Измена. Слишком больно, чтобы простить (СИ) - Ива Элль - Страница 30

Дашка кивнула. Не доев ужин, она отправилась в душ.

Вернулась оттуда только когда я уже прибралась на кухне, закрыла ноутбук и улеглась спать.

Тяжко вздохнув, сестра прилегла рядом на диван и посмотрела на меня

– Мне нужно уехать завтра, – огорошила, – посмотришь за квартирой?

– Конечно, – отозвалась я удивленно, – расскажешь, куда?

Она мотнула головой.

– Нет, потом. Если все удастся, как задумала…. Если удачно сложится, то обязательно расскажу, договорились?

С таким раскладом я огласиться не смогла, но на этот раз не стала спорить.

Кто я такая, чтобы лезть в чужую жизнь?

А Дашка уж взрослый состоявшийся человек, ей впору самой решать, что делась со свое жизнью.

Я уже посоветовала раз. Видимо, совет не подошел.

– Ты больше не хочешь менять работу? – уточнила я вкрадчиво.

Сон ушел и возвращаться не желал.

Дашка ответила не сразу, будто раздумывая над таким простым вопросом.

– Посмотрим. Когда вернусь, скажу точно. Это дней на пять максимум, хорошо?

И что я могла ей сказать? Запретить?

Поэтому только кивнула и отвернулась.

– Обижаешься? – долетел до меня ее шепот минуту спустя.

– А есть смысл? Это твоя жизнь, Даша.

Она промолчала, и через минуту я услышала ее мерное дыхание.

Сама я заснула далеко не сразу. Дашка, получается, свой выбор тоже сделала.

И что-то подсказывало, что у обеих у нас он не тот, каким должен быть.

Я заснула только под утро, вся измучившись тревожными мыслями что о своем будущем, что о будущем Дашки.

А проснулась уже где-то к обеду в пустой квартире. Сестра, видимо, уехала.

Комод стоял нараспашку, как и шкаф. Одежды там почти не осталось.

Она оставила мне записку, черкнув пару строк о том, чтобы я не скучала. Обещала звонить.

Только что мне теперь с ее звонков?

Кажется, пожелав для себя свободы и самостоятельности, я чересчур перестаралась.

Ближайшие несколько дней меня никто не беспокоил. Даже Дашка, хоть и обещала.

Все будто вымерли. Что Влад, что незабываемая Вероничка, что Игорь тоже не спешил показываться.

Да и зачем ему? Он скорее всего сейчас с Дашкой, обхаживает мою сестру где-нибудь на морях.

Я с головой ушла в работу, постаравшись сосредоточиться на рутине. Съездила в клинику пройти очередное обследование, чтобы знать, что с малышом все в порядке.

Съездила и на работу. Девчонки очень удивились моему появлению. Да я и не любила особо мозолить им глаза. Они и без меня прекрасно справлялись со своими обязанностями.

Охрана оставалась на месте. Тот же Василий служил мне и водителем.

Я как-то пригласила его на чай, но он отказался, сославшись на инструкцию.

Кажется, моя жизнь наконец-то вошла в ту самую колею, о которой я мечтала.

Правда, никакого удовлетворения от этого я не испытывала. Сама не знаю, почему.

Проснувшись на четвертый день, я почувствовала себя странно больной. В горле першило, а голова будто опухла. В ушах неприятно звенело.

Неужели простыла?

Пока заваривала себе горячего морса, включила маленький кухонный телевизор и увидела Влада.

Он засветился в новостном репортаже, рассказывая об открытии нового филиала своей строительной корпорации. Выглядел мужчина прекрасно. И не скажешь, что совсем недавно едва ходил…

Молоденькая журналистка только что не в рот ему заглядывала. Снисходительно усмехнувшись, я выключила телевизор.

Видимо, Влад тоже принял свою новую жизнь. И она ему нравилась куда больше, чем мне моя.

А потом меня накрыло.

Возможно, вид довольного и успешного Влада стал катализатором. А может, иммунитет не выстоял перед встречей с каким-то опасным вирусом, о которым нынче кричали из каждого угла…

К вечеру я лежала пластом. Мне было так плохо, что впору было завыть, но у меня не нашлось сил даже на это.

