Вой и реликвии (ЛП) - Карсак Мелани - Страница 11

— Мы что-то упускаем. Либо так, либо по болотам бродит бессмертный друид-оборотень.

Я была согласна с напарницей. Пазл пока не складывался. Каким бы ни был ответ, он всё еще таился в глубине трясины.

Ручка двери лязгнула, и лакей Найлз распахнул её. В комнату вплыла леди Шарлотта — живое воплощение викторианской высокой моды в атласе и бантах.

Мы с Харпер поднялись.

— Агенты, я хотела узнать, не присоединитесь ли вы к нам с братом за обедом этим вечером? Нам обоим очень интересно узнать, что вы обнаружили.

— Благодарю вас, леди Шарлотта, — ответила Харпер. — Мы будем рады.

Может, Харпер и будет рада, но у меня была работа, а леди Шарлотта меня раздражала.

— Чудесно. Гонг к переодеванию прозвучит около семи, — сказала леди Шарлотта, развернулась и вышла из комнаты с отчетливым шорохом платья. Найлз бросил на нас понимающий взгляд и закрыл за ней дверь.

Я хмуро посмотрела на Харпер.

— Что? Нам нужно поесть. И если мои подозрения верны, Лувель, тебе пора привыкать к вращению в высшем обществе, — подмигнула она.

— И это ты называешь высшим обществом? Я бы предпочла пообедать в Темном квартале, — парировала я и вернулась к бумагам, но мысли мои теперь были заняты другим. Эдвин Хантер был охотником на демонов и агентом. Это был тот Эдвин, которого я знала и который был мне дорог. Сэр Эдвин Хантер, баронет — это был совсем другой человек. Но Харпер была права. Как… кем бы я ни была для Эдвина… мне придется освоить правила приличия. В конце концов, Эдвин был близок с королевой. И хотя мне нравилась Ее Величество, что-то подсказывало мне: то, что королева Виктория знала о нашей работе и о том, с чем мы сталкиваемся, делало её куда более человечной, чем леди Шарлотта. Я подозревала, что последняя получит истинное удовольствие, наблюдая, как я путаюсь в столовых приборах. Что ж, мне жаль её разочаровывать, но Фелис Лувель обучила свою внучку манерам принцессы. Я даже смогу станцевать вальс, если меня припрут к стенке.

Я снова уткнулась в записи. Леди Шарлотта — это пустяки. Как только я посажу на цепь того монстра, что рыщет в округе, она быстро сменит тон.

— Тебе нужно лечь пораньше сегодня, — сказала я Харпер.

— Почему?

— Потому что нам нужно быть в полной готовности, чтобы выследить того, кто бродит в час ведьм.

— Замечательно. Знаешь, у нас есть все шансы утонуть в этой трясине.

— Ничуть. На этот раз мы знаем, где искать.

— Руины ночью. Это будет весело.

— Что самое худшее может случиться? По крайней мере, мумий мы там точно не встретим.

— Ха. Ха, — отозвалась Харпер и снова содрогнулась.

Мы еще немного задержались в библиотеке, изучая заметки. Харпер попросила дворецкого, Фрэнсиса, помочь ей найти еще несколько гроссбухов, а я направилась обратно в сад. Ответы, которые мы искали, не таились на страницах книг. Они были живы и обитали в фенах.

Я восстановила в памяти маршрут и вернулась к опушке леса, где утром мы нашли след. Наклонившись, принялась изучать отпечаток. Мой взгляд скользнул от следа лапы в сторону туманных болот. Кто-то там был. Но кто и зачем?

Соблюдая осторожность, я вышла на болота. Но след быстро простыл, поглощенный илистой топью. Сегодня ночью я найду того, кто там прячется. И если у него окажутся красные глаза, я поговорю с ним по-хорошему.

Солнце клонилось к закату, раскрашивая горизонт в золотистые и сливовые тона. Достав карманные часы, я отметила время: шесть пятнадцать. Ох. Чем быстрее я закончу это дело, тем лучше.

Я развернулась и пошла к дому, чтобы успеть переодеться к обеду.

Глава 11: Я бы предпочла Безумное чаепитие

Мне никогда особо не нравилось то синее платье, которое Филипп Филлипс имел любезность испортить. А вот зеленое платье, которое я носила в рождественские праздники, всё еще сидело на мне так же ладно, как и в прошлые годы, когда бабушка таскала меня с одного светского раута на другой. Оно не совсем подходило для нынешнего сезона, и я была уверена, что леди Шарлотта это заметит, но обеденная мода волновала меня в последнюю очередь. А вот шестипалая тварь, рыщущая по пустошам, — очень даже.

