Когда умирает король - Бакман Элина - Страница 77

— Если бы не это совпадение, я дал бы ей спокойно копаться в своей истории, — отрезает Ян с холодком. — Но Хартола — королевская община, место настолько маленькое, что глупо отмахиваться от истории, которая может быть как-то связана со всем этим.

Хейди кивает, понимая справедливость замечания.

— Сама-то что в итоге? — Ян переходит в нападение.

— Сама — что? — кривясь, переспрашивает Хейди.

— Ну, там, женщины, любовь, — подкалывает Ян. — Может, еще какие подозреваемые на очереди в постель?

— Ты так заваливаешь меня работой, что на женщин просто не остается времени, — грустно смеется Хейди, и этот смех пробегается эхом по всему коридору. Он звучит как-то неожиданно жестко, и Яна это настораживает. Хейди выглядит безжизненной, холодной, отстраненной.

Вскоре на место прибывает криминалист. Ян и Хейди здороваются с ним и тихо выходят через черный ход. Глотнуть свежего воздуха. Подумать. Пока всё в церкви тщательно фиксируют — фотографируют, берут образцы, замеряют расстояния, — Ян и Хейди могут пройтись по дорожкам, которыми какое-то время назад убегал убийца. Если Саана вошла через парадную дверь и услышала вдалеке стук, то логично предположить, что, покидая место, субъект использовал именно запасный выход.

Пока они шагают, Ян ловит себя на непрерывно нарастающей панике. Как же они опаздывают. Работая почти 24 часа в сутки, они все так же на шаг отстают от убийцы. Вопрос первый: почему никому в голову не пришло подумать о Форсе как о жертве? Вопрос второй: что является связующим звеном? Запасный выход ведет на кладбище. Неподалеку посажены пышные кусты, а парковка и дорога с черного хода не просматриваются. И тот, кто им воспользовался, судя по всему, шел довольно спокойно.

— Времени в обрез, но и мы почти у цели, — говорит Ян, осматривая дверь и то, что рядом с ней. Следов нет ни на песке, ни на земле, ни в кустах — вообще никаких признаков движения.

— Да, соглашается Хейди и говорит, что уже попросила криминалиста снять отпечатки пальцев с двери запасного выхода. — Жертву, похоже, утопили, и знак на теле тоже есть. Если Саана правда слышала убийцу, когда пришла в церковь, то ему пришлось попотеть, чтобы успеть.

— Субъект действовал смелее. Возможно, его замысел скоро будет полностью воплощен. Близится конец, развязываются руки, — рассуждает Ян, когда они идут сообщить криминалисту, что покидают место преступления.

Они возвращаются в отель. Яну необходимо тут же отчитаться начальству. Для Мертанена это почти удар, и Ян в какой-то момент даже чувствует за собой вину. Но сделать больше они не могут — и так работают на износ.

В номер стучится Хейди. Пройдя внутрь, она останавливается напротив стены с расклеенными материалами дела. Оба молчат, словно пытаясь догадаться, что именно от них ускользает.

— Утопление, — говорит Хейди. — Сундин, Эскола и Форс — всех троих утопили.

Ян кивает. Утопили, причем на суше. Подтверждение от Дайвера еще не поступало, но неофициально причина смерти, конечно, известна.

— Утопление на суше показательно само по себе. Не самый простой способ лишить человека жизни, — продолжает Хейди. — Если это такой способ наказать мужчин за их грехи, то что, если эти самые грехи как-то связаны с утоплением, которое произошло в прошлом?

На мгновение Ян чувствует себя стереотипным бестолковым полицейским из фильмов.

— У нас выдался невероятно сложный, насыщенный год. Неудивительно, что голова уже начала отключаться, — говорит Хейди.

Она, безусловно, права.

— Ты смотрела когда-нибудь «Мисс Марпл»? — спрашивает Ян.

Хейди воодушевленно кивает.

— Тогда ты и сама знаешь, какими там показывают полицейских. Они как бы занятые люди, постоянно что-то расследуют, но каждый раз не имеют ни малейшего представления о том, как именно произошло убийство, — говорит Ян. — Вот сейчас я чувствую себя именно таким.