Я прилегла сразу после утреннего морса и встать больше не смогла. Глаза слезились, дышать было трудно, и голова гудела, как не своя.

Как же не вовремя уехала Дашка… или наоборот, вовремя? Иначе лежали бы с ней тут вместе.

К полуночи я поняла, что мне нужна помощь, иначе до утра могу просто не дотянуть. Но даже дотянуться до телефона оказалось непосильной задачей.

Рука медленно ползла по покрывалу в сторону тумбы, на которой лежал заветный гаджет.

Когда пальцы наконец коснулись холодного металла, я не смогла его поднять.

Нажала на экран. Не глядя, пролистала список контактов и вызвала первый попавшийся.

А через секунду сознание меня оставило.

40

40

– Соня, Сонечка, открой глаза…– чей-то обеспокоенный голос прорывался сквозь моё ускользающее сознание.

Мне хотелось снова погрузиться в спокойную темноту, но голос мешал.

А еще меня тормошили, трогали лицо холодными руками, вливали в горло что-то противное и горькое.

Я кашляла, давилась, но глотала. Другого выхода не было. Жесткие пальцы держали голову, заставляя пить.

Дашка вернулась? Или я смогла кому-то дозвониться? Скорее первое, потому что только у Дашки есть ключи от квартиры.

Спустя время гудение в голове стало чуть тише. Я даже смогла приоткрыть глаза и увидела над собой мужское лицо.

Правда, не сразу поверила в то, что мне не привиделось. Рядом со мной был Влад.

Я чувствовала запах его духов и касание холодных рук. Хотя, может, холодными они вовсе не были, это я горела.

Спустя время лекарство подействовало, и я снова уснула, даже во сне чувствуя аромат его духов.

А может, он мне только приснился?

Я открыла глаза снова, и вокруг было слишком светло. Едва ощутимо пахло антисептиками и спиртом. Над головой что-то едва слышно капало.

Опять больница… да сколько ж можно?

Слишком много больниц в последнее время.

Но чувствовала я себя вполне неплохо, только слабость разливалась по всему телу, да в горле першила неприятная сухость.

Я повернула голову, с трудом сглатывая. Получится ли подняться?

Рядом с кроватью в кресле спал мой муж.

– Влад? – спросила удивленно.

Значит, не приснилось?

Он медленно поднял голову, моргнул, а затем резко встал и шагнул ко мне.

Присел на краешек кровати, глядя в мое лицо.

– Как ты, Соняш?

Я пожала плечами, прислушиваясь к себе.

– Сносно, а ты?

Судя по лицу, муж не спал неделю: щеки осунулись, под глазами залегли глубокие тени.

– Теперь хорошо, – отозвался он хрипло, глядя на меня больным взглядом.

– Можно мне воды? – голос звучал так, будто я его сорвала.

Собственный хриплый шепот даже немного пугал.

Влад тут же налил мне стакан из стоящего на тумбе графина, бережно приподнял меня с подушек и поднес емкость к губам.

После пары глотков стало значительно легче.

– Давно я тут?

– Три дня.

Я недоверчиво округлила глаза. Ну ничего себе… а по ощущениям, как одна ночь.

– Как ты узнал? Кто тебе сказал? – спросила удивленно.

– Ты мне позвонила, Сонь. Не помнишь?

Моргнув, я искренне попыталась вспомнить, но ничего не получалось.

Муж пояснил:

– Ты ничего не сказала, просто набрала мой номер. Я сразу подумал, что что-то стряслось. Твоя сестра трубку не взяла, на работе сказали, что ты дома, и я поехал к тебе.

– А потом? У тебя же нет ключей?

Он улыбнулся одним уголком губ.

– Не переживай, я поставил в дверь новый замок.

Закрыв глаза, я медленно выдохнула. Ну конечно, он сломал дверь… а потом увез меня в больницу и сидел рядом три дня.

– Спасибо тебе, – прошептала ошарашенно.

Он коротко кивнул, поджав губы.

– И что это было? С ребенком все в порядке? – забеспокоилась я.

Снова кивнув, Влад успокоил:

– Все хорошо, у тебя брали анализы. Еще пару дней, и выпишут. Кризис позади…

У него зазвонил телефон.