Хозяйка лабиринта - Аткинсон Кейт - Страница 28

Она вошла в библиотеку. Тома в кожаных переплетах – от стены до стены – и огромный стол, словно из монастырской трапезной, весь заваленный бумагами и документами, причем многие на немецком языке (в них обильно упоминались das Reich и der Führer). Вот оно, подумала Джульетта, вытаскивая фотоаппарат. Но она не успела щелкнуть хотя бы раз – внезапно у нее за спиной раздался низкий бархатный голос:

– Не желаете ли сигарету? Огонек, вижу, у вас есть.

Сердце Джульетты упало так стремительно, что наверняка провалилось через несколько этажей в подвал. Неужели игра закончена? И теперь ее тело выловят из Темзы, как бревно? Или сбросят через люк в угольную яму, в вечную тьму?

Мужество, подумала она и развернулась, оказавшись лицом к лицу с высоким, удивительно некрасивым человеком. В нем было что-то знакомое, но она вспомнила лишь через несколько секунд. Мужчина в пальто с воротником из каракульчи! Конечно, сегодня он без пальто и во фраке, но все равно его можно узнать. Джульетта почувствовала, как кровь отливает от лица. Наверно, так и падают в обморок. В этом нет ничего легкомысленного и романтического, просто кажется, что вот сейчас сердце остановится от страха.

– О, это было бы очень мило с вашей стороны. Я куда-то задевала свой портсигар, – выдавила она.

– Вам нехорошо?

– Очень хорошо, спасибо.

Он вытащил эмалированный портсигар. Похоже, он действительно просто предложил ей закурить.

– Благодарю вас.

Он отобрал у нее зажигалку и нажал колесико. К облегчению Джульетты, из зажигалки возник немигающий язычок пламени.

– Мы, кажется, незнакомы.

– Айрис Картер-Дженкинс, – произнесла она, но он не представился в ответ, а лишь сказал:

– Позвольте проводить вас вниз? Вы, кажется, заблудились.

– Да, похоже на то, правда? – небрежно засмеялась она. Сердце до сих пор колотилось, ее слегка подташнивало.

Он отконвоировал ее вниз по той же покрытой ковром лестнице и сказал:

– Я вынужден вас тут оставить. К сожалению, у меня назначена встреча в другом месте. – И добавил так тихо, что ей пришлось склониться к нему очень близко, чтобы расслышать: – Пожалуйста, мисс Армстронг, будьте осторожны.

– Боже, что это вы пьете? Оно фиолетовое!

Мужчина. «Пингвин» из той самой толчеи.

– По-моему, этот коктейль называется «Авиатор», – ответила Джульетта.

– Не соблазнитесь ли еще порцией?

– Нет, – ответила она. – Думаю, что не соблазнюсь, благодарю вас.

Согласно полученным инструкциям, наутро после суаре Джульетта пошла возвращать бриллианты в ювелирный магазин. Однако волею судьбы, когда она вошла к ювелиру, там обнаружился не кто иной, как миссис Скейф. Собственной персоной. Совпадение казалось странным, но Джульетта рассудила, что такова уж природа совпадений – они обязательно кажутся странными.

Через окно она видела одного из личных бандитов миссис Скейф – он дежурил у входа в магазин. Джульетта не сомневалась, что они увязываются за ней, когда она уходит от миссис Скейф, поэтому завела привычку возвращаться с Пелэм-Плейс кружным путем. Иногда она садилась в автобус на Фулэм-роуд и выходила на следующей же остановке или спускалась в метро на станции «Южный Кенсингтон». И конечно, следовала указаниям Перри – когда брала такси, то доезжала только до вокзала Виктория и остаток пути до «Долфин-Сквер» шла пешком. Уходить от слежки было ужасно интересно – будто в романе Бьюкена или Эрскина Чайлдерса.

Теперь она испугалась, не привела ли хвоста с собой от «Долфин-Сквер» сегодня утром. Но они ведь не могли знать, что она там делала. Или могли? Это объяснило бы появление миссис Скейф в одном месте и в одно время с ней. От этой мысли она запаниковала. («Очень важно – не поддаваться заблуждениям и невротическим страхам», – говорил Перри. Но, кроме этого, он сказал: «Никогда не доверяйте совпадениям».)