— Да брось, — смеется Хейди и тут же начинает действовать. Она звонит Заку и просит сейчас же нарыть случаи утопления. Вопросы Зака Ян считывает по выражению лица Хейди: «Где искать-то? За какой период?» Да и реально ли отыскать именно те случаи, которые связаны с клеймеными жертвами, если учитывать, что речь идет о Финляндии, земле обетованной для утопленников? В одном только Озерном крае[69] за последние десятилетия в воде свою смерть встретило бесчисленное количество людей. А ведь ничто не указывает на то, что нужное им утопление произошло именно в Финляндии.

— Начни с Хартолы, а там посмотрим, — отвечает Хейди, благодарит и отключается. Потом решительно смотрит на Яна.

— Ну что, судя по всему, настало время побеседовать с этой твоей женщиной. Послушать об истории, которую она расследует, и просмотреть собранные ею материалы, — говорит Хейди. Ян удивлен. «Упрямая, но учится быстро», — мелькает у него в голове.

— Вот одно мне интересно. Как так вышло, что ты еще не сбежал от нее под каким-нибудь тупым предлогом? Ты сливаешься после пары свиданий, я же помню, — спрашивает Хейди, пристально вглядываясь в напарника.

Вопрос, конечно, бестактный, однако ответ Яну уже известен.

— Просто с ней все по-другому, — удивительно спокойно признает он.

Я

Времени почти не осталось, я прекрасно это понимаю. Скрывать следы все сложнее. На третьем меня чуть было не поймали. Большая удача, что им до сих пор так мало известно. Тщательно продуманный план подарил мне возможность работать спокойно. Однако было бы ошибкой до бесконечности убаюкивать себя иллюзией полного контроля над происходящим. В какой-то момент расстановка сил поменяется и меня начнут преследовать. Но лишь мне решать, когда именно этот момент наступит.

Если все пройдет как задумано, я успею разыграть и последний акт этого спектакля. А потом они нападут на след. На долю секунды я позволяю себе погрузиться в недалекое будущее, когда все тайны будут раскрыты. Когда за этими смертями вместо анонима встану я, из плоти и крови. А потом… ничего. Когда все наконец завершится, воцарится справедливость. Я ни на миг не задумываюсь о последствиях, поскольку мои поступки находятся неизмеримо выше всех этих материй. Как восхитительно воздавать по заслугам тем, кто в свое время возомнил себя Богом. Как восхитительно видеть их предсмертные страдания. Их мольбы о пощаде, их пустые надежды. А затем — короткий миг, которым все завершается. Теперь власть в моих руках. И она дала мне право забрать раньше времени три жизни. Остался лишь последний, четвертый король.

19 ИЮЛЯ, ПЯТНИЦА, ХАРТОЛА

Ян отправился в Хельсинки к отцу — разбираться со всеми бумажными формальностями, связанными со смертью мамы. Переживания напарника не прошли бесследно и для Хейди: в последнее время она звонит маме чаще обычного. И хотя видятся они довольно редко, отношения поддерживают хорошие — по крайней мере, Хейди так кажется. Иногда она задается вопросом: как у такой нежной женщины выросла настолько суровая дочь?

Смерть Форса обернулась для всех ударом. Они не подоспели вовремя, не собрали кусочки мозаики воедино. Сейчас необходимо цепляться за каждую ниточку.

Когда Саана заходит в холл гостиницы «Линна», ее там уже поджидает Хейди.

— Спасибо, что пришли, — произносит Хейди, разглядывая собеседницу. Саана красива, от нее веет умиротворением. Волосы забраны резинкой в пучок, она слегка растрепана после поездки на велосипеде. Совсем без косметики. Прекрасное лицо, чуть тронутое загаром, большие глаза.

— В данный момент мы расследуем два убийства, произошедших в Хартоле. В подробности вдаваться не могу, но сейчас я отвечаю за поиск информации о более ранних смертельных инцидентах в этом районе. Пока работаем в широком диапазоне, хотелось бы сузить.

Саана кивает и сразу, не дожидаясь просьбы, протягивает Хейди свой черный блокнот и папку с торчащими отовсюду бумагами.