Принц ночи (ЛП) - Палфриман Лорен - Страница 46

Ветки и камешки хрустят под уверенными шагами Александра. Он насвистывает, слегка фальшивя. Мелодия знакомая, и она вселяет в меня страх, даже более сильный, чем страх, что он меня поймает.

— Поехали! — дыхание Блейка щекочет мне ухо.

Крепко сжимаю поводья и, упираюсь пятками, заставляя лошадь мчаться сквозь деревья. Ее землистый запах наполняет мои ноздри, смешиваясь с ароматами леса, дождя и темного яда Блейка. Ветер развевает мои волосы, и радостное возбуждение смешивается со страхом. Я так давно не ездила верхом, так давно мы с мамой не скакали галопом по сельской местности, но сейчас это чувство возвращается ко мне, словно инстинкт.

Свобода, ликует мое сердце. Свобода.

Позади нас слышится стук копыт, и низкий, грубый смех наполняет мои уши.

— Тебе не убежать, любимая.

Паника нарастает во мне. Огни поместья гаснут, и вокруг наступает темнота. Я не знаю, куда еду. Дыхание Блейка прерывается у меня на шее. Он долго не протянет, если не позаботиться о его ранах.

Он тихо говорит мне указания, и я стараюсь ориентироваться в залитой лунным светом местности, чувствуя, как его грудь поднимается и опускается у меня на спине. Мои бедра ноют от напряжения, когда я сжимаю седло. Блейк начинает соскальзывать позади меня и сильнее обхватывает меня за бока, впиваясь пальцами.

— Там, впереди, — говорит он, кивая и касаясь подбородком моего плеча. — Он не пойдет за нами туда.

На склоне горы видна часовня, окруженная железной оградой, из влажной земли которой торчат старые надгробия. Веду нас через открытые ворота, на которых из стали выгравированы полумесяцы и звезды. Оказавшись среди могил, останавливаю лошадь. Дальше ехать некуда.

Внезапно в воздухе раздается грубый смех. Мое сердце бешено колотится, но я вздергиваю подбородок и поворачиваю лошадь.

— Привет, Александр, — говорю я.

Александр останавливает лошадь и спешивается у ворот.

— Я так часто представлял себе нашу встречу, но реальность превзошла все ожидания. — Он протягивает руку, и когда его темный рукав поднимается, я замечаю следы чернил на его запястье. — Пойдем со мной, любимая. Я отвезу тебя домой.

Я качаю головой.

— Теперь это мой дом, и, если ты думаешь, что сможешь использовать меня, чтобы заставить отца простить тебя, ты ошибаешься.

Александр запрокидывает голову и смеется.

— Твоего отца? Ты думаешь, я хочу благосклонности этого старого дурака? Нет. Мои планы на тебя гораздо слаще, любимая. Иди ко мне. Я подарю тебе славу.

— Почему бы тебе не подойти и не забрать ее, Алекс? — голос Блейка звучит ровно, но он крепко сжимает мою талию под плащом, словно боится, что упадет.

Улыбка Александра становится шире.

— Вы только посмотрите, любимый щенок короля. Я скучал по тебе, Блейк. Скучал по твоим крикам. Иногда они мне снятся. А я тебе снюсь?

Мои брови приподнимаются. Они знают друг друга?

— Иногда, — говорит Блейк.

Александр кивком указывает на меня.

— Можем разделить ее, если хочешь.

Блейк смеется.

— Нет? — Александр проводит рукой по своим темным волосам и пожимает плечами. — Ладно. В другой раз. Если хочешь повеселиться, приведи ее в Серый замок. У меня там один из наших старых друзей, с которым я хотел бы ее познакомить. Прежде чем она выполнит свое предназначение, конечно.

Он поворачивает коня и смотрит на меня через плечо.

— Очень скоро мы снова увидимся, любимая. А пока я отправлю кое-кого навестить тебя в Мадах-Аллайхе. За последние недели мы с ним очень сблизились. Постарайся, чтобы он чувствовал себя желанным гостем, хорошо?

Он уезжает.

Блейк прижимается ко мне.

Глава тридцать вторая

У меня там один из наших старых друзей, с которым я хотел бы ее познакомить. Прежде чем она выполнит свое предназначение, конечно.

Дрожь охватывает мое тело. Деревья на церковном дворе раскачиваются на ветру, а могилы вокруг нас торчат из земли, словно кривые зубы. Кажется, что мы находимся за много миль от всего. Блейк стонет у меня за спиной, и в голове роятся вопросы об Александре и его связи с Блейком. Но сначала мне надо помочь ему.