Еще Джульетта обнаружила, что ее пугает горжетка миссис Скейф – куница или хорек. Шкурка так тесно обвивала шею, словно зверек пытался задушить хозяйку. Острая мордочка застыла в оскале, и черные стеклянные бусинки глаз сверлили Джульетту, словно требуя, чтобы она во всем призналась.

– О, Айрис, дорогая, какая неожиданная встреча! Вы очень бледны. Вы плохо себя чувствуете? Пришли поискать что-нибудь? А я просто кое-что принесла в чистку.

Джульетта чувствовала себя собой, то есть Джульеттой, страдающей похмельем после всего выпитого вчера на суаре. Ей стоило титанического усилия на ходу перевоплотиться в Айрис.

– Да, – ответила она. – Собственно, я ищу крестильный браслет. Моя сестра родила. Меня позвали в крестные матери.

Какое наслаждение – произносить слова «моя сестра». Заветная мечта единственного ребенка. Я могла бы стать крестной матерью, подумала она. Я была бы хорошей крестной.

– О, как мило. Но вы никогда не упоминали, что у вас есть сестра. – Миссис Скейф обратилась к продавцу, стоящему за прилавком: – Пожалуйста, принесите мисс Картер-Дженкинс крестильные браслеты, чтобы она могла выбрать.

Как только бархатный поднос серебряных браслетиков был сервирован к удовлетворению миссис Скейф, она сказала:

– Что ж, я бы с радостью осталась и помогла вам выбрать, но я обедаю в отеле «Ритц» с Банни Хепберн. Моя повариха взяла отпуск на неделю. Слыханное ли дело! Мне пора. Рада была так скоро увидеть вас снова, дорогая. Может, придете попить со мной кофе завтра утром?

– Мадам? – окликнул продавец Джульетту, когда миссис Скейф выплыла из магазина. – Не соблазнитесь ли одним из этих браслетов?

– Нет, – ответила она. – Боюсь, что нет. Очень жаль, но мне нужно идти. У меня мало времени.

Джульетта в самом деле торопилась. Она помчалась на Пелэм-Плейс. Миссис Скейф просидит за обедом несколько часов, и это – идеальный момент, чтобы поискать «Красную книгу». Осталось только уговорить бедняжку Доддс.

– Здравствуйте, Доддс.

– Здравствуйте, мисс, – застенчиво ответила Доддс. Она робко выглядывала из-за грандиозной двери, охраняя порог. Черная краска на двери была такая глянцевая, что Джульетта видела в ней свое отражение. – Миссис Скейф нету дома, мисс.

– О, это не важно. Я, кажется, оставила здесь кое-что, когда приходила на днях.

– Я ничего не находила, мисс.

– Очень маленькую вещь. Кольцо. Я думаю, оно могло завалиться в диван. Доддс, можно я зайду и поищу его?

– Мне не велено никого пускать, когда миссис Скейф нету дома, мисс.

– Это кольцо моей матери, она мне его отдала перед смертью, – тихо сказала Джульетта.

Из меня вышла бы великая трагическая актриса, подумала она. Хотя при упоминании о матери ее охватила искренняя печаль. Если бы мать и вправду дала ей кольцо, Джульетта носила бы его не снимая.

Доддс заколебалась, вероятно думая о собственной покойной матери. Они – сестры по скорби. Две девочки-сиротки, что вместе пробираются через опасный темный лес.

– Доддс, ну пожалуйста.

– Ну…

– Пожалуйста! – Джульетте казалось, что она подманивает робкое лесное создание, желая покормить его с руки. Хотя на самом деле ей никогда не приходилось этого делать. – Я зайду и сразу выйду. Как говорится, не успеет и овечка хвостом тряхнуть. Честно.

Горничная вздохнула:

– Обещаете, мисс?

Грандиозная дверь неохотно отворилась.

Джульетта рылась в дамаскетовых подушках цвета лососины под взглядом нервничающей Доддс.

– Знаете что, Доддс? У меня ужасно пересохло в горле. Вы бы не могли сделать мне чашечку чаю?

– Мисс, я не могу вас тут оставить одну. Миссис Скейф меня убьет, если узнает.

Бедняжка. Она совершенно подневольна и может только выполнять чужие приказы. Такое положение лишь самую малость отличается от рабства. Ее должны как-то звать, подумала Джульетта.

– Доддс, как вас зовут?

– Доддс, мисс.

– Я хочу сказать, как ваше имя?

– Беатриса, мисс.