"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Мосли Уолтер - Страница 323

Луна не хотела думать о том, что именно означало это «уговорил».

– А что сделала эта женщина, чтобы заслужить проклятие?

Миссис Веббер пожала плечами:

– Кажется, она просто не так на нее посмотрела. Чтобы разозлить хозяйку, много не требовалось.

Бран слетел со своего нового любимого насеста – пустой керамической подставки-жардиньерки – и приземлился на спинку ее стула, опустив голову. Она потерлась лбом о его перья. Это был их особый ритуал, что-то вроде поцелуя. Ей давно не хватало физического контакта, и это было одной из причин, по которым она так противоречиво воспринимала свое нынешнее положение: дом вызывал у нее тревогу, ей отчаянно хотелось сбежать и в то же время о ней тут заботились. И она чувствовала эту заботу – миссис Веббер, мистера Финдли, даже Брана. Ей одновременно хотелось и остаться, и уехать.

Это внутреннее противоречие неожиданно проявилось в, казалось бы, незначительном происшествии в тот же день. Она была одна в гостиной – по-прежнему угнетающем пространстве с тяжелыми бархатными шторами и множеством вещей, которые не хранили для нее ни воспоминаний, ни особенных смыслов, а лишь напоминали, что она здесь чужая. Погрузившись в свои мысли, она вдруг услышала тихий, едва уловимый шелест крыльев. Это не был шум, который обычно сопровождал появление буйного ворона Брана. Что-то гораздо меньшее, хрупкое беспокойно металось в пределах комнаты.

Она взяла один из костылей и направилась к окну. Там, с внутренней стороны стекла, билась бабочка, крупная белянка. Чистая, почти меловая белизна ее окраса резко контрастировала с чернильными пятнами и четкими черными точками на концах крыльев. Луна вдруг подумала о том, как часто свет и тьма соседствуют в одном существе. И тогда ее осенило: как бы она ни старалась считать себя хорошим человеком, у нее тоже есть свои темные пятна, которые она понесет с собой до конца. Она почувствовала жалость к хрупкому существу – оно, как и она сама, не принадлежало этому дому. Если ничего не сделать, оно причинит себе вред, отчаянно стремясь наружу. Девушка приподняла нижнюю створку окна, позволив бабочке вырваться на свободу. И та зигзагообразно полетела на свет, в сторону заманчивых луговых запахов и гипнотически сияющих цветов.

Удовлетворенная, Луна вернулась в кресло. И почти сразу, как только она устроилась поудобнее, влетел Бран. Он опустился на пол у ее ног, в смертоносном клюве – сломанные молочно-белые крылья. Ворон бросил добычу, поиграл ею, перебрасывая туда-сюда, потом схватил снова, запрокинул голову – и проглотил целиком.

Луна сидела в оцепенении, с приоткрытым ртом. У бабочки не было и шанса с той самой минуты, как она оказалась в доме. Наверняка ее ждала бы долгая, мучительная смерть вдали от привычной среды, но на свободе она все равно погибла.

И когда солнце закатилось, завершив еще один полный смятения день, Луна задумалась: а разве ее собственные решения не обречены на крах?

Луна не упоминала о Бране в письмах Маркусу с того самого дня, как он уехал, хотя пару раз ответила, используя обратный адрес, указанный в начале его посланий. Она строго придерживалась тем, касающихся домашнего хозяйства, считая, что знает Маркуса недостаточно хорошо, чтобы заводить разговоры о более легкомысленных вещах вроде выхаживания дикой птицы. И разумеется, зная, что отношения между двумя мужчинами были натянутыми, она вовсе не упоминала мистера Финдли, хотя именно его помощь, без сомнения, ускорила заживление ее лодыжки.

Опасаясь, что местные жители попытаются отомстить ей за предполагаемое проклятие юного Келлинга, она нуждалась в совете и потому на следующий день решила вновь навестить целителя, прихватив с собой небольшой кекс, который испекла сама, – в знак благодарности за всю оказанную ей помощь. В ее голове путались мысли и кружилось с десяток вопросов, и она надеялась, что он поможет ей разобраться в тайнах, окружающих Рейвенсвуд, прежде чем вернется Маркус и ее общение с мистером Финдли прервется.

