Опасная наследница второй очереди (СИ) - Окишева Вера Павловна "Ведьмочка" - Страница 37

Ноги ощущали мягкий песок, слизкие тела медуз, я шла, запрокинув голову, и считала мигающие надо мной спутники. Стыдно признаться, но преступники на Полунии неожиданно закончились. Теперь здесь все строго соблюдали закон и были законопослушными гражданами Федерации. Чистка федералов произвела сильное впечатление. Мне бы вернуться на Землю, но все еще опасно. Там такую капитальную чистку никто в здравом уме не согласился бы сделать. А сердце мое стремилось именно туда.

– Ками! – позвал знакомый голос.

Я резко развернулась, случайно поскользнулась на медузе и с визгом упала в воду.

– Ками! – встревоженно повторилось.

Я встала, промокшая в соленой воде с головы до ног, ладонью стирая налипшие волосы с лица. Вдруг меня заключили в крепкие объятия и прижали к горячему телу, пропахшему кофе, сигаретами и космопортом.

– Бенедикт! – радостно выдохнула, поднимая голову, чуть отстранилась.

– Ты не ранена? Не ударилась?

– Я цела! – заверила своего агента, который искренне за меня переживал.

– Пойдем на берег? – потянул он меня, а я обвила его руками, в которых так и держала туфли, и впилась горячим поцелуем в его губы.

– Ты наконец-то прилетел!

– А ты ждала? – удивился Макконнелл.

Я поцокала языком.

– Это опасно, специальный агент. Я могу и обидеться.

Бенедикт обхватил ладонями мое лицо и стал покрывать поспешными поцелуями, согревая не столько кожу, сколько саму душу.

– Прости, я просто подумал… Ты не звонила…

– Мне докладывали, что ты занят расследованием и ловлей мышей.

Макконнелл замер.

– Докладывали? Кто?

– Тот самый хакер, которого ты не рассекретил перед своим начальством.

Бенедикт выдохнул, затем поднял меня на руки и тяжелой поступью направился к берегу.

– Я с тобой с ума сойду, Ками. Я так испугался, когда узнал, что ты чуть не погибла, потом в коме. Я виноват перед тобой, что не спас.

– Ты знал, что нотариус задумал?

Бенедикт тряхнул головой.

– Нет, а ты?

– Нет, конечно, - возмутилась в ответ. За кого он меня принимал? - Знала бы, не пошла бы на встречу, или пошла бы, но не с пустыми руками.

– Все же признаешь, что ты не белая и не пушистая, - шепнул мне в висок Бенедикт, ставя на песок.

– Нашел доказательства этому?

– Нет, но решил, что всю жизнь потрачу на это. Буду каждый день засыпать и просыпаться с тобой рядом, и когда-нибудь ты проколешься. Как тебе мой план на наше совместное будущее? Согласна?

Он встал на колено и протянул мне бархатную коробочку. Я не знала, какого она цвета, ночью все кошки серые, но кольцо с бриллиантом светилось в лучах света, падающего от гостиничного сектора.

Я потеряла дар речи, никак не могла сопоставить его слова и действия, а потом чуть не задохнулась от щемящего ощущения в сердце. Было страшно и больно, но еще радостно. Это так чувствуется любовь?

– Согласна.

Бенедикт очень бережно взял меня за руку и надел кольцо на безымянный палец, затем бросил коробочку на песок и обнял меня, крепко целуя.

– Знаешь, когда я узнал, что в тебя стреляли, я чуть не умер. Мне стало безразлично все. Хотел бросить работу, обязанности, долг. Важнее всего в жизни оказалась ты, а потом месть. Я мстил за тебя, на моих руках кровь. И я был безумен, очнулся не сразу. Меня чуть не уволили. Пришлось лечиться. И я так счастлив, что ты выжила и пришла в себя. И прости, что я неидеальный. Я знаю, что нравился тебе именно правильным и принципиальным. Но все установки полетели в черную дыру.

Я слушала и улыбалась, поглаживала его по спине.

– Я тоже неидеальна, и мы все неидеальны. Но это ведь не главное? Главное, что мы нужны друг другу. Так ведь? Это ведь любовь? Когда нет смысла, если тебя нет рядом.

– Да, это любовь, когда сердце начинает биться, только если держать тебя в объятиях.

Эта ночь запомнилась мне навсегда. Ласковые волны прибоя, поцелуи до рассвета, разговоры о будущем и тепло в сердце. Мы встречали наш новый рассвет, лежа на песке, кутаясь в мокрую одежду, утомленные пылкой страстью. Наш первый рассвет совместной жизни.

Примечание

ПРИМЕЧАНИЕ

Максимилиан Петрович Апраксин – покойный дядя Камилы.

Вторая очередь наследования – это полнородные братья Марк 68 и Давид 67 Апраксины и сестра наследодателя – Аглая Суxорукова 62, а также племянники (Александр Маркович 35 и Василий Маркович 32) и племянницы (Варвара Сухорукова 29, Надежда Давидовна Порхова 35, вдова) наследодателя – по праву представления.

Марианна Джозефовна Апраксина – жена Давида.

Елена Апраксина – жена Василия. Есть красивая дочь.

Ольга Александровна Апраксина – жена Марка, мать Александра.

Камила Ярославновна Вольная – 26 лет, шатенка, глаза голубые, хрупкая, невысокая.

Александра и Ярослав Вольные – родители Камилы.

Полуний, третья планета в системе Лукар.

Город с космопортом Амардаш, столица района Замберия.

Нотариус Адам Кросс.

Освальд Травин – управляющий Апраксиных, молодой брюнет со светло-карими глазами, 28 лет.

Герб Апраксиных – два грифона с двух сторон держали щит с изображением пшеницы и виноградной лозы.

Клан Франт. Мигель Франт – холостяк (40 лет), брюнет, высокий, статный, смуглая кожа, глаза карие, большие. Нос с горбинкой, губы пухлые, сексуальные. Тело атлетическое. Но есть минус – лысина и три любовницы.

Федор Яковлевич Побережный – начальник завода. Жена Изольда

Горная система Карзен, омываемая Карзенским морем.

Бенедикт Макконнелл 35 лет – специальный агент с Земли

Шеменьевы – ведущий клан Полуния

Клан Марриотт – покупатели гостиницы Апраксиных

Макаров Глеб Иванович – семейный адвокат Апраксиных