Хранительница Мира - Найт Алекс - Страница 21

С исчезновением Безликих стихия успокоилась. Ветер стих, а тучи начали медленно расходиться, вновь открывая взору голубое полотно неба. Слабые солнечные лучи коснулись лица, тусклые, но и они ослепили после царившей секунду назад полумглы.

— Лекси, — Ривен первый подлетел ко мне. Сжал в объятиях: так сильно, что затрещали рёбра. — Ну и напугала ты нас.

Заглянув в родное лицо брата, я готова была расплакаться. Его щеку пересекали царапины, а из раны на виске сочилась кровь. Это ведь я, моя работа...

— Всё в порядке, — он с улыбкой потрепал меня по голове. — Это была не ты.

Но я видела, сколько тревог и сомнений таится в глубине его глаз.

— Возвращаемся на корабль, — раздался голос Дайроса.

— Пойдём, — Ривен поднял меня на руки. Я положила голову на его плечо и прикрыла глаза. — Всё будет хорошо.

— Я надеюсь…

На душе было паршиво. Хуже я себя чувствовала, только когда погиб дедушка. Тогда я потеряла все ориентиры в жизни. Да и сейчас не знала, за что ухватиться. Путь до гор Альтаир казался бесконечно долгим и непреодолимым. А надежда медленно таяла, скользила между пальцев, точно шелковая нить, постепенно истончаясь, как бы отчаянно я за неё ни хваталась. В груди поселилась тяжесть, мешающая вздохнуть. Хотелось кричать, выть от досады, выплёскивая негодование. И в то же время не было сил даже открыть глаза. Да и не хотела я видеть измождённые лица друзей и родных. Я боялась рассмотреть в их взглядах осуждение, хотя и знала, что никто из них не обвиняет меня. Лишь я виню себя.

/Лучница/

— Как она? — Лалиэн подлетела к брату, стоило тому выйти из каюты Александры.

— Спит, — Ривен растёр переносицу, поморщившись, словно от головной боли. Так непривычно было видеть в глазах всегда жизнерадостного брата муку. — Она истощена и… расстроена.

Он протянул руку к ней, приподнял лицо за подбородок, присматриваясь к её шее.

— Пошли, обработаем ожоги. Лекси не стоит их видеть. И тебе надо отдохнуть.

— Тебе тоже, — буркнула она.

Ривен провёл Лалиэн в каюту, посадил на кровать, а сам присел напротив. Саднящих ожогов коснулась исцеляющая магия, принося облегчение. Телу, а не душе. В ней поселились тревога и страх. Слова Безликого до сих пор звучали в мыслях.

«Все вы лишь пешки, удачно расставленные в этой партии».

Неужели и вправду, дар, что так долго мучает её, столь редко поддаваясь контролю, пробудился в ней не просто так? Ведь он противоположность магии Александры, магии Исааза. И как же страшно осознавать, что самый смелый поступок в её жизни навеян чужой волей.

— Ты слышал слова Исааза?

— Я немного был не в сознании, — на губах Ривена мелькнула мрачная улыбка.

— Он сказал, что мы пешки. Что всех нас направили Безликие.

— Возможно, — пожал плечами Ривен. — Дали направление, но не лишили выбора. Или ты поступила бы как-то иначе?

— Нет. Наверное, это страх. Я привыкла к тому, что боги ушли. И даже не уверена, что они нужны миру.

— Я тоже, — брат нежно коснулся её щёки, улыбнувшись ободряюще. — Сомневаюсь, что их возвращение принесёт благо. Но я с сестрой до конца. Даже если придётся выступить против богов.

— И я, — в душе Лалиэн не возникло ни секунды сомнений.

— Будем надеяться, что выступать против богов всё же не придётся, — Ривен в привычной ему манере рассмеялся, потрепав Лалиэн по голове. — Отдыхай. Отложи тяжёлые думы на завтра, а лучше на послезавтра.

Ривен ушёл, оставляя Лалиэн в одиночестве. Легко сказать, но так сложно заставить себя не думать о произошедшем, суметь силой воли разжать тиски сомнений, сжимающие грудь. Все они сегодня стали свидетелями возрождения богов. Неизвестно, что у тех на уме. Но ясно одно, мир изменится.

***

Чудилось, беспокойство не отпустит, но усталость последних дней оказалась сильнее. Лалиэн провалилась в беспамятство, а когда вынырнула из сонного омута, не сразу поняла, где находится и какое сейчас время суток.