Девушка выждала, пока Бран не улетит, – он часто начинал волноваться, как только она приближалась к границе земель Грейборна. Словно он знал, что чужие могут с ней плохо обойтись, и хотел избавить ее от этого. Мистер Финдли обрадовался ее возвращению, как и тому, что она уже не нуждалась в костылях. Он приготовил для нее еще один целебный отвар, и Луна поймала себя на мысли, насколько свободнее она себя чувствует в коттедже «Жимолость» рядом с этим добродушным джентльменом. В воздухе не витали странные шепоты, в углах не прятались тени. В Рейвенсвуде, казалось, все еще незримо присутствовала Ведьма, но здесь Луна ощущала, что сбежала от этой женщины. Здесь она чувствовала себя в безопасности.

И все же продолжала представляться той самой женщиной, от которой пыталась избавиться.

– Миссис Грейборн, дорогая, вы выглядите обеспокоенной, – заметил Финдли, с радостью поддерживая ее продолжающуюся игру и разрезая кекс.

– У меня проблемы с памятью. Есть моменты моей жизни, которые я с трудом могу вспомнить, – объяснила она, откусив небольшой кусочек.

– Это те моменты, что были до того, как вы сломали лодыжку? – Он усмехнулся про себя, опускаясь на стул напротив.

– Миссис Веббер сказала, что вы давно обо мне заботились, хотя мой муж об этом не знал. И мне интересно – доверяла ли я вам вообще?

– Тогда вы были в полном заблуждении, – отозвался он, решив подыграть ей, – и полагали, что можете вызвать самого Сатану. Хотя не совсем понимаю, что вы планировали делать, если бы ваша чепуха действительно сработала. Возможно, теперь все это в прошлом.

– Я уверена, что так и есть, но мне хотелось бы понять, отчего меня так тянуло в лес. Миссис Веббер упомянула колодец.

– Действительно. Он стоит на поляне и питается из подземного источника, но пересох уже много десятилетий назад, и никто не знает почему. Легенда гласит: «Когда в колодце зарождается новая жизнь, он оживает». Но я сомневаюсь, что кто-то по-настоящему понимает, что это значит. Вы были очень увлечены легендами и фольклором земель Грейборна и хотели, чтобы вода вернулась.

– Действительно ли она была целебной, как утверждают легенды?

Он пожал плечами:

– Вода, безусловно, была чистой, а значит, могла оказывать целительное воздействие на тело. Паломники проходили сотни миль, чтобы приобрести маленькие свинцовые ампулы с этой священной водой. Со временем, правда, это место начало привлекать и тех, кто практиковал темную магию. Люди произносили проклятия у колодца, втыкали булавки в глиняные куклы, чтобы направить зло на своих врагов, и оставляли фигурки на том самом месте. Но если он когда-нибудь снова наполнится – мне, разумеется, будет любопытно проверить его свойства.

– Колодец до сих пор посещают те, кто ищет его для темных целей? Ведьмы и им подобные? Потому что мой муж не верит в существование ведьм. – Она старалась говорить уверенно, но не смогла скрыть сомнения. – Так это правда?

– Если вы спрашиваете меня, ведьма ли вы, то ответ – нет. Но я верю, что колодец – место магическое и такие люди существуют. Когда ко мне приходит жена фермера и просит оберег от соседа, якобы сглазившего урожай, – даже если я уверен, что дело в погоде, – я даю ей то, что она просит. Хотя бы для ее спокойствия. Но когда я смотрю в глаза чудовищу, которое жестоко обращается с детьми, значит я смотрю в глаза самому злу. И это пугает меня. Разве вы сами не чувствовали эту всепоглощающую ауру на поляне?

– Я не бывала в лесу, – призналась она. – Не могу заставить себя туда пойти. Все эти разговоры о призывах дьявола меня сильно тревожат.

– Не вся магия зла, – ответил он, наклоняясь и похлопывая ее по колену, – и не всякая опасность, с которой мы сталкиваемся, потусторонняя. Иногда самые серьезные угрозы вполне осязаемы. Миссис Веббер рассказала мне, что как минимум однажды мистер Грейборн… ваш муж… схватил вас за горло и она была вынуждена вмешаться. У него вспыльчивый характер. Он спокоен и сдержан – пока его не доведут, ведь тогда он ломается, как сухая ветка лесной подстилки.