"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Мосли Уолтер - Страница 193

Деннис Джеймсон из юридической фирмы «Моррис, Фарнсуорт и Джеймсон», располагавшейся на площади Линкольнс-Инн-Филдс, щелчком закрыл портфель. Он уже надевал шляпу и пальто, когда в офис заглянул Билли Фарнсуорт.

– Привет! – сказал он. – Едешь в Суррей по делу Брэнт?

– Да.

– Хм. Что, веришь в чудо?

– Нет.

– Девушка виновна, приятель. Ты должен это понимать.

– Мы должны делать для клиентов все возможное. Это наша работа, – сказал Джеймсон.

Фарнсуорт смерил его проницательным взглядом:

– А что ты как покраснел? Опять играешь в Дон Кихота? Молодой идеалист бросается на помощь попавшей в беду красавице и клянется…

– Я видел ее всего два раза, – возразил Джеймсон. – Она мне понравилась, скрывать не стану. Но достаточно немного пораскинуть мозгами, чтобы стало ясно: все обвинения против нее довольно шаткие.

– Эх, приятель!

– Сам посуди. В чем ее обвиняют? Эту миссис Топэм несколько раз ударили стеклянным пресс-папье по голове. На пресс-папье нет никаких отпечатков, – значит скорее всего, его протерли. Получается, у Дороти Брэнт хватило предусмотрительности тщательно стереть отпечатки с орудия убийства, но после этого она вернулась в свой коттедж, оставив две цепочки следов, которые видны даже с самолета, летящего в миле над землей. Разве это разумно?

Фарнсуорт задумался.

– Тебе могут возразить, что она неразумна, – заметил он. – Да не сосредоточивайся ты так на психологии. Ты должен разобраться с объективными фактами. Есть эта загадочная вдова Топэм, которая живет в доме одна, единственный слуга приходит только днем. Есть следы, принадлежащие одному человеку. Оставить их могла только та девушка, к тому же она сама призналась. Никому другому просто физически не удалось бы пробраться в дом и выйти из него. И как ты решишь эту задачку?

– Даже не знаю, – обреченно ответил Джеймсон. – Но сперва хочу выслушать ее точку зрения. Похоже, до сих пор никто даже не попытался выяснить, что об этом думает она.

В тот же день он встретился с Дороти Брэнт в коттедже, и она сумела выбить почву у него из-под ног.

Когда он свернул к воротам, уже спускались сумерки, и в их голубоватом свете снег казался серым. Джеймсон на мгновение остановился около ворот и взглянул на узкую изгородь из лавровишни, отделявшую участок миссис Топэм. Ничего примечательного в этой изгороди он не заметил – около шести футов высотой, с воротами наподобие готической арки. И перед этой аркой, разглядывая скопившийся на ней слой снега, стоял высокий человек в кепке и водонепроницаемом плаще. Этот человек показался Джеймсону знакомым. Поблизости он увидел еще одного мужчину – вероятно, суперинтенданта местной полиции. В руках тот держал фотоаппарат, и вспышка озарила небо. Хотя они находились слишком далеко и Джеймсон не слышал, о чем они говорили, у него сложилось странное впечатление, будто высокий человек раскатисто смеется.

Гарри Вентнор, с которым Джеймсон был немного знаком, встретил его у двери.

– Она здесь, – объяснил Гарри, кивнув в сторону гостиной. – Только не огорчайте ее, хорошо? И что, черт побери, они делают с изгородью? – Он следил за происходящим через лужайку.

– Расстраивать ее? – строго спросил Джеймсон. – Я приехал, чтобы по возможности ей помочь. Не могли бы вы или мистер Брэнт мне посодействовать? Скажите честно, как по-вашему, могла ли мисс Брэнт в здравом уме сотворить такое?

– В здравом уме? – повторил Гарри. С любопытством взглянув на Джеймсона, он ничего больше не сказал, развернулся и побежал через лужайку.

Когда же Джеймсон увидел Дороти, она произвела на него впечатление человека, находившегося в абсолютно здравом уме. Ему с первой встречи понравилась ее непосредственность в общении, и теперь эта открытость согрела ему душу. Они сидели в уютной комнате около пылающего камина, а на каминной полке стояли серебряные кубки Гарри за достижения в легкой атлетике и гимнастике вместе со спортивными наградами Джона Брэнта, добытыми на Олимпиаде в Санкт-Морице. Сама Дороти тоже любила проводить время на свежем воздухе.

– Вы хотите дать мне совет? – спросила она. – Что говорить, когда меня арестуют?

