Слабость черного дракона - Марук Майя - Страница 1

Annotation

После смерти София просыпается в теле двадцатилетней Ангэ и сразу попадает в чужой кошмар: богатая семья, сорванная помолвка, жених-предатель и воспоминания, от которых неприятно холодеют руки. Ангэ умерла, узнав об измене жениха, но София быстро понимает, что дело куда интересней банальной неверности. Идеальный мужчина оказался монстром и годами приручал девушку, превращая её любовь в зависимость, и питался ее жизненной силой.

Чтобы защитить себя София соглашается на брак по контракту. Вот только мужчина, которого София собирается использовать как щит оказался драконом, который сделает все, чтобы она навсегда осталась рядом с ним.

Майя Марук

Часть 1.

Часть 2.

Часть 3.

Часть 4.

Часть 5.

Часть 6.

Часть 7.

Часть 8.

Часть 9.

Конец ознакомительного фрагмента.

Майя Марук

Слабость черного дракона

Часть 1.

— Что ты делаешь? Нас же могут увидеть!

Шум воды заглушал голоса, но я все равно отчетливо слышала слова. Странные слова, на каком-то мяукающем языке, который я почему-то понимала, словно говорила на этом языке всю жизнь.

Голова сильно болела. Руки почему-то тряслись. Через секунду поняла, что лежу на полу, в огромной ванной комнате. За матовой стеной разговаривали мужчина и женщина.

— Никто не увидит. Не бойся. Ангэ встречается с подругой. А даже если что-то узнает, какая разница? Она все равно не откажется от свадьбы.

Слово “Ангэ” я восприняла как собственное имя. Но я была не Ангэ. Меня звали София. София. Звали. Меня.

Воспоминания яркой вспышкой пронеслись перед глазами. Вот я просыпаюсь в пять утра от звонка. Срочный вызов. Полковник Радов кого-то там “накрыл” и срочно понадобился переводчик. Нехотя поднялась с кровати. Быстро собралась. Машина уже ждала у подъезда. Красный фольксваген Мити Хромова. А потом… Яркий свет фар, скрежет шин, удар и… Я умерла? Должна была умереть. Удар был сильным. Осколки разлетелись в разные стороны. Металл смялся, словно форма из фольги. После таких аварий не выживают.

Я умерла, но… Но я была жива. Или… Пронеслась еще одна вспышка.

Вторая волна воспоминаний принадлежала не мне. Девушка по имени Ангэ вернулась домой. Она собиралась ехать на встречу с кем-то, но забыла телефон. Остановила такси, вернулась домой, поднялась на второй этаж и услышала странные звуки из спальни жениха. Она осторожно открыла дверь, звуки секса стали громче. Ангэ тихо вошла в ванну и упала.

Смерть была мгновенной. Она даже не поняла, как скончалась. А я… Я заняла ее место? Я… Я попаданка?

— Дорогой, ну что ты такое говоришь, — женщина звонко расхохоталась. — Я не верю, что твоя невеста такая жалкая.

Охренеть! Это с какой самоотдачей нужно трахаться, чтобы не заметить, как в паре метров от тебя грохнулся человек?!

— Ты же знаешь, что она всего лишь вещь, — сообщил мужской голос. — Инструмент. Как только она исчерпает ресурс, я от нее избавлюсь, и мы сможем открыто быть вместе. Ты станешь единственной госпожой Ли.

Я блять что, в дурдом попала? Что за нахрен?! Нормальные же попаданки демонов соблазняют, а не тюбиков!

Стараясь не шуметь, осторожно выползла из ванной и только в комнате поднялась на ноги и вышла в коридор. Слушать этот бред просто не было сил. А для скандала не было вводных.

Нужно было подумать. Все хорошо обдумать. Я хотела пойти в спальню Ангэ, но ноги понесли в другую часть дома. Видимо, туда, где хозяйка чувствовала себя в безопасности. Или просто подальше от ушлепка. И почему у них разные спальни, если они под одной крышей живут?

Хотя беглый осмотр интерьера сразу дал понять, что домом владели далеко не бедные люди. Возможно, раздельные спальни для них это вполне себе и норма.

Вдруг остановилась возле зеркальной стены. Я не была уверена в готовности увидеть свое отражение, но все равно остановилась. Ощущения оказались странными, и по удовольствию ниже среднего.

