Дело рода (СИ) - Уточкин Вячеслав - Страница 6

Обнаружен внешний поток энергии

Доступно: преобразование в ресурс для модуля самовоспроизводства

Потери при конвертации: 50%

Внимание: энергия пройдёт через магоканалы.

Восстановленные каналы будут разрушены.

Ожидается повышенный уровень боли.

Приступать? Да/нет?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Волна энергии добралась до меня. Почувствовав, как вскипает кровь и вся другая жидкость в моём организме, я, превозмагая боль, заорал вслух:

— Да-а-а-а!

Энергия втянулась в правую руку, добавив ещё больше, мягко говоря, неприятных ощущений. Сквозь пелену, затягивающую глаза, я увидел, как этот гад выскакивает за дверь, предварительно ударив по красной кнопке возле неё.

Взвыла сирена. Свет под потолком вспыхнул и погас. Я оказался в своём внутреннем мире.

Когда я был тут последний раз, меня встречал великолепный парк с паучками-садовниками. С того времени в нём произошли кардинальные изменения.

Дикие заросли заполонили сад вместо аккуратно подстриженных кустов. Дорожки заросли сорняками. Забор, огораживающий источник, покрылся лишайником.

Пройдя до калитки, я постучал.

Проекция девушки-кошки в наряде медсестры рассерженно на меня зашипела:

— Я тебя ненавижу! Ты — ошибка мироздания! Как ты можешь так поступать?

Если две первые фразы были просто чистыми и незамутнёнными эмоциями, то последнюю я не понял.

— Слушай, сбавь немного эмоции. И поясни, как именно поступать?

Мой спокойный тон только добавил ей раздражения. Хвост, торчащий из-под халатика, распушился, ушки прижались к голове.

— Мы, две несчастные девушки, доверили свою судьбу тебе! А ты! Ты… — Она аж зашипела от нахлынувших чувств. — Постоянно попадаешь в передряги. И можешь сдохнуть в любой момент.

Честно говоря, от таких обвинений со стороны собственного проклятия я на пару мгновений растерялся.

— Ну, знаешь, это как-то слишком! Думаешь, мне нравится непрерывно бороться за выживание⁈ — Я тоже повысил голос. — Я тебе не адреналиновый маньяк и не пишу научную работу «100 и один способ умереть до девятнадцати».

Мы с кошкодевочкой ещё немного посверкали друг на друга глазами и успокоились. Я решил переключить её на другую тему и спросил:

— Тебя как звать-то?

Она, засмущавшись, спрятала хвост между стройных ножек и тихо ответила:

— Мявка.

— Тоже красиво.

Именно в этот момент меня выдернуло в реальный мир.

Я лежал на полу возле раковины. В тусклом свете аварийного освещения надо мной стоял тот самый молодой лаборант с окровавленной головой. В руках он держал большой хирургический нож. Для полного набора взор закрыла надпись от Слова:

Ресурсы накоплены.

Доступно: расконсервация модуля самовоспроизводства наноагентов

Приступать? Да/нет?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я дал согласие, убрав надпись. Одновременно с этим откатился в сторону. Промахнувшийся медик снова взмахнул ножом.

Вызвал из инвентаря горсть стальных шариков для арбалета. После прокола я не перезарядил арбалет, но в текущей ситуации это оказалось даже к лучшему. Из арбалета я прибил бы бедолагу. А так точным броском в его многострадальную голову просто отправил в забытьё.

С каждой минутой я чувствовал, как силы возвращаются ко мне. Снова зверски захотелось пить. А ещё проснулся жуткий голод!

На восстановление тела ушёл весь жирок. Сейчас я выглядел, как анатомическое пособие. Неудивительно, что люди меня пугаются.

В помещении становилось всё прохладнее. Позаимствовал халат у медика. На всякий случай связал ему руки его же ремнем.

От души напился из-под крана и приступил к осмотру кабинета.

Ничего хорошего!

Входную дверь перекрывала стальная плита. Пульт климат-контроля не работал.

Я достал из инвентаря переговорник. Конечно же, связь тут тоже не работала.

