Твой худший выбор (СИ) - Рузанова Ольга - Страница 4

— Бывают же совпадения, — бормочу негромко.

Я была тут раз или два. На ее дне рождения или на пижамной вечеринке — не помню точно, но знаю, что дом огромен и будто создан для того, чтобы собирать в нем большие компании.

Мы идем внутрь, заходим в просторный холл и сразу же направляемся в гостиную, из которой доносится музыка.

У меня трясутся поджилки, и от волнения крутит живот, когда на огромном диване в центре комнаты я замечаю брата. Он курит кальян, обнимая одной рукой девицу, которую я ещё ни разу рядом с ним не видела.

— Внимание! — пытается перекричать музыку Ксюша.

Однако голос у нее хлипкий, никто его не слышит и как следствие — не обращает на нас внимания. Мы толпимся у входа, пока сзади на нас не налетают два парня, один из которых Сережа Свистун. Едва не расплескивая пиво на мою блузку, он тормозит в последний момент.

— Опа!... Девочки?...

— Привет! — храбрясь, дерзко здоровается с ним Леся, — Нас Ксюша позвала.

— Кира!... — раздается во этот момент громогласный голос Артема.

Я оборачиваюсь и вижу, как он приближается ко мне широкими шагами. Отступаю, пока есть возможность, чтобы не все из того, что он будет орать мне, услышали девчонки.

— Привет, и ты здесь? — улыбаюсь я.

— Я же сказал, чтобы тебя здесь не было!

— Почему это!? Нас Ксюша пригласила, у нее тут вечеринка.

— У нее?...

— Она так сказала!... Откуда мне было знать, что вы устроили тут бордель!?

— Кира!... — когда он злится, над его верхней губой появляется тонкая белая полоска, — Забирай своих подружек и...

— Нет! — вскидываю подбородок, потому что тоже умею быть злой, — С какой стати, Тем?... Ты приехал к своему другу, а я приехала к своей подруге!

Усмехнувшись, брат притягивает меня к себе и, склонившись, шепчет в ухо:

— Кира, ты тоже приехала к моему другу. И это самая хреновая идея, которая могла прийти в твою голову...

— Ты про Данилова? — искусно изумляюсь.

— Он здесь не один, и тебя точно не заметит.

— При чем тут он?

Девчонки по одной просачиваются в гостиную и занимают места на диванах к Каро тут же подсаживается один из приятелей Артема и Свистуна — Саша Корзун.

— Нам с тобой следует серьезно поговорить на эту тему, Кира. Твоя одержимость им...

— Нет у меня никакой одержимости!... Он конченный придурок!

Тема выпрямляется и пристально смотрит на меня сверху вниз. Не верит, потому что помнит, кто именно стащил майку с номером из раздевалки, а также видел в моей комнате стопку распечатанных фотографий с ним.

Только я повзрослела. Он перестал нравится мне как мальчик, но желание утереть нос самодовольному говнюку никуда не делось. Я заставлю его со мной считаться!

Чмокнув хмурого брата в щеку, я прохожу к девчонкам и опускаюсь на диван рядом с Машей. Она сидит плотно сдвинув коленки и цедит пиво из бокала. На лице искусственная улыбка и видимость заинтересованности.

— Эй, все нормально? — спрашиваю я.

— Ага... Только я тут никого не знаю.

— Как не знаешь!? Тут же все наши: Саша, Никита, Сережа, мой брат Артем...

И этот... мистер Говняныйвкус. Где его носит, интересно?... Неужели уже проверяет на прочность матрасы на втором этаже?

Время идет, а конченный так и не появляется. Мое терпение иссякает. Парни курят кальян, пьют пиво и на нас внимания почти не обращают. Две девицы, одна из которых была с Темой, извиваются под музыку в свете лазерных лучей. Сам брат сверлит меня гневными взглядами. Я ему подмигиваю.

Ксю развлекает нас как может — заказывает пиццу, которую привозят через полчаса и просит Сережу открыть для нас шампанское и вино из маминых запасом. Мы веселимся отдельно.

А потом Леся шепотом меня зовет в туалет. Мы поднимаемся с дивана, выходим из гостиной, но обнаруживаем, что он занят.

— Может наверх? — предлагает она.

Я киваю. Мы поднимаемся по лестнице и медленно двигаемся по коридору в полумраке.