Смотреть в зеркало, понимать, что это твое отражение, но видеть чужого человека. Мне понадобилось время, чтобы как-то привыкнуть к этому… факту. Привыкнуть. Не принять. Но привыкнуть.

Прежняя хозяйка тела была лет на десять или пятнадцать младше меня. Совсем молоденькая. Всего двадцать. Она была породистой. Красивой, безусловно. Но ее красота была ничем. В ней была именно порода. Родословная. Ровная спина, скульптурное лицо, которое она почему-то мечтала изменить. Неплохая фигура: выраженная талия, плоский живот, даже какая-то грудь была. А вот попа плоская. Хотя это можно исправить с помощью становой тяги и такой-то матери. Не проблема. А вот одежда, в которую была одета Ангэ, была хоть и дорогой, но совершенно ей не подходила. Уродливые рюши, жакет в стиле Шанель. Вся эта напускная невинность словно была призвана заглушить хозяйку тела. Но хуже одежды были ее воспоминания.

Они приходили хаотичными вспышками и заставляли меня морщиться и шипеть от головной боли. Чтобы как-то пережить этот поток и не сойти с ума раньше времени, я вышла в сад и села в первое попавшееся кресло, подтянула колени к груди и сжала зубы, чтобы пережить следующий поток чужих воспоминаний. Синхронизация с новым телом проходила не так гладко, как это описывалось в фантастических романах.

После третьей или четвертой волны воспоминаний, когда шелковая блузка прилипла к влажной спине, а сидеть в жакете стало просто невыносимо, я увидела зажигалку и пачку сигарет, лежащих на низком столике.

Это было как раз тем, что нужно. Дрожащими пальцами закурила и попыталась расслабиться и хоть как-то разложить информацию по полочкам.

Ангэ была дочерью семьи Ян. Ее отец организовал помолвку дочери с семьей Ли. Если вспоминания Ангэ были верны, то с точки зрения местных традиций, это был логичный и выгодный брак. А сам договор о помолвке семьи заключили, когда Ангэ была ребенком.

Если верить воспоминаниям девушки, она сначала не хотела соглашаться на свадьбу с Хао. Но будущий муж Ангэ, очень красиво за ней ухаживал: дарил подарки, провожал до дома, говорил красивые слова. В конце концов, неопытная девушка влюбилась. Их отношения длились два года. И год Ангэ жила в особняке Хао. Странно. Очень странно.

Через неделю семья Ли должна официально объявить о помолвке с семьей Ян и назначит дату свадьбы. Вот только сегодня Ангэ не вовремя вернулась домой и узнала о том, что Хао ей изменяет. Изменяет со сводной сестрой.

— Ебушки – воробушки! — вырвалось у меня, само собой, и рука потянулась за следующей сигаретой.

А я думала, что жизнь у судебного переводчика веселая. А тут… Какой-то лютый пиздец творится. Трахать сводную сестру под носом у невесты и ничего не бояться! Впрочем, если я правильно понимала характер прежней хозяйки тела, то бояться подонку действительно не стоило. Вместо того чтобы устроить скандал, она предпочла сбежать на тот свет.

С удовольствием затянулась горьким дымом. Интересно, кто разбрасывает сигареты? Вроде в этом доме никто не курил. Но, спасибо этому доброму человеку за рассеянность.

Мне нужно было решить, что делать дальше. Ситуация была критической. По-хорошему нужно было бы где-то спрятаться, чтобы все обдумать. Вплоть до того, что притвориться дурой и на время сделать вид, что ничего не произошло. Вот только чужое тело на эту мысль отреагировало острой болью в сердце и приступом удушающей злости.

Затянулась горьковатым дымом еще раз и погасила окурок. Хозяйка тела мертва. Я… я, похоже, тоже мертва. И теперь придется как-то крутиться в этом… В этом всем.

Достала третью сигарету. Обычно я курила только в особых случаях и не так много. А Ангэ вообще никогда не трогала сигарет. Но сегодня был особенный вечер. И кресло удобное. Только кофе не хватало. Откинулась на спинку и попробовала сосредоточиться.

Итак, Ангэ родная дочь Ян Цзымо. Господи! Ну почему ты наградил их такими сложными именами?! Серый дым вырвался из губ. Если бы мои родители были живы, они бы умерли, узнав, в какое дерьмо вляпалась их дочь после смерти!