Солнце стояло высоко в небе, когда она выбралась на палубу. Неудивительно, что она ощущала такую растерянность, ведь проспала часов двадцать кряду. Заметив у поручней Дайроса, она направилась к нему. А вот он её не заметил, глядел куда-то в сторону носовой части корабля. Обойдя мачту, она и сама разглядела Александру и Аркариона. Они стояли, облокотившись о поручни, и чем-то разговаривали. Судя по напряжённым позам, разговор шёл не особо гладко.

— Как отдохнула? — спросил Дайрос, когда принцесса подошла к нему.

— Резерв восстановился, — пробормотала, неосознанно коснувшись полузаживших ожогов на шее. — Что-то случилось?

— Они ссорятся, — Дайрос хмурился.

На этот раз все тревоги отпечатывались на его лице, а не прятались за каменной маской.

— Из-за чего?

— Если бы я знал, — хмыкнул он, вновь обратив свой взгляд к Лалиэн.

— Ты переживаешь, что Аркарион узнает о твоих чувствах к Александре? — осторожно спросила она.

На щеках Дайроса заиграли желваки, а чёрные глаза, казалось, ещё потемнели. Лалиэн сразу пожалела о своём вопросе. Но и делать вид, что ничего не происходит, глупо.

— Боюсь потерять друзей, — словно через силу произнёс Дайрос.

— Не потеряешь, — Лалиэн не знала, какие испытания ждут их впереди, но в том, что их дружба только крепнет, не сомневалась.

***

Через два дня «Вольный Ветер» пришвартовался в порту города Кротан. Погода эти дни стояла чудесная и безветренная, словно все силы стихии ушли в насланный членами Ордена шторм. Корабельным магам приходилось самим наполнять паруса ветром. Да и в команде царил штиль. Уставшие после тяжёлого противостояния с пиратами, они восстанавливали силы, залечивали раны и ждали, когда морское путешествие завершится.

Прощание с командой проходило тепло. Капитан Арчер пожал всем руки, выражая уважение и благодарность за помощь в бою. Изабелла крепко обняла Лалиэн, пожелав удачи, и даже подарила ей бусы из морского жемчуга. А Александре досталась потрясающей красоты заколка. Впрочем, сестра смотрела на украшения с опаской после подаренного Тайбиром браслета. Джейна же со слезами на глазах прощалась с Бессоном. Они так сдружились за дни плавания. Лалиэн ощущала, что и фэйн расстроен разлукой с подругой.

— Спасибо за всё, Арчер, — Александра крепко пожала руку капитану, скупо улыбнувшись. Последние дни она ходила подавленная и почти ничему не радовалась, расстроенная неудачей на острове. — Доставили мы вам хлопот.

— Уверен, ничего не зря, принцесса.

— Даже неудачи?

— Даже они могут обернуться победой, — заверил он её.

— Лишь бы моей победой, — улыбка на её губах стала искренней.

А стоило отпустить руку капитана, как на её шее повисла Джейна, начав тараторить слова прощания.

Александра первой спустилась с трапа, временами оглядываясь и взмахивая рукой высыпавшим на палубу морякам. Лалиэн пару раз пыталась обсудить с сестрой произошедшее на острове, но она пресекала эти разговоры, потому принцессе казалось, что она что-то делает не так, подбирает не те слова.

Громкое лошадиное ржание ворвалось в разрозненные мысли. На пристани в тёмной дымке материализовалась Келси. Лалиэн не могла не узнать её, а ещё внутренним чутьём ощущала дорогую сердцу сестры подругу. Александра громко ахнула от изумления. Из её глаз брызнули слёзы. Рюкзак соскользнул с плеча, но она не обратила на это внимания.

— Келси… — прошептала Александра и рванула вперёд. — Это ты! — она обхватила шею лошади руками, прижавшись щекой к бархатной шерсти.

На губах Лалиэн сама собой расплылась улыбка. Щёки холодили слёзы. Она и сама не заметила, как заплакала, растроганная представшей сценой. Впервые за последние дни Александра искренне улыбалась. Руки её беспорядочно гладили короткую шёрстку Келси, а губы шептали слова нежности.

— Это точно она? — слова Дайроса заставили принцессу опомниться.

Обратив взгляд к нему, Лалиэн поняла, что он сжимает в руках меч, а все члены отряда настороженно оглядываются, опасаясь нападения.