"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Мосли Уолтер - Страница 232

Между ними повисла неловкая пауза, пока не вернулась Митци, с кислым выражением лица тащившая за собой только что появившуюся Лили.

– Невилл ужасно себя ведет, – пожаловалась она. – Он бросил меня почти сразу и теперь строит глазки какому-то молодому виконту. Это все очень мило, когда мы в «Розовой туфельке», но никак не здесь. Наверняка по углам прячутся репортеры. Если он слишком явно продемонстрирует свои пристрастия, его отец нескоро получит вожделенный титул пэра.

В двадцатые годы любовь, о которой не смели говорить вслух, негласно принималась обществом, особенно среди богачей, умевших обходить запреты, вращаясь в нужных кругах. Однако закон оставался законом, и власть имущие должны были показывать, что соблюдают его. Пренебрегать осторожностью и выставлять свои предпочтения напоказ было рискованно. Неосмотрительный Невилл, который после чрезмерных возлияний частенько шатался по темным городским улицам, горланя собственную версию песни «Все милые девочки любят моряка», запросто мог снова угодить за решетку.

– Ты ведь потанцуешь со мной, Джеки? – Митци надула ярко-красные губы и затрепетала ресницами, но Джек однажды уже оседлал эту лошадку и утратил к ней интерес.

Он был вторым в череде скоротечных женихов Митци. С тех пор она успела уже завести третьего и расстаться с ним.

– Не сегодня. Я хочу посидеть здесь и полюбоваться видом, – сказал Джек, глядя на Клару, и у той тревожно заныло под ложечкой.

– Ну почему вы все такие скучные? – спросила Митци. – Пойду припудрю носик. Кто-нибудь со мной? Лили? Клара?

Обе девушки покачали головами, прекрасно понимая, на что намекает их подруга, говоря «припудрить носик». Клара и сама изредка баловалась кокаином, но не любила неизбежные последствия: мигрень и приступы паранойи. Алкоголь ей нравился больше: голова потом болела так же, но он стоил куда дешевле, а веселое настроение длилось дольше. Митци же впала в зависимость от этой дряни, и ее обоняние почти атрофировалось. По остроумному замечанию Лили, на нее не стоило тратить флакон «Шалимара» от «Герлен».

– Слыхала новость? – осведомилась Лили, сменив тему. – Старина Филипп торопится со свадьбой. Судя по объявлению в «Таймс», торжество состоится уже в следующем месяце. Я приняла приглашение. Невесту я не одобряю, но нельзя же упускать шанс пообщаться с особами королевских кровей, пусть даже и не первой важности. Ума не приложу, как им удалось все так быстро провернуть и к чему вообще поднимать суету. Чертова война давно закончилась.

Клара отлично знала, почему со свадьбой так спешили, – чтобы замять скандал, причиной которого была она. Однако девушка промолчала, стараясь не принимать близко к сердцу то обстоятельство, что не попала в список приглашенных, и прекрасно понимая, почему ее не позвали на торжество. Стараясь скрыть раздражение, Клара прикусила губу. Было очевидно, что к ней отнеслись как к игрушке, последнему веселому приключению перед тем, как мистер и миссис Филипп Хайгроув умчатся в пылающий закат навстречу респектабельной жизни и супружескому блаженству. Или, по крайней мере, убедят в этом окружающих.

– Не понимаю, зачем добровольно надевать на себя эти пресловутые брачные оковы? – фыркнула Лили, схватив с подноса проходящей мимо официантки мартини с оливкой и залпом осушив бокал.

– Причина в любви, дорогая, все дело в любви, – пояснил Джек и снова посмотрел на Клару так, что у нее скрутило живот.

– Но почему именно Филипп? – скривилась Лили. – Я всегда считала этого парня пустоголовым, да и красавцем его, если честно, тоже не назовешь.

– Зато у невесты на пальце солидный камушек. Который всегда можно будет продать, если все пойдет прахом, – заметила Митци.

Клара задумалась, куда подевались три помолвочных кольца, которыми успела обзавестись их подруга. Наверное, превратились в ее любимый порошок. Лили поставила пустой бокал на стол, а Митци схватила клатч.

– Пойдем, Лили. Составишь мне компанию на террасе. – И обе поплыли в фойе пугающе шаткой походкой.