Я вернулась в свою комнату и застала Харпер в разгаре борьбы: настоящая горничная, упорно называвшая мою напарницу «миледи», пыталась помочь ей одеться, пока та отбивалась.

— Позвольте мне застегнуть пуговицы, миледи, — уговаривала девушка, помогая моей сопротивляющейся спутнице облачиться в модное темно-пурпурное платье.

— Клемени! Вот и ты. Я уже начала волноваться. Гонг к переодеванию прозвучал довольно давно. Нам пора готовиться, — в голосе Харпер слышались нотки нервного раздражения.

— Я приготовила оба ваших платья, миледи, — сказала горничная, оборачиваясь и приседая передо мной в реверансе. — Красное платье — для бала?

— Да, — ответила я, косясь на наряд, выглядывающий из гардероба. От одного взгляда на него в животе завязался узел. Мое зеленое платье уже лежало на кровати.

— Это Эмма, — представила Харпер горничную. — Я говорила ей, что нам не нужна помощь, но она настояла.

— Агент Харпер просто очень добра, но леди Шарлотта велела миссис Кэрролл прислать меня. С агентом Харпер я почти закончила. Следующей помогу вам, агент Лувель. Признаться, у нас никогда не бывало агентов «Красных Плащей» Ее Величества, кроме сэра Эдвина. Это так волнующе!

— А сэр Эдвин часто здесь обедает? — спросила я.

— В последнее время нечасто, но раньше — да. Он и сэр Эдисон прекрасно ладят.

— А леди Шарлотта? Она тоже прекрасно ладила с сэром Эдвином? — подхватила Харпер, избавляя меня от неловкости за чрезмерное любопытство к прошлому Эдвина.

— Им всегда очень весело в компании друг друга. Покойная леди Кэбелл очень любила сэра Эдвина. Да и крестная сэра Эдвина, леди Чедвик, часто заезжает в гости.

Крестная?

— Понимаю, — сказала Харпер, бросив на меня многозначительный взгляд.

— Но я не припомню, чтобы видела здесь сэра Эдвина с последнего бала, — задумчиво добавила горничная, затягивая последнюю ленту на платье Харпер.

Я внезапно почувствовала, будто погружаюсь в трясину. Значит, у сэра Эдвина и леди Шарлотты было общее прошлое. Я так и подозревала. В конце концов, он — сэр Эдвин, она — леди Шарлотта. Само собой, они могли рассматривать возможность союза, если семьи были в хороших отношениях, особенно эта таинственная крестная, о которой Эдвин ни разу не обмолвился.

Я почувствовала острый укол раздражения на Эдвина.

Мой взгляд снова упал на красное платье. В памяти опять возник образ Львиного Сердца, смотрящего на меня из-под светлой пряди, и желудок болезненно сжало.

Разрази меня гром. Собирается он вообще возвращаться? Мне нужно, чтобы он просто уже вернулся.

— Готово, агент Харпер, — сказала горничная. — Нужно ли что-нибудь еще?

Харпер покрутилась перед зеркалом.

— Ну, что скажешь? — спросила она меня.

— Прелестно, — искренне улыбнулась я. Она и впрямь выглядела очень мило. Пурпурное платье, отороченное черным кружевом и изящным бисером, заставляло её глаза сиять.

— Хорошо. Я потратила месячное жалованье на два платья только ради этой поездки. Не хотелось бы ударить в грязь лицом, — со смехом призналась Харпер, и мы с горничной её поддержали.

— Хозяева собираются в гостиной перед обедом, вы можете спуститься, пока я одеваю агента Лувель, — предложила Эмма.

Харпер кивнула.

— Пойду, разведаю обстановку?

— Пожалуйста.

Харпер кивнула мне и вышла.

Я повернулась к горничной.

— Ну, посмотрим, что ты сможешь сделать, чтобы превратить эту одноглазую пиратку в приличную даму.

— А как вы… если позволите спросить… как это случилось? — она мельком взглянула на мой лунный глаз.

— Схватилась с волком.

Девушка прыснула, но, увидев мое серьезное лицо, осеклась.

— Вы серьезно?

— Да. Вполне.

— Это ужасно.