Зарубежный детектив 2026-12. Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Грени Марк - Страница 460

— Анжела…

— Любимый, я так счастлива.

— Я тоже.

И все равно продолжали целоваться, даже разговаривая, мы осыпали бесчисленными поцелуями щеки, лоб, глаза, долгим поцелуем впивались в губы.

— Ты со мной. Наконец-то, Роберт. Я уже думала, что сойду с ума без тебя.

— Теперь мы вместе. Я опять здесь останусь.

— О, Роберт, — вздохнула она. — На этом ужасном вокзале мне вдруг пришла в голову страшная мысль.

— Какая же? — Мои руки гладили ее лицо.

— Я подумала… что нас может разлучить только одно. Но поскольку это приходит к каждому, оно не минует и нас. И разлучит нас. Тогда одному из нас придется жить дальше уже в одиночестве. И я решила, что если эта участь выпадет мне, то я последую за тобой, потому что жить одной, без тебя, уже не смогу, без тебя и без твоей любви.

Значит, она думала о том же…

— Но сейчас, — голос ее изменился — это прошло. Сейчас все чудесно. — Она засмеялась. — Роберт, мы опять вместе! Мы опять в нашем раю! — Она преобразилась. Насколько печальной показалась мне вначале, настолько раскованной, радостной, сияющей стала теперь. — Ты голоден? Не отвечай. Конечно, ты голоден. А я! У меня просто волчий аппетит! От волнения я нынче утром даже кофе не выпила. Давай сначала пойдем куда-нибудь и поедим, а уже потом поедем домой, ладно?

— Хорошо.

— Я знаю здесь прелестный ресторанчик, и расположен он в очень красивом месте. Туда и пойдем. Тебя такой план устраивает?

— Меня все устраивает, — сказал я. — Поезжай.

Она так внезапно рванула с места, что шины заюзили. Я оглянулся назад. За нами взвился столб белого песка. Мы открыли окошки и откидной люк в крыше. Я сидел и неотрывно глядел сбоку на Анжелу, и меня переполняла гордость, потому что эта женщина любила меня так же сильно, как я ее. Нет, не гордость, а чувство благодарности переполняло мою душу, благодарности жизни, Богу или еще кому-то, кто сделал так, что мы встретились. Я смотрел на ее руки. Я смотрел на светлое пятно на тыльной стороне ее ладони. Оно стало еще светлее. Вернее сказать: за это время Анжела еще больше загорела.

— Мы едем в Эз.

51

Чтобы попасть в Эз, нам пришлось съехать с автострады. Вдоль крутого берега моря здесь проходят три шоссе. Анжела поехала по среднему шоссе, очень пыльному. Потом мы попали на узкую и еще более пыльную дорогу, круто поднимавшуюся в гору. Деревушка Эз расположена высоко, на вершине горы. Немного ниже вершины, в самом начале деревни, есть стоянка. Здесь мы поставили машину и пошли пешком вверх по переулку, круто вползающему на гору. По обе стороны в небо вздымались отвесные скалы. Дома были высечены прямо в скалах и отдавали седой стариной. Они подпирали друг друга, а узкий переулок был так крут, что часто дверь одного дома оказывалась на уровне окон соседнего дома. Деревушка возникла здесь наверняка еще в Средневековье.

На стоянке внизу было несколько лавочек с сувенирами и было выставлено много картин. Я увидел художников, сидевших рядом в ожидании покупателей. В домах деревушки ютилось множество лавок — сапожника, портного, продовольственных. Особенно многочисленными были лавки изделий художественных промыслов. Я увидел старинные медные кувшины, изображения Мадонны, бокалы, резьбу по дереву и множество кружевных скатертей. Часть товара выставлялась прямо на улице. Все здесь было такое миниатюрное, словно ты попал в городок лилипутов. В расщелине между скалами было намного прохладнее. Здесь, наверху, жителей было не больше полусотни, максимум человек шестьдесят. Эта деревушка существовала за счет туризма. Проулочек то и дело сворачивал то в одну, то в другую сторону. Мы с Анжелой шагали рука об руку. Мужчины, сидевшие на порогах своих лавок, приветливо улыбались нам, женщины тоже. Здесь жили приветливые люди. Внезапно проулок описал широкую дугу, и мы оказались перед большим зданием.

— Вот оно, — сказала Анжела. — Это и есть «Золотая козочка».

Внутри «Золотая козочка» была забита дорогим антиквариатом. Мы прошли через несколько таких комнат и попали в современный ресторан. Интерьер и внешний облик здания разделяли века.

