Принц ночи (ЛП) - Палфриман Лорен - Страница 82

— Смотри-ка, кто проснулся! Я удивлен, что ты здесь одна, — говорит он, вставая рядом со мной и указывая на амфитеатр вдалеке. — Мы сожгли его. Блейк настоял. Он всегда боролся со своим волком, и что бы ты с ним ни сделала… ну, с тех пор он стал совершенно невыносимым. Мой брат когда-нибудь рассказывал тебе о защитном инстинкте?

Волки охраняют то, что для них ценно. Блейк упоминал об этом.

— Чего ты хочешь, Джеймс?

Он издает мрачный смешок и проводит рукой по своей щетине.

— Уверяю тебя, ничего сложного. Все то, что хотел, когда был там, внизу. Выпивку, теплое тело и хорошо потрахаться. Тебе нечего бояться, девочка. Хотя мы и враги, в твоих жилах течет кровь моей богини. Я не причиню тебе вреда. Если мои люди узнают, кто ты… — Он качает головой, и пряди каштановых волос прилипают к его щекам. — Мое королевство разорвется на части, чтобы завладеть тобой. Я буду держать рот на замке. Даю тебе слово.

Напряжение внутри меня немного спадает. Джеймс, возможно, и не такой благородный, как Каллум, но я ему верю. Он пытался помочь мне в амфитеатре, даже до того, как узнал, кто я такая. У меня такое чувство, что в нем, возможно, есть что-то хорошее, спрятанное глубоко внутри.

Джеймс пожимает широкими плечами.

— Я знаю, что мысль о браке со мной показалась тебе отвратительной…

— Я нахожу почти все в тебе отвратительным.

— Почти? Ты прониклась ко мне теплотой, принцесса?

— Нет, и ты же не собираешься снова предложить нам пожениться, правда?

Он закатывает глаза.

— Этот корабль давно уплыл. Да, ты достаточно привлекательна, но я просил твоей руки только для того, чтобы позлить южан, и потому что знал, что Блейк что-то замышляет. Тебе следует быть на севере, с волками. С моим братом. Его честь не позволит ему жениться на паре другого волка, но, тем не менее, брачный союз с Каллумом был бы разумным. Мне неприятно это говорить, но из-за всех разговоров о Ночи в последнее время, я думаю, что может случиться что-то похуже. Возможно, нам придется объединить королевства, чтобы победить угрозу.

— Нет.

Джеймс выгибает бровь.

— Не упрямься. Я знаю, что между вами все сложно, но…

— Чтобы наши королевства объединились через брак, мой отец должен был дать согласие. Он правитель, не я, — говорю я, качая головой. — Даже если бы он был готов сотрудничать с теми, кого он угнетал и убивал, даже если бы Каллума можно было убедить объединить усилия с монстром, я не буду представлена волкам как политическая пешка.

Мой позвоночник словно натягивается, когда что-то дикое и колючее пронзает меня насквозь. Не знаю, зачем рассказываю это Джеймсу, но мне кажется, он поймет.

— Мой отец правил достаточно долго, — говорю я сквозь рев волн. — Он больше не подходит для роли короля. Филипп не претендует на трон, и в Снежных землях остался только один наследник. Когда мой отец умрет, трон достанется мне. Возможно, нам нужно объединить королевства, но я не приду к Каллуму как принцесса, не имеющая ни власти, ни влияния, и не попрошу о союзе. Я приду к нему как равная. Я приду к нему как королева.

Глаза Джеймса блестят в темноте.

— Я собирался вернуться в Хайфелл, чтобы бросить вызов новому Альфе, кем бы он ни был, но, если тебе нужна помощь в убийстве южан, думаю, мне давно пора навестить твоего отца.

Я внимательно рассматриваю его. Джеймс безжалостный, с большими сильными мускулами и опытом управления королевством. Он может быть разным со мной, когда захочет. Мне он не нравится, но, очевидно, мог бы быть полезен. Не то чтобы у меня было много союзников, так что, возможно, придется обойтись врагами с общими интересами.

— Хм. Возможно.

Он издает мрачный смешок.

— Ты действительно теплеешь ко мне.

Открываю рот, чтобы опровергнуть его заявление.

