Матабар VIII - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой" - Страница 29

Равнодушие человека, уже поставившего крест на Ардане и теперь воспринимавшего его так же, как некоторые воспринимают досадную мошкару.

Не то чтобы это как-то уязвляло самооценку Арда.

Автомобиль тряхнуло. Они въезжали на Царский мост. Ветер здесь дул такой силы, что тяжелую машину ощутимо качнуло в сторону. Внизу, под ажурными перилами, чернела прорубленная полынья реки, окаймленная вздыбленным льдом.

Ардан снова вернулся к своим размышлениям.

Кому намеревался передать документы предатель? Если не Кукловодам (иначе зачем такая секретность и кража у своих же?), то, возможно… Мысль оборвалась, когда он увидел невзрачную крышу Парламента, отражавшуюся в угрюмом небе.

– Приехали, – глухо произнес капитан Понских.

Арди поправил воротник пальто. Ему предстояло войти в это здание не как дознавателю Второй канцелярии, расследовавшему вековой заговор, а как человеку, который днем ранее признался самому могущественному чиновнику Империи, что личное для него выше государственного. И теперь ему, с этим грузом за плечами, нужно было искать таинственные документы в отеле, полном врагов.

Дверь открылась, и в салон ворвался вихрь снега, мгновенно выстудив уютное тепло. Ардан шагнул в пургу, чувствуя, как холод проникает под одежду, и, чудным образом, его присутствие скорее согревало юношу, нежели наоборот.

– Ард, проклятье, а ты можешь не выглядеть таким счастливым, когда на улице двадцать восемь градусов мороза? – шмыгнула носом Алоаэиол, чьи глаза отливали на солнце оранжевыми бликами.

Она говорила на языке Фае. Арди должен был бы догадаться еще тогда, несколько дней назад, об истинной сущности капитана. Он же сам рассказывал Клементию и Пареле о том, что язык Фае, не будучи Слышащим или Говорящим, нельзя выучить в том смысле понимания, которое обычно вкладывалось в данное понятие «выучить».

Ускорив шаг, вместе с двумя капитанами они пересекли расчищенную, но уже заметавшуюся тропинку от дороги до парадной лестницы. Поднялись наверх, открыли дверь перед премьер-министром и погрузились в гудящий и ворчащий Парламент.

– Напомните мне, дорогой Бобер, сегодняшнее расписание, – попросил премьер-министр, выглядящий так, будто явился на долгожданную ярмарку в честь Фестиваля Света.

Арда не переставала занимать и пугать манера общения генерала Закровского. Воистину он представлялся непосредственной иллюстрацией присказки северных эльфов – «самый острый кинжал прячется в самых мягких ножнах». На галесский манер данное утверждение будет звучать как «самый тихий человек в шумной комнате обычно самый опасный».

– Сперва у вас встреча с послом из Каргаамы, генерал, после чего обед с дипломатическими миссиями, на котором пройдет обсуждение закрытого форума экономистов, – открыв блокнот, перечислял капитан Понских. – Он запланирован через четыре дня в главном зале совещаний Нижней Палаты Парламента.

– Мое там присутствие требуется?

– Нет, генерал, – покачал головой Старший магистр. – Форум с нашей стороны будет модерировать Главный Казначей, а выступать с докладом – министр финансов, после чего с докладами выступят члены дипломатических миссий, и, разумеется, начнется длинный раут заключения сделок.

– Отлично, а дальше? – Порой отвешивая ничего не значащие кивки снующим мимо чиновникам, премьер-министр спокойно вышагивал по мраморной лестнице.

– Всего у нас три главных мероприятия, генерал. Экономический форум. Затем, через три дня, – круглый стол послов. И наконец, в качестве завершения, в последний день перед отбытием – подписание договоров и званый ужин во Дворце Царей Прошлого с личным посещением оного его императорским величеством. В перерывах дипломатическим миссиям будут предложены культурные программы разного характера.

Конгресс являлся именно экономико-политическим событием, и поскольку ни одна из ныне существующих монархий на планете (коих осталось не так уж и много – всего пять) не обладала абсолютной полнотой власти, то присутствие Императора на Конгрессе было бы не то что неуместным, а банально – ненужным.