— Кажется, тут, — говорит она шепотом.

Открывает дверь и заходит внутрь. Я остаюсь снаружи. Стою минуту, вторую, а потом, движимая внутренней потребностью, бесшумно шагаю дальше по коридору и останавливаюсь у двери, из-за которой, как мне кажется, доносятся странные шорохи и приглушенные голоса.

В голове становится горячо, когда я начинаю догадываться, что именно за ней происходит. Лицо начинает гореть, но заставить себя уйти я не могу.

— Ниже!... — вдруг слышу хриплый голос Дениса.

Вздрагиваю и, тяжело сглотнув нажимаю на дверную ручку.

Глава 5

Кира

Меня замечают не сразу. Полоска мутного желтовотого цвета делит комнату на две половины. На одной зашторенное окно и какая-то мебель, на другой — широкая кровать и двое на ней. Я вижу девушку на спине и парня между ее раскинутых ног, которого узнаю по профилю и упавшей на лицо челке. Его силуэт двигается в темноте с ритмичностью, не оставляющей сомнений в том, что именно он делает. Пятки девицы трясутся в воздухе, ее пальцы хватаются за покрывало.

Меня парализует. Не в силах сдвинуться с места, я смотрю на Данилова и мысленно его проклинаю.

— Де... Денис!... — вдруг взвизгивает Миранда, — Кто там!?

Он останавливается и оборачивается. Наши взгляды встречаются всего на мгновение, а потом я чувствую взрыв адреналина, и ко мне возвращается способность двигаться.

Я отпрыгиваю, хлопаю дверью, но так сильно, что она не закрывается, а отскакивает от дверной коробки, и пускаюсь наутек.

— Рокотова!... Блядь!...

Налетаю на ошалевшую Лесю, только что вышедшую из туалета и заметившую, что я несусь на нее как скоростной поезд, хватаю ее за руку и тащу по коридору к лестнице.

— Кира!... Ты чего!?

— Идем!... Быстро!

— Что случилось, Кир?... Что там?

Она ещё пытается притормозить, остановить меня, оглядывается назад, желая понять, что именно меня напугало, но я тащу ее вниз силой.

— Ничего... Кто-то пьяный спит...

— Где?... Ты пошла по комнатам?

— Н-нет... нет, — сочиняю находу, мучая мой шокированный мозг, — Я услышала странные звуки, и подумала, что кому-то плохо, а там...

— Там кому-то плохо?... — лепечет она, глядя на меня широко распахнутывами глазами.

Черт!... Да нет же! Там было кому-то очень хорошо!...

— Нет!... — цежу, продираясь вместе с нею сквозь толпу вновь прибывших к дивану, — Какой-то чувак громко храпел... Я испугалась.

— О, господи!...

Я разворачиваю ее и усаживаю рядом с Машей. Та уже, кажется, освоилась и, не обращая на нас внимания, внимательно слушает анекдот, который рассказывает Никита.

— Кира, — сдавленно шепчет Леся, — Я их немного побаиваюсь... Тебе не кажется, что они...

— Не кажется, Лесь, тут мой брат.

— Ну, да.

Вздохнув и поправив волосы, она, кажется, успокаивается. А я нет. Меня колотит так, словно я сейчас в преисподней побывала и увидала своими глазами пляски чертей.

Вот же скотина! Гребанный извращенец!... Неужели нельзя было до дома потерпеть, а не вколачивать свой гвоздик в доски Веранды прямо здесь!?

Сам извращенец появляется через несколько минут. Мое лицо ещё не успело остыть, а при виде него его снова обдает жаром. Его подружка спускается через несколько секунд, словно они не хотят привлекать внимание к своему появлению.

Данилов, держа руки в карманах черных брюк, заруливает на кухню. А Миранда останавливается на нижней ступеньке и с невинной улыбкой обводит всех присутствующих. Меня найти не успевает, потому что к ней с пивом подходит мой брат. Ухмыляется так, словно уверен в своей неотразимости в ее глазах, и протягивает ей бокал.

Я сижу в шоке. Во-первых, он явно ее клеит, во-вторых — чтоб меня разорвало, что там клеить!? Каждая девчонка, которую я когда-либо видела около брата, в сотни, нет — в тысячи раз привлекательнее, чем эта! И это не говорит во мне ревность, которой отродясь не было, это видят мои беспристрастные глаза!...