– Пока вас еще не арестовали, мисс Брэнт.

– Готова поспорить, вас это удивляет, – улыбнулась она. – Ой, я знаю, как сильно влипла! Наверное, они сейчас ищут новые улики. И приехал еще один человек – по фамилии Марч, из Скотленд-Ярда. Я почти польщена таким вниманием.

Джеймсон резко выпрямил спину. Он понял, почему тот высокий мужчина около изгороди показался ему знакомым.

– Неужели сам полковник Марч?

– Да. Он довольно милый человек, – ответила Дороти, заслоняя глаза ладонью, и Джеймсон почувствовал, что за беззаботным тоном она пытается скрыть напряжение. – Знаете, они перерыли всю мою комнату. Но не нашли ни часов, ни броши, ни колец, которые я вроде как украла у тети Рене Топэм. Тетушка Рене!

– Я слышал. Только что это значит? Часы, брошь и кольца? Зачем вам их воровать, тем более у нее?

– Потому что они не ее, – сказала Дороти, поднимая глаза. Она вдруг побледнела и заговорила очень быстро: – Они принадлежали моей матери.

– Успокойтесь.

– Моя мама умерла, – сказала Дороти. – Понимаете, дело даже не в самих часах и кольцах. Они послужили предлогом, поводом для того, что случилось. Мама с миссис Топэм близко дружили. Я постоянно только и слышала что разговоры про тетю Рене. Мама ей во всем потакала. Но эти безделушки она хотела оставить мне. А тетя Рене Топэм хладнокровно их присвоила, как присваивала все, что только могла заполучить. До вчерашнего дня я даже не знала, что с ними случилось. Вам, наверное, знаком такой тип женщин? Миссис Топэм очаровательная, аристократичная красавица, ее холодное обаяние позволяло ей брать все, что захочется. И она рассчитывала, что так будет всегда. Я точно знаю, что она унаследовала много денег, но понятия не имею, как распорядилась ими. А в деревне она жила, поскольку слишком скупа, ведь в городе придется больше тратить. Я всегда терпеть ее не могла. И когда мама умерла, а я не стала нянчиться с тетей Рене, хотя она считала, что я буду вокруг нее бегать, вот тогда все изменилось. Эта женщина обожала распускать про нас сплетни! Про долги Гарри и шаткий бизнес моего отца. И про меня. – Она снова осеклась и улыбнулась. – Простите, что заставляю вас все это выслушивать.

– Ничего вы меня не заставляете делать.

– Но это ведь смешно, правда?

– Смешно, – мрачно заметил Джеймсон, – совсем не то слово, которое я стал бы употреблять. Значит, вы с ней поссорились?

– О, это была восхитительная ссора! Прекрасная ссора! Просто грандиозная!

– Когда?

– Вчера. Когда я увидела на ней часы матери. – Дороти взглянула на огонь в камине, над которым поблескивали серебряные кубки. – Возможно, я наговорила лишнего, – продолжала она. – Но ни отец, ни Гарри не поддержали меня. Отца я не виню: он очень переживает за свой бизнес, к тому же временами его беспокоит больная рука. Ему просто хочется мира и тишины. Что касается Гарри, то на самом деле тетя ему не нравится, но она проявляет к нему симпатию, и Гарри это льстит. Он просто мужская копия тети Рене. «Лишился работы? Что ж, сяду кому-нибудь на шею». А мне приходится жить среди всего этого. «Долли, сделай то, Долли, сделай сё» – или: «Это же наша милая старушка Долли, она не будет против». А я против. Когда я увидела, как эта женщина стоит с часами моей матери и сочувствует нам, что мы не можем позволить себе прислугу, я поняла, нужно что-то предпринять. Ну вот, похоже, и предприняла.

Джеймсон взял ее за руку.

– Хорошо, – сказал он. – Так это сделали вы?

– Я не знаю! В том-то и проблема.

– Но ведь наверняка…

– Нет. И миссис Топэм всегда потешалась над этим. Когда вы ходите во сне, то потом мало что можете вспомнить. Правда, смешно? – продолжила она после еще одной паузы. – Просто абсурд! Но не для меня. Только не для меня. Это у меня с детства, когда я сильно устаю или перенервничаю. Однажды я спустилась, разожгла камин в столовой и накрыла стол к обеду. Признаю, такое бывает нечасто, и ничего подобного раньше не случалось. – Дороти попыталась рассмеяться. – Почему, как вы думаете, отец и Гарри так на меня смотрели? Это самое ужасное. Я на самом деле не знаю, пыталась я убить ее или нет.