Мы отыскали еще не занятый столик у окна. Метрдотель принял у нас заказ. Мы сидели рядышком, все еще держась за руки, и смотрели в окно. Я увидел море с такой дальней точки, с какой мне еще никогда в жизни не приходилось его наблюдать. Казалось, я обнимаю взглядом все Средиземное море. Оно было голубое, как и небо над ним, а вдали море и небо сливались воедино. Под нами проходила вторая прибрежная дорога, Малая дорога. Отсюда машины казались спичечными коробками. А люди на пляжах между скалами — крошечными насекомыми.

— Ну, разве здесь не чудесно?

— Да, Анжела, здесь просто великолепно.

— Я покажу тебе все самое красивое. Так я задумала.

Я обнял ее одной рукой и поцеловал. Ее губы приоткрылись. Тогда я обнял ее и второй рукой. Она тоже обвила меня руками. Наши языки дотронулись друг до друга. Анжела тихонько застонала.

— Привет, господин Лукас!

Голос был женский.

Мы с Анжелой разом отпрянули друг от друга. Я поднял глаза. Перед нами стояли супруги Драйер, муж и жена Драйер из Дюссельдорфа. Приятели Карин. Ильза Драйер была, кажется, ее закадычной подругой — блондинка лет тридцати с гаком, стройная, миловидная, но с вечно недовольной, горестной складкой у рта. Господин Драйер был заметно старше, реденькие волосы венчиком обрамляли его лысину. Оба были излишне разодеты. Они всегда меня недолюбливали, я отвечал им тем же.

— Видит Бог, мы не хотели вам мешать, — сказала Ильза Драйер. — Но мы уже собрались уходить и как раз, когда проходили мимо вашего столика, Франц сказал: «А ведь это господин Лукас». Как дела, господин Лукас?

Я поднялся.

— Спасибо, — сказал я. — У меня все хорошо.

— Оно и видно, — вставил господин Драйер и раскатисто засмеялся. Ильза Драйер уставилась на Анжелу. Та спокойно встретила ее взгляд. Возникла пауза. У меня не было другого выхода, Драйеры стояли возле нас, как каменные изваяния.

— Разрешите представить… — Я назвал имена, причем имя Анжелы пробормотал весьма невнятно.

Ильза Драйер тут же переспросила с ехидной улыбкой:

— Простите, как?

— Меня зовут Дельпьер, мадам Дельпьер, — сказала Анжела по-немецки, тоже улыбаясь и очень четко произнося слова. — Анжела Дельпьер.

— Очень рада, мадам Дельпьер.

— Я тоже очень рада, мадам Драйер.

— Вы знакомы с господином Лукасом? Он никогда о вас не рассказывал, — сказала Ильза. Ее супругу эта ситуация начала действовать на нервы.

— Пожалуйста, Ильза, — сказал он. — Прошу тебя.

— Почему? Ведь ужасно забавно, что мы вас здесь встретили, господин Лукас, не правда ли? Знаете ли, мы с мужем отправились на экскурсию. А живем в Хуан-ле-Пене. Муж в этом году рано пошел в отпуск. Мы пробудем здесь еще две недели. Здесь так красиво.

— Да, — откликнулась Анжела, все еще улыбаясь. — Очень красиво.

— Однако, мы не станем вам дольше мешать… — начал господин Драйер, поторапливая жену.

Но она как будто его не слышала.

— Ведь мы близко знакомы с господином Лукасом, да будет вам известно, мадам Дельпьер. То есть — мы дружны с его женой, в особенности я. Вы не знакомы с фрау Лукас?

— Нет, мадам Драйер, — спокойно ответила Анжела.

Я больше не мог.

— Не хотим вас задерживать. Был очень рад встрече, — сказал я.

— В самом деле, господин Лукас? — спросила Ильза.

— Разумеется, — выдержал я.

— Я тоже получила удовольствие от знакомства, — сказала Анжела.

— Итак, до свидания, — подвела черту Ильза. Ее супруг едва поклонился. Он залился краской до корней волос и мягко, но упорно тянул жену прочь от нашего столика. А она все время оборачивалась, пока не скрылась за дверью.

Я сел на свое место рядом с Анжелой.

— Это было очень плохо? — спросила Анжела. — У тебя могут быть из-за них неприятности, Роберт?

— Отнюдь, — бодрился я. — Ведь я сказал жене, что в Каннах у меня любимая женщина. Я даже рад, что мы встретили этих Драйеров. Ну, что может случиться? Может, это подтолкнет Карин к тому, чтобы поскорее согласиться на развод.