Зарубежный детектив 2026-12. Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Грени Марк - Страница 86

— И я — этот самый верный способ, — сказал Корт.

— Вот именно. Любое разведывательное ведомство, которое чего-то стоит, хорошо знает, что ЦРУ хочет видеть труп Серого Человека. Это делает тебя образцом правдоподобного отрицания. Если дело пойдет вкривь и вкось, там не будет душка секретной операции ЦРУ.

— Значит, это была идея ЦРУ?

— Сто процентов. Группы поиска и уничтожения лишены возможности действовать автономно. Военные дроны могут летать на высоте тридцать тысяч футов и отстреливать плохих парней направо и налево своими «Хеллфайрами»[28], но полувоенные оперативные группы вроде «Виски-Сьерра» просто сидят на жопе. Белый дом ограничил все, чем мы занимаемся. Даже наш тренировочный режим страдает от этого. Мы не убиваем террористов, не проводим операции в дружественных странах и не подтираем задницы, если у нас нет трехслойной туалетной бумаги с ароматом персика. ЦРУ нужна эта операция, чтобы показать президенту, что специальные оперативные группы все еще могут представлять ценность для нового, политкорректного и обходительного ведомства. Ты — наше доверенное лицо: ты берешь риск на себя, приносишь нам Аббуда на блюдечке, мы передаем его в Министерство юстиции, а они отдают его в распоряжение Международного уголовного суда. Президент и его трусливые прихвостни дадут нам большую свободу действий, если убедятся в том, что мы можем ублажить его европейских приятелей, передав им Аббуда на гуманное заклание. У нас нет беспилотников, которые могут кого-то похитить, — во всяком случае, пока еще нет.

— Как насчет Сидоренко?

— Мы провернем дело таким образом, чтобы Сид решил, что мы шлепнули тебя и похитили Аббуда в ходе одной операции. Поверь, ты больше не захочешь работать с этим психопатом, любителем черной икры. Даже по сравнению с остальными русскими бандитами Грег Сидоренко с его нацистскими отморозками выглядит полоумным.

Корт склонил голову набок.

— Если вы собираетесь находиться в боевой зоне для передачи Аббуда, то как вы сможете гарантировать отсутствие последствий для ЦРУ?

Зак махнул рукой:

— Это детали. Мы затаимся и проведем большую часть времени в международных водах, а потом сделаем быструю вылазку на берег. Ты выполнишь тяжелую работу, а мы поддержим тебя. У суданской резидентуры ЦРУ есть информатор в Суакине, который знает расписание поездок Аббуда. На всякий случай он занимается разработкой чрезвычайных сценариев; ему известны распоряжения для президентских телохранителей и их тактика.

— Как это поможет мне?

Зак улыбнулся.

— У группы личной охраны есть протокол действий на случай нападения, когда президент совершает свою ежедневную прогулку к мечети. При появлении угрозы, когда они находятся на площади перед мечетью, они уводят Аббуда в местный банк и запираются в сейфовой комнате до прибытия поддержки.

— Полагаю, у вас есть возможность убедить их в наличии подобной угрозы?

— У суданской резидентуры есть план. Они контролируют повстанческий отряд Суданской армии освобождения в сто человек, который может напасть на Суакин в воскресенье, 10 апреля, в 6:35 утра. Как раз в то время, когда Аббуд со своей свитой выйдет на площадь. Президент с группой лучших телохранителей войдет в банк, который, разумеется, должен быть совершенно пустым.

— Но он не будет пустым.

Зак снова улыбнулся и энергично кивнул.

— Ты все правильно понял. Ты будешь там, готовый вывести из строя охрану, захватить Аббуда и вывезти его из города, пока суданские повстанцы будут скакать вокруг и устраивать фейерверки, отвлекая местных и остатки команды Аббуда. Потом ты встретишься со мной, и дело в шляпе.

Было ясно, что Хайтауэр увлечен предстоящей операцией; он постоянно жестикулировал, пока объяснял план.

Корт на несколько секунд задумался и спросил:

— Теперь можно разразиться аплодисментами?

— Это хороший план, Шестой. Мы называем его «Ночной сапфир».

— Прямо мурашки по спине, — язвительно заметил Корт, никак не тронутый рвением Зака.

— Но лучшая часть — это сделка, которую меня уполномочили предложить тебе.