– Мое участие?

– Везде, кроме экономического форума.

– Отлично, – кивнул премьер-министр и, улыбнувшись своим секретарям и помощникам, вошел в кабинет и повесил шубу на вешалку. – Тогда дайте знать всем, кто хочет что-то обсудить с Империей в обход, так скажем, стандартной процедуры, что моя резиденция предоставляет некоторую историческую ценность в качестве занимательной достопримечательности.

Капитан Алоаэиол, подмигнув Арду, скрылась в потайной комнате, а в помещении, как и в прошлый раз, остались трое.

– Уже, генерал. – Закрыв блокнот, капитан Понских вернул его во внутренний карман, попутно звякнув цепями своего гримуара. – По нашим каналам сообщения ушли иностранным коллегам.

– Успели обозначиться желающие?

Понских кивнул.

– Селькадо, Кастилия и Урдаван.

– Урдаван? – Впервые Арди увидел на лице премьер-министра некоторую степень удивления. – Что могло потребоваться от нас северянам?

Ардан, признаться, тоже был несколько удивлен. Не то чтобы он разбирался в большой политике или хотя бы в локальной континентальной экономике (и политике тоже), но если какие страны между собой почти ничего не связывало, так это Империю и королевство Урдаван.

Две монархии не делили между собой торговых маршрутов, не имели общей границы, ни разу не пересекались в брачных союзах среди правящей семьи и не сталкивались на полях сражений. Иными словами – Урдаван и Империя существовали в двух разных, не смежных друг с другом мирах.

Да, возможно, из-за напряжения между Урдаваном, Грайнией, княжеством Скальдавина и островным союзом Линтелара-Оликзасии-Фории данный статус-кво как-то и мог нарушиться, но точно не настолько, чтобы обеспокоить Империю. Более того, даже та мизерная торговля, которая шла с северным королевством, и то выражалась не в процентах, а в долях процентов.

И, разумеется, капитан Понских не ответил на риторический вопрос, а вот на лице премьер-министра непонимание довольно быстро сменилось весьма мрачным выражением лица.

– Значит, донесения все же имели под собой почву…

– Да, генерал.

– Ну что же, будем наблюдать за тем, какой именно они ход сделают… а пока, Бобер, будьте любезны пригласить к нам посла Каргаамы.

– Да, генерал, – повторил капитан и скрылся за дверью.

Ардан, стоявший на том же самом месте, что и двумя днями ранее, остался один на один с вершителем судеб. Ощущение не из приятных.

– Капрал.

Арди вздрогнул.

– Да, ваша светлость.

Генерал поднял на него стеклянный, холодный, как у мертвой рыбы, взгляд.

– Что именно такого захотелось Полковнику в отеле, что ему понадобилось ваше там присутствие в ущерб изначальному плану усиления охраны Конгресса? – прозвучал такой же ледяной, как и иней за окном, голос.

Нет, премьер-министр нисколько не беспокоился за свою безопасность. Просто, несмотря на то что уже давно не имел отношения к руководству подразделением Кинжалов, он, наверное, все еще мнил себя некоторым духовным лидером данной части Черного Дома. Арди не знал, какие отношения складывались между Полковником и генерал-герцогом Олегом Закровским, но вряд ли очень теплые.

Два человека трудились на благо Империи – безусловно. Но делали это так, как считали нужным. И, насколько помнил Ард, Полковник отдал распоряжение не делиться информацией.

– Молчите, значит… – выдохнул генерал-герцог и улыбнулся. Широко и приятно. Словно собирался предложить уставшему юноше присесть, чашку горячего какао и подушку под ноги. – Я бы намекнул вам, капрал, на мои возможности по усложнению вашей жизни, но увы, вы в милости у Императорской четы. Особенно у ее императорского высочества-консорт. Боюсь, мне просто слишком неудобно как-то вас мотивировать, так скажем, от кнута. А какой предложить вам пряник, я, право, теряюсь.

Ардан понятия не имел, в какую сторону вилась нить данного разговора, так что просто молчал. Молчал и молился Спящим Духам, чтобы как можно скорее вернулся капитан Понских вместе с послом королевства Каргаамы.