с твоим лечащим врачом. Может, это и не понадобится.

Я уронила ложку в кашу и посмотрела на него вопросительно.

– В смысле?

– Думаю, ты вполне готова вернуться домой.

– Ты серьезно? – я отодвинула от себя поднос.

Получилось чересчур резко, и стакан с водой опрокинулся в кашу. Но это ничего, есть ее я все равно не собиралась. Она отвратительная.

Хотелось гречневой с молоком, а не этой размазни без соли.

– Серьезней некуда, Сонь. Я буду лично за тобой ухаживать. Дома и еда вкуснее, – он выразительно посмотрел на поднос, – а врача вызовем, если понадобится.

Нет, он непрошибаем. Упертый, как баран.

– Думаешь, время с твоей матерью пойдет мне на пользу?

Он вздохнул и присел рядом со мной на кровать. Забрал поднос, чтобы переставить его на тумбу.

– Она вернется к себе, ее ты тоже больше не увидишь.

– Что, и ключи отберешь? – усмехнулась я, закусив губу.

Он кивнул, заставив негромко рассмеяться.

Все это мертвому припарки. Влад не хочет слышать меня, а мне его слова не внушают никакого доверия.

Разбитую чашку не склеишь. А растоптанную в пыль – тем более.

– Уходи, Влад. Мне неприятно на тебя смотреть.

– Неприятно тебе? – он чуть подался вперед, поймав мой подбородок жесткими пальцами. – Ну что ж придется терпеть, любимая. Раз по-хорошему ты не хочешь.

– Ты что творишь? – прошептала я, похолодев.

Муж начинал пугать не на шутку.

– Ты поедешь домой, – припечатал он, сжимая мое лицо, – забудешь о разводе и продолжишь быть идеальной женой. Той, которой всегда для меня была. Это ясно, Соня?

Меня сковало страхом. Раньше Влад никогда не позволял себе подобных приказов.

Но раньше я и не знала, на что он вообще может быть способен. Спустя четыре года этот мужчина открывался передо мной с другой стороны. Причем далеко не с самой лучшей.

– Ясно, – прошептала едва слышно.

Он коротко кивнул, отпустив мой подбородок. Я откинулась на подушку, чтобы максимально от него отстраниться.

– Мне снова нужно уехать, – сообщил муж, разворачиваясь к двери, – но вечером вернусь. До этого времени возле палаты будет дежурить охрана. Они никого сюда не пустят без твоего разрешения.

Не пустят… и не выпустят?

Кажется, меня планировали поместить в клетку, чтобы не думала сбежать.

Я смотрела на мужа и не понимала, кто этот мужчина и почему он так себя ведет. Откуда в нем эти замашки тирана?

От такого только бежать подальше.

Я сделала последнюю попытку заставить его опомниться:

– Что, и чужой ребенок тебя не смутит?

Влад остановился у дверей, глядя на меня вполоборота:

– Ты на это не способна, Сонь. Я шлюх за версту чую.

– По себе судишь?

Он невесело усмехнулся.

– Думай, как хочешь, но я знаю, что этот ребенок мой и больше ничей.

Дверь за ним захлопнулась, а я осталась сидеть, глядя в пространство.

Сиди и молчи, Соня, будь прежней удобной женой, и тогда Влад снова станет прежним мужем. А если нет, то он продолжит быть до ужаса пугающим незнакомцем.

На что он рассчитывает? Запугать? Уже.

И что это будет за жизнь? С предателем, которого я боюсь до дрожи…

Нет, на это я не пойду.

Медсестра явилась через какое-то время, чтобы забрать нетронутый поднос с едой.

Посмотрела на меня укоризненно, но ничего не сказала. Через полчаса она заглянула снова.

– Вам тут доставку привезли.

Я напряглась. Очередной сюрприз от Веронички?

– Кто привез? – спросила настороженно.

– Курьер, – охотно ответила та, – от мужа вашего.

Она внесла бумажный пакет с эмблемой известного ресторана и плоскую прямоугольную коробочку.

Поставив все это передо мной на одеяло, медсестра ушла.

Я потянулась к коробочке. Там оказался новый телефон, а в пакете обнаружилась теплая еда. Лазанья, салат, креветки, мой любимый облепиховый морс в литровой бутылке и шоколадные круассаны.

Желудок сжался от голода, напомнив, что ела я в последний раз очень давно.

И я не стала привередничать.

Попробовав всего понемногу, почувствовала себя гораздо лучше. Жаль, что только физически.

В новом телефоне нашлись все прежние контакты. Видимо, Влад догадался перенести их из облака. Был там и контакт следователя… я все-таки успела сохранить его на старом телефоне.

Что ж, почему бы и нет?

Может все-таки успею поговорить с ним до очередного появления Влада?

Да только рабочий день подходил к концу, и трубку никто не взял.

Впору был смириться с тем, что везение – это теперь не про меня.

Удачу придется выгрызать у судьбы зубами. Это навело на мысль...

Оглядевшись, я поднялась с кровати, чтобы позвать медсестру. Моя сумка вот она, на тумбе, вещи мне вернут.

Обезболивающие и лекарства куплю. Пожалуй, меня тут больше ничего не держит.

А ждать, когда явится Влад, чтобы увезти домой, желания не было.

Распахнув дверь, я не успел издать ни звука.

Сразу за порогом стояли два огромных мужчины в темных костюмах.

Это что еще такое? Обещанная охрана?

Один из них обернулся на меняя, и я нырнула обратно в палату.

И как мне теперь отсюда выбираться? Он всё-таки меня запер… чтобы и не вздумала сбежать.

10

10

Сердце заколотилось от волнения.

Я уселась на кровать, глубоко дыша, чтобы хоть как-то успокоиться. Как удобно для него всё вышло… запер меня под предлогом моей же безопасности.

Ну что ж, посмотрим. Если Влад считает, что я это безропотно вытерплю, он глубоко заблуждается.

Думаю, ночью охранники не будут здесь дежурить. Просто дождусь этого момента и всё. Наступит время, когда больницу закроют от посещений. А значит, и охрану отсюда выдворят.

Смирившись с очередным осложнением, я улеглась на кровать и накрылась с головой.

Если муж вернется – он просто увидит меня спящей. Значит, надолго не задержится.

Из своего на мне было только белье. Кто-то завернул меня в больничный халат, забрав одежду. Но это не проблема.

Через несколько минут за дверью палаты послышался возмущенный голос сестры.

Я поднялась, и створка распахнулась. Показался один из охранников.

– Сонь, скажи им, что я твоя сестра! – воскликнула Дашка.

– Впустите, пожалуйста, – пробормотала я сонно.

Сонливость после обезболивающего никуда не делась, и я совсем позабыла, что сестра обещала прийти.