Сев в позу для медитации, я попытался докричаться до Люция. Не получив ответа, достал один из оставшихся телепортационных свитков. Три штуки в своё время приобрел на межмировом рынке. Чётко представил себе комнату в нашем с Лён коттедже в Академии.

Сломал печать и прыгнул в портал.

Оказался около своей кровати. Ох, давно я не наслаждался тем, чтобы просто на ней поваляться, ни о чём не думая. Ну да будет и на нашей улице праздник… своевременно или немного позже.

За окном осенние тучи исходили мелким дождём. В доме стояла тишина.

Я решил первым делом принять душ и переодеться. Под тёплыми струями воды мысли текли медленно и печально. Больше всего волновало молчание Люция, который не успел дать ответ: что же произошло с душой Надежды.

И хотя этот вопрос был в приоритете, я решил его отложить. Надеюсь, Люций жив, но просто сейчас не в состоянии ответить.

Перешёл ко второму важному вопросу. Он тоже связан с Надеждой. Но с принцессой. Надо как-то освободить её душу от проклятия Мявки. А для этого предстоит найти подходящего носителя. Вот тут можно сдвинуться с мёртвой точки. Ведь полученное от Стелы задание премиум-класса давало шанс снять проклятие и, следовательно, освободить душу принцессы.

Я вызвал в памяти карту, полученную от Стелы. Начинать путь к отмеченной ею точке внутри аномалии Топь удобнее всего из Выборга. Заодно в местной библиотеке посмотрю старые карты и ознакомлюсь с бестиарием болотных тварей.

Решено! Еду в Выборг.

Закончив водные процедуры, я подошёл к шкафу с одеждой.

В доме прохладно, а отопление обещали подключить только в октябре. Выбрал толстовку и утеплённые спортивные штаны.

Услышал, как стукнула входная дверь. Снизу донеслись голоса.

— Лён! — Я сразу узнал голос Арзамасской. — Давай переодевайся, а я пока на стол накрою.

— Кэт и ребята обещали подойти. — Голос Лён звучал устало и грустно. — Они все хорошо знали Михаила.

Во входную дверь постучали.

Подслушивать, конечно, нехорошо. Но очень полезно для здоровья.

Натянув шерстяные носки, я сел возле приоткрытой двери. Решил подождать, пока накроют на стол, и послушать, о чём будут говорить. А то в прошлый раз сильно всех напугал своим воскрешением, да ещё монстра какого-то во мне увидели. Надо в этот раз выйти к ним в подходящий момент.

— Ты рано, — голос Арзамасской.

— В Академии объявили красный уровень тревоги. Охрана как с цепи сорвалась.

Вначале я не узнал голоса гостя. Но когда Алёна обратилась по имени:

— Василий, что там случилось? — сразу понял, что это Мышин, с которым мы прекрасно общались в поезде к Академии. У нас даже сложились дружеские отношения. Потом круговерть выживания не оставляла нам времени пообщаться.

Меж тем Мышин рассказывал интересные вещи:

— Всё очень странно. Всех студентов и большинство преподавателей срочно удалили. Прибыли военные и выставили оцепление. Нам толком ничего не говорят.

Несколько минут внизу царило молчание. Потом он продолжил:

— Я специально пришёл пораньше. Вот какое дело. Князь Вяземский оставил для Михаила посылку. На случай, если он исчезнет, и его не будет более недели, передать Мише. Вяземский, в итоге, пропал, а Михаил погиб. Я вот думаю: а что с ней делать-то?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да, дела… — задумчиво протянула Арзамасская.

Чувствую, без меня они не разберуться. Решил, что самое время спуститься к ним.

Первым меня заметил Мышин. Тихо пискнув, он уронил контейнер.

Тренированное тело Алёны в развороте ушло в сторону и замерло.

— Миша?.. — словно не веря себе, хрипло спросила она.

Сколько же веры в чудо я увидел в её глазах! На душе стало тепло. Именно в такие моменты понимаешь, как любят тебя близкие люди. Как они страдают, когда ты уходишь.