– Наконец-то мы одни, Клара, дорогая, – сказал Джек, взяв девушку за руку.

В ее кружившейся от шампанского голове зазвенели тревожные колокольчики. Она попыталась высвободиться, но Джек держал ее крепко.

– Я хотел поговорить с тобой кое о чем…

– Милый, ты слишком серьезен, а я хочу веселиться.

Джек кивнул официантке, ожидавшей неподалеку с ведерком, из которого торчала бутылка игристого марки «Айяла», и глянцевым белым подносом с двумя бокалами в форме чаши. Выставлять свое богатство напоказ было как раз в стиле Джека. Клара подозрительно покосилась на шампанское – уже не раз оно сбивало ее с пути истинного.

– История с Филиппом и Алисой навела меня на мысль, – объявил Джек. – Давай и мы тоже, старушка?

– Что – тоже?

– Наденем брачные оковы. Ты ведь само совершенство, а старина Джек всегда выбирает только лучшее.

У девушки екнуло сердце.

– Не говори глупостей, дорогой. Я не сделаю тебя счастливым.

– Может быть, это заставит тебя передумать, – произнес он громче обычного, вытащил из кармана синюю бархатную коробочку и щелкнул крышкой.

Внутри сиял внушительный бриллиант в модной оправе геометрической формы. Камень был так прекрасен, что рука Клары невольно дрогнула. Девушке захотелось примерить кольцо, чтобы увидеть, как грани бриллианта отражают мерцающий свет. Джек Кларе, в общем-то, нравился: он был добродушным малым и видел ее в постыдные моменты, однако это его не отпугивало. Не самый плохой вариант для брака, но – увы! – Клара его не любила и знала, что никогда не полюбит.

Она оторвала взгляд от кольца и заметила, каким серьезным стало лицо Джека. Совсем не похоже на легкомысленного парня, которого все знали. Внезапно девушку осенило: он, вероятно, действительно ее любит. Клара прониклась сочувствием. Она накрыла его руку своей ладонью и слегка сжала пальцы:

– Прости, милый, но нет.

В этот миг какой-то слишком ретивый танцор налетел на стул Джека, потерял равновесие и рухнул прямо ему на колени.

– Тысяча извинений, старина, – раздался знакомый голос Невилла, который слишком усердно изображал неловкость и наслаждался моментом куда дольше, чем следовало, – пока его взгляд не упал на бархатную коробочку. Невилл подскочил как ужаленный. – Господи, ты что, делал предложение? Ужасно извиняюсь! – Он вскинул руки и повысил голос: – Внимание! Джек собрался заковать в брачные кандалы нашу Клару! Вот так сюрприз! Всем шампанского – в первую очередь Джеку: он заслужил, раз решился приручить старушку!

Внезапно заметив выражение лица Клары, которая широко распахнула глаза, давая понять, что пребывает в ужасе, Невилл побледнел. Он ведь хотел как лучше, однако лишь усугубил катастрофу. Танцоры остановились, пьяные физиономии уставились на них с глупыми ухмылками. Послышались неуверенные аплодисменты. Если бы Клара согласилась, сцена вышла бы просто идеальной: в воздухе кружился серебряный серпантин, среди клубов дыма покачивались черные и белые воздушные шары, хлопали пробки от шампанского. Кругом царила атмосфера всеобщей радости и веселья.

– Вот видишь. – Джек поднялся на ноги, приободренный поддержкой Невилла, но явно раздосадованный тем, что его грандиозный спектакль пошел не по сценарию. – Все считают мою идею великолепной. Даже твой отец. Когда я попросил у старика благословения, он чуть ли не бросился меня обнимать.

«Еще бы, – подумала Клара. – Папа так отчаянно хочет выдать меня замуж, что согласится на любого жениха, пусть даже самого неподходящего». До чего же легко было бы подыграть Джеку и принять его предложение, чтобы угодить отцу. Остепениться и завести семью. Слово «остепениться» вызвало у нее неприятные чувства. Такой компромисс никому не принес бы счастья.

– Извини, конечно, Джеки, но из этого ничего не выйдет. В глубине души ты и сам понимаешь, что я права. Я люблю тебя, но лишь как просто друга. И по-другому не полюблю никогда.

Из толпы послышался ропот, который быстро стих, когда сквозь липкие тела замерших завсегдатаев протиснулись две официантки, неся заказанное шампанское.