Джентри окинул своего бывшего командира долгим взглядом, прежде чем заговорить.

— ЦРУ уже четыре года хочет уложить мою голову на плаху. Какая еще сделка может заинтересовать меня?

— Для начала никакой плахи. Мы отзываем гончих псов. Не только в ЦРУ, но и в Интерполе.

— Интерпол меня не пугает.

— Знаю, тебя нелегко испугать. Но я знаю, чего боится Серый Человек.

— Чего я боюсь, Зак?

— Нас. Разве ты не хочешь освободиться от нас? От приказа стрелять без предупреждения? Я знаю, каково тебе приходится, братец. Люди толкуют о Сером Человеке так, будто ты какой-нибудь долбаный Джеймс Бонд, который летает на реактивных лайнерах по всему миру, угорает в лучших клубах и распивает мартини с красавицами на Лазурном побережье. Но я знаю, каково это на самом деле — находиться в бегах, мотаться из одного паршивого городка в следующий, где никто тебя не любит, где ты никому не нужен, где всем наплевать на твою жизнь. Вечно прятаться в тени и рыскать глазами, опасаясь убийц вроде меня, готовых загнать тебя в угол. Жрать бобы из консервной банки на лестнице в тараканьем притоне, пока настоящие Бонды в белых смокингах лакомятся хвостом лобстера в ресторане отеля «Four Seasons».

Эти слова были чистой правдой, но Корт не собирался доставлять Заку удовольствие от сознания его правоты.

— Мне нравятся бобы.

— Нет, не нравятся. В твоей нынешней жизни тебе не нравится ничего, кроме работы. Работа — это ты. Все остальное — просто временные неприятности. Я знаю итог, «Сьерра-шесть». Быть Серым Человеком — сплошное расстройство, и больше ничего.

— Дай-ка, я угадаю. Ты хочешь спасти меня от этого?

— Ты чертовски прав. Я могу сохранить твою работу, но на тебя больше не будут охотиться. По крайней мере, мы не будем охотиться.

— Работу? На кого?

— Разумеется, на ЦРУ, — Зак протянул руку, взял Корта за подбородок и повернул его лицо из стороны в сторону. — Я думал, мы уже обсудили это. Может быть, я слишком сильно ударил тебя?

Он снова взял у Джентри пакет со льдом и приложил к своей руке.

— Я проверну для тебя эту авантюру в Судане и после этого ты предложишь мне работу? Как будто прошлых четырех лет и не бывало? Все вернется к тому, как было в прежние времена?

— Никак нет. Я предлагаю контрактную работу. Ты делаешь так, чтобы руки у Лэнгли оставались чистыми, и твое жалованье будет куда выше, чем правительственный оклад. Мы хотим вернуть тебя, — Зак улыбнулся и пожал плечами. — Ладно, я выражусь яснее. Я не имею в виду кабинетную работу и забронированное место на парковке в Лэнгли. С людьми вроде тебя так не бывает. ЦРУ не собирается признавать свое сотрудничество с Серым Человеком. Но время от времени мы сталкиваемся с ситуациями, когда люди начинают говорить: «Лучше бы „Сьерра-шесть“ по прежнему был с нами, а не барахтался в помойке, отстреливая сутенеров и наркодельцов по частным заказам». Клянусь, иногда нам тебя не хватает.

Он выдержал многозначительную паузу и добавил:

— Ты всегда был лучшим. Мы хотим, чтобы ты оставался в живых, Корт. Делал грязную работу под чужим флагом.

— Откуда мне знать, что вы не убьете меня после суданской операции?

— Потому что ты нужен нам. Мы не предлагаем тебе выращивать нарциссы в Айове по программе защиты свидетелей. Мы хотим, чтобы ты продолжал заниматься своим делом и жил на холоде, а мы будем делать вид, будто по-прежнему гоняемся за твоей задницей. Послушай, это у тебя в крови, и агентство до сих пор может пользоваться твоими услугами, несмотря на тот облом в 2006 году. Теперь Вашингтон не дает оперативным группам поиска и уничтожения пачкать руки в грязи. Но если мы всё разыграем правильно, то у тебя будут грязные руки, зато мы будем поддерживать тебя. Это же идеальный вариант, парень. Вроде как слизывать кокаин со шлюхиной задницы. Понимаешь, о чем я?