Развод с драконом, или Гиблое поместье попаданки - Тирс Зена - Страница 8

Спокойно, Аня.

Возможно, он прибыл всего лишь отругать меня за выброшенные вещи.

Но отчего же так страшно?!

Я прижала собачку к груди и только успела привстать со стола, как дверь в комнату резко распахнулась.

На пороге, заполнив проём широкими плечами, появился Рейгард. Его глаза, рассечённые вертикальными зрачками, пылали огнём. Столько в них было звериного и хищного! Словно он уже всё про меня знает! Совсем всё!

Перед внутренним взором пронеслись все моменты, где я могла себя выдать. Где?!

Во рту пересохло. Дыхание остановилось.

— Здравствуй, ласточка, — медленно проговорил монстр, подступая ближе. Вплотную.

10

Рейгард

Карета с Аннет отъехала от особняка. Я провожал её взглядом, и зверь раздирал нутро, будто отпускает СВОЁ. Рвал когтями и скулил. Ещё не насытился, ему мало было одной ночи с ней, он хотел ласточку всю целиком. Ещё. Хотелось задержать её ещё на неделю и провести всю эту неделю в постели.

Я придушил зверя, заставил замолкнуть и взглянул на Меделин.

Вот оно ТВОЁ, мой зверь! То, что в ней — это ТВОЁ!

Но дракон пока не чувствовал ребёнка — всего месяц ему — зверь не понимал, что Меделин беременна. Я и сам не мог поверить до конца. Столько лет не получалось. Мужчине нужно увидеть собственными глазами, чтобы поверить, что он отец, и я не мог дождаться, когда у Меделин начнёт расти живот.

Я привлёк девушку к себе и накрыл ладонью то место, где был у неё мой сын. Маги сказали, будет мальчик. Мой долгожданный сынок. Мне будет, что оставить после себя. Мои враги не дождуться, чтобы стереть меня в пыль. У меня есть сила, власть, наследие древней драконьей крови, теперь будет и сын — моё продолжение — как у всех сильных мужчин мира сего. Я передам ему всё. Я жду и не могу дождаться, когда возьму его на руки.

И глядя на удаляющийся экипаж, я испытывал лютую злость. Столько лет потратил впустую с НЕЙ, старался зачать, а она оказалась пустоцветом. Аннет выбрали, как идеально совместимую со мной женщину. Я уже думал, что причина во мне — ведь, когда боролся с древним демоном Дитрихом, вселившимся в отца, он кое-что мне пообещал…

Дитрих нашёл лазейку, чтобы проникнуть в душу моего отца, и занял его место. Я понял, что отец одержим, и вступил в бой. Применил заклинание, запрещающее демону побег из тела. Я знал, если запечатать демона в оболочке смертного и убить, то он погибнет. Отца было уже не спасти, душа его была уже выжжена, а демона можно было одолеть.

Мой меч упёрся в горло этой твари. Я был готов убить собственного отца, главу рода, моего господина, Лорда, верховного дракона королевства.

Но Дитрих нашёл лазейку и в мою душу и сказал:

— Убьёшь главу рода, и я запечатаю тебе доступ к родовой силе, проклятый дракон Рейгард! Ты не сможешь иметь потомство никогда! Оставишь меня в живых — и мы будем править в этой стране вместе! Давай договоримся?

Да, отец мог бы лишить меня родовой силы, если бы захотел. А значит, демон, сидевший у него в теле, — мог тоже.

Тяжесть свинцом налила руки. Я заколебался. Испугался на миг.

Но таким тварям, как Дитрих, не место на земле, какой бы не была плата. Мой отец был уже мёртв, от него осталась лишь говорящая оболочка. Я должен отомстить демону, должен остановить зло, расползающееся по земле. Я вознёс меч и закончил это.

Я надеялся, что демон не успел реализовать угрозу. Ведь запечатать родовую силу не так легко — отец должен провести особый ритуал с кровью сына. Я решил, что это были лишь пустые слова, просто попытка запугать меня, и с чистой совестью женился на Аннет.

Однако годы шли, а ребёнок не рождался. Маги говорили, что и Аннет, и я физически здоровы. Тогда-то я и впервые заволновался, что причина отсутствия детей могла быть в проклятии демона.

Но Меделин то сумела забеременеть! Значит, Аннет пустышка, долгие годы пудрила мне мозги и вселяла ложную надежду. Хотелось наказать её посильнее за потраченное время! Не в монастырь её сослать, а в подземелья. Но не выдержит же, слабая вся, тощая. Недавно перенесла тяжёлую болезнь.

— Ну, что поедем в твой замок, милый? — пролепетала будущая мать моего сына.

Меделин была юна и ослепительно красива. Она была сироткой обедневшего рода из далёкого герцогства. Я познакомился с ней на одном из приёмов, когда она приехала сиять своей красотой в столицу. Меделин сразу постаралась попасть ко мне в постель, и я не отказал. А там — не прошло и пары недель, как она сообщила мне новость.

— Да, дорогая. Идём в мой экипаж.

Я взял девушку под руку и повёл. Но тут во двор имения въехала карета Элены, восемнадцатилетней дочери, которую родила моя любимая первая жена Летиция. Летицию я любил безумно, души в ней не чаял и тяжело переживал потерю. Элена — единственный след, оставшийся от любимой, была для меня всем миром.

— Папа! — воскликнула моя красавица дочка, выбегая из экипажа в нежном розовом платье. — Папа, это правда? Я только что узнала! Меделин ждёт ребёнка?

Элена остановилась перед нами и внимательно посмотрела на мою любовницу. Они были почти ровесницами, дружили.

— Да, дочка, у меня будет сын. Я развожусь с Аннет и женюсь на Меделин.

— Я так рада, папочка! — Элена бросилась мне на шею, обвила тонкими ручками и поцеловала в колючую щеку, а потом стала обниматься со своей подругой.

— Почему ты не сказала мне, Мед? — пролепетала она.

— Твой отец голову бы мне оторвал. Сперва он устроил мне сотню проверок, и вот только, когда точно убедился, что я беременна и сын — ЕГО, то тогда начал развод.

Меделин натянуто улыбнулась, словно героиня, стойко пережившая тонны тяжелейший испытаний и дикую несправедливость.

Хотя куда уж там — все проверки были бескровными и ей для этого не нужно было даже вставать из постели.

— Пап, ну разве можно сомневаться в Меделин? Она же так любит тебя! У вас же любовь с первого взгляда! А мы как-то отметим эту чудесную новость? Можно устроить праздник?

— Рано ещё, Элена, — проговорил я, стиснув в руке трость.

— Сначала мы устроим свадьбу! — сказала Меделин. — Да, дорогой? Это должна быть свадьба торжественнее, чем была ваша с Аннет.

— Однозначно! — воскликнула Элена и взяла Меделин под руку. — Аннет не смогла родить отцу, а ты ждёшь СЫНА — у тебя должен быть самый шикарный праздник! Да, пап?

— Разумеется, — кивнул я, стиснув зубы.

Большие торжества я не любил, но из-за злости на Аннет и сам теперь хотел устроить пышную свадьбу и покрасоваться перед своими людьми молодой беременной женой. А заодно утереть нос всем шакалам, которые уже скалили пасти, рассчитывая, что продолжения у меня не будет.