— Эй! Спасибо, что подождал! — кричит Райан, поднимаясь к нам по крутой каменистой тропинке. Его волосы цвета меди прилипли к голове, а лицо расплывается в улыбке, когда он видит меня. — Принцесса! Как ты…

Его лицо бледнеет. В то же время я ощущаю нежный аромат леса, который проникает в мою душу, словно тончайшая нить. Райан опускает голову и спешит мимо нас с Джеймсом к Серой Крепости. Джеймс качает головой, на его губах играет легкая улыбка.

Оборачиваюсь и вижу Блейка, который стоит между нами и железными воротами замка. Дождь словно прилипает к его черной рубашке, а ветер треплет волосы. Его глаза встречаются с моими, и я ощущаю, как нить между нами натягивается. В этот миг я словно падаю и замерзаю.

Засунув руки в карманы, он направляется к нам.

— Отличный план, крольчонок, — говорит Блейк, и я понимаю, что он подслушивал. На его щеке появляется очаровательная ямочка. — Хочешь, чтобы я помог?

Глава шестьдесят третья

Все слова вылетели из головы.

Блейк стоит передо мной на краю обрыва, а волны разбиваются о камни внизу, я отчасти понимаю желание Райана опустить голову и сбежать. Доминантность, которую я не замечала раньше, потоками накатывает от него. Возможно, я укрепила связь между нами, и теперь знаю о нем больше, чем раньше. Возможно, то, что связывает меня со всеми волками, ощущает в нем зверя. Он чувствуется… опасным.

Возможно, это из-за того, что он так неподвижен, когда вокруг бушует стихия, или из-за напряжения в его плечах, несмотря на расчетливую ямочку на щеке. Струйка крови на его лице смешивается с проливным дождем, стекая по щеке и капая с подбородка.

Джеймс ухмыляется. Широко. Он хватает Блейка за плечо и демонстративно крутит передо мной.

— Видишь это? Напряженные плечи, твердые бицепсы, сжатые челюсти, — говорит он, указывая на лицо Блейка. — Классические признаки защиты. Если бы я прикоснулся к тебе сейчас, принцесса, он, вероятно, попытался бы убить меня.

Блейк одаривает Джеймса угрожающей улыбкой.

— Если ты еще раз прикоснешься ко мне, я вырву твою руку и засуну тебе в задницу.

Джеймс смеется и слегка хлопает Блейка по щеке.

— Какой ужас.

Он направляется к железным воротам замка. Блейк разворачивается и слегка пинает его под коленку, отчего тот спотыкается.

— Придурок!

— Мудак.

Уголок губ Блейка дергается, когда он поворачивается ко мне. Меня пронзает осознание, что, хотя Блейк и Джеймс с радостью убили бы друг друга, Блейк был частью ближайшего окружения Джеймса — Альф — в течение двух, может быть, трех лет. Джеймс знал Блейка достаточно хорошо, чтобы понять истинное значение этой связи даже раньше, чем Каллум. Возможно, они в некотором роде друзья.

Когда ворота со скрипом закрываются, а шаги Джеймса тонут в шуме дождя, барабанящего по земле и морю, мое сердце замирает. Мы с Блейком впервые остаемся наедине с тех пор, как я ворвалась в его спальню и люди Локлана схватили его. Мы были врагами, работающими друг против друга, но он спас мне жизнь, а я спасла его.

Блейк проводит рукой по затылку, скрывая эмоции от меня. Думаю, что он чувствует себя так же неловко.

— Как ты себя чувствуешь? — наконец спрашивает он.

— Я… я в порядке. Спасибо. А ты?

Он тихо смеется и качает головой.

— Я в порядке, крольчонок.

Блейк вздыхает, и мои мышцы напрягаются. Уверена, что, несмотря на то что я промокла и дрожу, он собирается сказать мне вернуться в дом и отдохнуть. Но я не хочу возвращаться в постель прямо сейчас. Не хочу оставаться наедине со своими мыслями и не хочу рисковать ночными кошмарами, которые, я уверена, обязательно придут.

Он подходит к валуну на краю обрыва и садится, глядя на океан. Делаю глубокий вдох и подхожу к другому камню в нескольких футах от него, и сажусь, свесив ноги с обрыва.

Вдалеке амфитеатр, почти полностью затянутый черным дымом.

— Джеймс сказал, что ты приказал сжечь его. Почему?

— Я хотел сжечь тела. На послушниках была метка Ночи, означающая, что они отдали свои души ему. Я слышал истории, что некоторые из пленников Ночи настолько сильны, что могут вселяться в мертвых. Это заставило меня задуматься о Кае, еще в Мадах-Аллайхе, и о его изменившихся глазах.