Делай, как он говорит. Я отгоняю воспоминания о приказе Каллума.

— Ты в сознании? — шепчу я.

— Ммм, — бормочет он в ответ.

Рука Блейка, прижатая к моему телу, холодна как лед. Если мне не удастся его вылечить, мы оба умрем. Пытаюсь успокоить свое бешено колотящееся сердце.

— Полагаю, у тебя в сумке есть противоядие?

Он хмыкает, и я принимаю это за согласие.

— Хорошо.

Подвожу лошадь к часовне и останавливаюсь у арочной двери. На камне вокруг нее высечено еще больше звезд и полумесяцев. Это одна из часовен Ночи.

Рука Блейка кажется мне тяжелой, когда я убираю ее с себя. Он слегка оседает, а я соскальзываю с лошади на тропинку. Мои колени подгибаются, и я упираюсь рукой в бок лошади, чтобы сохранить равновесие. Мое плечо касается ноги Блейка, и я делаю глубокий вдох.

— Давай, — говорю я.

Протягиваю ему руку, но он умудряется соскользнуть вниз без моей помощи. Сухие листья хрустят под его ботинками, когда он приземляется.

— Блядь. Чувствую себя дерьмово.

Блейк спотыкается и толкает меня в плечо. Прислонившись к стене часовни, он наклоняется вперед. Темные пряди волос падают ему на лоб, а кожа бледная, словно лунный свет.

Быстро подхожу к седлу и, не теряя времени, начинаю рыться в сумке. Наконец-то, удается найти черный футляр, который, как я видела, он использовал для исцеления людей. Оглянувшись, замечаю, что он облокачивается на стену, положив руку на плечо. Его голова откинута назад, прижата к камню, а горло обнажено. Кровь просачивается между пальцами и собирается в небольшую лужицу на каменных плитах у ног. Блейк никогда раньше не выглядел таким уязвимым.

Подойдя к нему, обнимаю за талию. Он кладет руку мне на плечо, и я тащу его внутрь часовни. Дверь закрывается за нами.

Внутри храма несколько рядов скамей ведут к каменному алтарю. Над ним расположено витражное окно, украшенное изображением ключа с полумесяцами на конце. Серебристый лунный свет, проникающий сквозь окно, создает на каменных плитах слабый ореол. В воздухе витает густой запах плесени.

— Вымой руки, — говорит Блейк, кивая на каменную купель у входа.

Я тщательно мою руки в холодной воде, а он тем временем направляется по проходу. Я стряхиваю воду и спешу за ним, обнимая за талию, когда он начинает спотыкаться.

— Вот так, — говорю я, кладя руки ему на бедра и поворачивая лицом к себе. Подталкиваю его спиной к алтарю, мои костяшки пальцев касаются его груди, затем торса, пока я расстегиваю пуговицы на его одежде. Его подбородок опускается, и я чувствую его пристальный взгляд на своем лице.

— Как ты узнал, где я?

— У меня есть источник в Мадах-Аллайхе.

— Магнус? — Не могу сдержать неодобрительной ухмылки.

Уголок его губ слегка приподнимается.

— Ты разговаривала с Элси.

Расстегиваю последнюю пуговицу, и его рубашка распахивается. Замечаю бледные линии, пересекающие грудь, а рядом с правым бедром — длинный изогнутый шрам. Прядь темных волос спускается в его бриджи.

— Как только ты перестанешь восхищаться мной… — бормочет Блейк.

Борясь с румянцем, помогаю высвободить здоровую руку из рукава. Снимаю пропитанную кровью ткань с раненого плеча и бросаю на алтарь. Блейк смотрит на две дырки в предплечье, из которых сочится горячая кровь.

— Выходные отверстия. По крайней мере, пули не во мне. В моей сумке есть жгут и шприц с противоядием, — говорит он, и я киваю.

Прохожу мимо него и расстегиваю сумку. Она раскрывается, с одной стороны, в ней лежат различные скальпели, маленькие флаконы и шприц. С другой стороны — кожаный ремешок, рулон марли, игла и нитка. Я достаю ремешок, марлю и шприц, наполненный прозрачной жидкостью.

— Хорошо, найди вену.

Он протягивает здоровую руку. Обматываю ремешок вокруг бицепса и стараюсь не думать о том, какой он напряженный под моими пальцами. Затягиваю жгут, вены на его предплечье проявляются. Беру шприц и осторожно ввожу иглу, нажимая на поршень. Блейк издает тихий звук и запрокидывает голову, когда противоядие начинает действовать. Достаю шприц и кладу на алтарь рядом с ним.